Шерлок, я мог бы поцеловать тебя. Правда, мог бы.
Наклоняешь голову, смотришь на меня. Мне знаком этот взгляд. Он не означает «я все понял». Он означает - «я знаю, что чего-то не понял».
- Лучше? – а, ясно. Пытаешься меня успокоить. Проявляешь заботу. Чуть не упустил этот момент.
Комната изменилась. Время оставило на ней свой след, как и на тебе. Как и на мне, в твоих глазах. Все это – не плод воображения, не сон, не галлюцинация. Это реальность. И эта комната, и ты. Я напряжен от радости, от счастья. Вовсе не от паники, не от подступающей тошноты. Радоваться происходящему – нормально. Абсолютно нормально.
- Да, спасибо, - действительно немного легче.
Надо спуститься вниз. Заправить и твою кровать. А потом, быть может, я смогу лечь рядом и гладить тебя по голове, пока не уверюсь окончательно, что она цела. А ты сможешь рассказать мне о расследовании, об этом Моране, который хочет тебя убить. Зачем тебе столько телефонов? Я успел насчитать шесть. Для чего тебе целых шесть сотовых? Я буду гладить тебя по голове, а ты мне все расскажешь, даже то, что я все равно не смогу понять. Все будет как обычно.
Надо взять белье. Серое. Твой комплект. Ткань, вероятно, дорогая до абсурда, настолько, что я и понятия не имею, что такая ткань вообще может идти на постельное белье.
- Пойду, заправлю твою кровать.
Ты улыбаешься в ответ.
___________________
От переводчиков
* Второй ботинок полетит в стену - отсылка к известному анекдоту.
========== Глава 33: Припасы ==========
Горчица. Корнишоны. Три пакета мороженого горошка. Да, с ужином точно проблема.
- Мне нужно в «Теско», - на самом деле нужно. В холодильнике пусто. Он, скорее всего, есть не захочет, но я-то захочу. Чуть позже. В идеале – сегодня же вечером, в нормальное для ужина время. Ведь нормальная жизнь идет своим чередом. И неважно, сколько там чудес успело стрястись до обеда.
- Нет.
Что? Он сидит за столом. Перед ним - три ноутбука. Три. Зачем столько? Как знать. Сотовых на столе столько, что мне кажется, количество их растет буквально на глазах. Да сколько вообще Ему нужно этих телефонов? К большинству Он даже не прикасается. Они не работают, просто сложены на столе кучей. Кажется, стоит только отвернуться, как их становится еще больше. А пользуется Он, похоже, лишь двумя из них. А, нет. Тремя. Сейчас Он набирает сообщение на сотовом в зеленом корпусе. Этот я еще не видел. На меня Он не смотрит. Он занят.
Да, я видел Его в таком состоянии и раньше. Я знаю, как это бывает. Он так может провести не один день. Часов через двенадцать я вполне могу застать Его спящим за столом, и на щеке у Него останется след от клавиатуры лаптопа. Да, зрелище вполне знакомое, оно мне не в новинку. Изменилось все и ничего. Не правда ли, смешно?
- Шерлок, у нас нет продуктов. Я в курсе, что это тебя не особенно волнует, но…
Он включает телевизор. Звук громкий, даже слишком. Он уменьшает его до чуть слышного бормотания и уставляется в экран. На лице - причудливые синеватые отсветы. Такое я тоже помню. Мы вместе на диване, я и Он, смотрим телевизор. Его нога прижимается к моей. Тогда Он сидел слишком близко, я чувствовал Его тепло. Тогда я тоже Его не целовал. Нет. Точно? Да. Точно нет.
Хватит. Сейчас не время.
- Если пойду прямо сейчас, то как раз все успею и приготовлю ужин в нормальное время, - прогулка не помешает. Глоток воздуха. Время на размышления. Я все еще не до конца понимаю… “Не до конца понимаю” что? Что я в настоящем. Я далеко не в порядке. Мне кажется, я – лунатик. Я все еще жду того самого второго ботинка. И он полетит не в стену, а – я уверен - свалится прямо мне на голову. В этом я точно уверен. О. В буфете нашлись макароны. Уже хоть что-то. Бог знает, сколько они там валялись. Но макароны же не портятся, так? Они же сухие. Пойдет. Макароны с горчицей и горошком. Ну просто супер.
Всего-то сбегать в «Теско», это же ненадолго. Мне станет лучше. Почувствую себя человеком. Более нормальным, чем сейчас. Точно. Для тебя тоже что-нибудь прихвачу. Попкорн. От него ты не откажешься. Поставлю перед тобой миску, и, может, ты съешь его автоматически, не обращая внимания.
А может, и нет.
Ты так исхудал. Интересно, что бы сказала Ирен, увидь она твои скулы сейчас? Ты сделал себе кофе. Кофеином ты злоупотребляешь, а нормальной едой наоборот пренебрегаешь. Я знаю, когда у тебя расследование, ты не ешь, но ведь сейчас мы просто ждем. Разве не так? Мы просто ждем. Ты сейчас как та рыба в садке, разве нет? Тебе надо поесть. Прямо сейчас тебе не нужно думать.
Быстро сбегать в «Теско». Превосходно. Именно то, что нужно.
- Нет, - все еще не смотрит на меня. Нет?
Что? Мне нельзя в «Теско»? Ты не можешь приказывать мне, Шерлок. Нет, только не после всего, что было. Да бога ради! Еще скажи, что мне вообще никуда нельзя. Это потому, что тебе запрещено? Потому что ты слишком занят, а значит, и мне запрещено есть? Так не получится. Ты, видимо, забыл, но я-то нет.
- Шерлок, мне нужно купить продуктов, - пойду, возьму куртку. Да где же она? Я ее снял в какой-то момент. И где бросил? Наверху? А, нет. Вот же она, на…
- Помнишь, что я тебе говорил о Себастьяне Моране?
Себастьян Моран. Да, точно. Тот, кто пытается тебя убить. Это как-то связано с… Не знаю точно. Он подозревает, что ты жив, так? Себастьян Моран. Сообщник Мориарти. Вроде бы так. Хочет тебя убить. Из мести? За организацию всех этих арестов, уничтожение криминальной сети. И, разумеется, за убийство Мориарти. Это ведь ты сделал, верно? Как? Застрелил? Задушил голыми руками? Он сопротивлялся? Пытался дать отпор? Может, ранил тебя? Я должен был быть там. Мы могли уничтожить его вместе. Я мог сделать это за тебя, если бы ты захотел. И уж точно не потерял бы из-за этого покой и сон.
Да, точно. Себастьян Моран. Он тебя ищет. Хочет убить. Я в курсе.
Но при чем тут «Теско»?
- Да, припоминаю.
- И ты помнишь, что «221б