Я устало приподняла бровь в ожидании объяснений, кем же она все-таки стала.
— Кажется, я наконец-то им стала, — ее улыбка каким-то образом стала еще шире, вызывая у меня такую же ответную реакцию. — Думаю, я стала читателем.
Шли дни и недели, а Шерил по-прежнему большую часть вечеров проводила дома. В основном, она читала книги. Приходя в мою комнату, она больше не рассказывала мне всех тех историй о ее безумных приключениях с разными парнями. Она начала говорить про свои безумные мечты о путешествиях: объехать мир, увидеть своими глазами то, о чем читала в романах. У Шерил тоже появился свой список желаний.
Однажды ночью, когда она говорила о Лондоне, я подняла вопрос секса, и она изумленно распахнула рот.
— О, Боже! Мэгги! — сказала она, выхватывая из моих рук бумажку с написанным вопросом и разрывая ее на мелкие кусочки. — Первое. Такого рода записки ни в коем случае не должен найти папа. И второе. Вы с Бруксом занимаетесь сексом?
Мои щеки вспыхнули, и я покачала головой.
— Но чем-то ведь вы занимаетесь, верно? О, Господи! Я просто мечтала о таких разговорах с тобой! Ладно, — она плюхнулась на мою кровать и скрестила ноги. — Расскажи мне обо всем, что вы делали, — в ее глазах светилось удивление и любопытство.
Целовались.
Она быстро кивнула.
— Охи и ахи! Чудесно! Что еще?
Я снова написала про поцелуи.
— Что? Но ведь вы двое встречаетесь, наверное, уже несколько недель. Это достаточно долго, чтобы уже не ограничиваться одними поцелуями. Почему вы больше ничего не делали? Ты не готова? Потому что, если не готова, то это нормально. Брукс потерпит.
Нет, я готова.
— Тогда в чем проблема?
Я покраснела.
Я не знаю, как делается что-то еще.
— Ты имеешь в виду… что-то еще? Типа мастурбации? Или анилингуса? Или облизывания сосков? Или куннилингуса? Или минета?
Мои брови взлетели вверх, и Шерил кивнула.
— Знаю, о чем ты думаешь. Тебе кажется, что это способ дать, не получив ничего взамен, но, поверь мне, если ты сделаешь это правильно, тебя вознаградят по полной.
О, Боже мой.
Иногда она просто невыносима.
Но все-таки мне ее очень не хватало.
Она вскочила со своего места и умчалась из комнаты, а когда вернулась, то притащила с собой конфеты, бананы и еще какие-то первые попавшиеся под руку фрукты, включая кольца ананасов.
— Ладно, начнем с самых азов, — она взяла в руку банан. — Итак, мастурбация.
— Эй, девчонки, — сказал Брукс, просовывая голову в дверь моей спальни.
Шерил всем телом упала на наши «пособия», пытаясь спрятать их.
— Мы ничего не делаем! — закричала она.
Отличная работа, сестренка. Вообще ни разу не подозрительно.
Брукс выгнул бровь.
— Ла-а-а-адненько. Просто я хотел передать, что ужин готов, и что твой отец сказал мне идти домой, потому что я больше не желанный гость в доме, где спит Мэгги.
Я ухмыльнулась. Папа в своем репертуаре.
— Ладно, мы поняли, теперь можешь идти, — ответила Шерил, натянуто улыбаясь Бруксу.
Он подошел ко мне и поцеловал в лоб.
— Увидимся завтра.
Когда он ушел, Шерил застонала и села на кровати с размазанным на груди бананом. Остатки его прилипли к одеялу.
— Прости за грязь, — сказала она, оттирая прилипший к рубашке банан. — Но, поверь мне, если ты сделаешь все правильно, то перепачкаться — это совершенно нормально.
Глава 14
Брукс
Пасмурным субботним вечером я направлялся в комнату Мэгги, чтобы провести время вместе. Я совсем не возражал, что большую часть этого времени мы проводим в доме. Пока она здесь, со мной, я счастлив.
Я подошел к ее спальне, но она уже стояла в дверях с блокнотом в руках. Мэгги выглядела иначе, нежели всегда. Волосы завиты, а на лице… макияж? Это была все та же красивая Мэгги, но красота стала другой.
Угадай, что?!
Я широко улыбнулся.
— Что?
Она перелистнула первую страницу блокнота, открывая следующую.
В качестве подарка на выпускной родители подарили мне мобильный телефон!
— Не может быть! Серьезно?
Она быстро кивнула и перелистнула страницу.
Честно.
Я перешагнул порог ее спальни и, выглянув в коридор, убедился, что мистер Райли не подслушивает, после чего закрыл дверь.
— Это значит, что теперь я могу отправлять тебе неприличные сообщения?
Ее щеки вспыхнули. Вогнать Мэгги в краску не составляло большого труда, и я всегда обожал это делать. Она перелистывала страницы, пока не нашла нужный ответ.
Не будь уродом.
Я выгнул бровь и, подойдя ближе, обнял ее.
— Тогда как насчет неприличных фотографий?
Она снова начала листать блокнот.
Не будь конченым уродом.
Я засмеялся. Слегка наклонившись вперед, Мэгги прижала ладонь к моей груди, потом заскользила пальцами вниз, прямо к моей промежности, и медленно провела языком по моим губам, призывая их раскрыться для более глубокого поцелуя. Для нее это был шаг вперед, и я застонал — мне нравилось это больше, чем она могла себе представить.
— Мэгги, ты не можешь говорить мне не быть уродом, а потом делать что-то подобное.
Она сделала шаг назад и, прикусив губу, открыла следующую страницу блокнота.
Ладно, тогда будь уродом.
Я зажмурился, чувствуя, как при взгляде на нее в моих джинсах стало тесно. Ее длинные волосы были завиты, но выглядели все еще немного влажными после душа. Они рассыпались по плечам и струились вдоль платья на тоненьких лямочках, которое доходило до кончиков пальцев на ногах. Она выглядела просто потрясающе. Стыдливый румянец играл на ее щеках, но глаза были полны решимости.
— Ты хочешь?..
Да.
— А как же твои родители?
Она снова перелистнула страницу, и я не мог не усмехнуться. Кажется, она предусмотрела все мои вопросы.
Они до завтра у бабушки с дедушкой.
— А Келвин?
Он у Стейси.
— А Шерил?
Она с улыбкой закатила глаза, переворачивая очередную страницу — их осталось всего три.
Понятия не имею.
Брукс?
— Да?
Ее неуверенность в себе убивала меня. Готов поклясться, Мэгги понятия не имела, как чертовски прекрасна.
Она открыла последнюю страницу.
А теперь подойди и раздень меня.
Я подошел ближе и запустил пальцы в ее волосы.
— Ты уверена?
Она кивнула.
Склонившись к ее шее, я медленно провел по ней языком и нежно втянул губами кожу. Провел вдоль ее ключицы, оставляя за собой легкие поцелуи. Сдвинув лямку платья, я проложил дорожку поцелуев вдоль ее руки, слегка покусывая кожу. У Мэгги вырвался легкий вздох, и от одного этого звука я захотел ее еще сильнее.
— Не будем торопиться. Нам некуда спешить, — сказал я, осознавая, что это будет ее первый раз. Я сдвинул вторую лямку вниз по плечу, и ее свободное длинное платье упало на пол.
Сделав шаг назад, я изучал ее тело. Белый кружевной бюстгальтер совсем не сочетался с розовыми хлопчатобумажными трусиками, но почему-то на ней это смотрелось очаровательно. Худые длинные ноги, опущенные вдоль тела руки…
— Ты прекрасна, — прошептал я.
Мэгги шагнула ко мне, взялась за подол моей рубашки и, стянув ее с меня через голову, бросила поверх своего платья. Расстегнула на мне ремень, я снял ботинки и носки. Затем расстегнула «молнию» на моих джинсах, и они тоже проследовали на пол.
Перемещая взгляд сверху вниз, Мэгги изучала мое тело. А я изучал ее. Она провела пальцами по моей груди, а потом ладонью заскользила вниз — все ниже и ниже — к резинке моих боксеров. Когда Мэгги коснулась твердой выпуклости в них, я закрыл глаза, а она начала медленно поглаживать меня через ткань трусов.
— Мэг… — застонал я, ощущая дрожь во всем теле. Пальцами свободной руки она подцепила резинку и начала стягивать с меня трусы. Я открыл глаза и увидел, как она опускается на колени. Ее руки дрожали, и я, останавливая, удержал ее за предплечье.
— Мэгги, что ты делаешь?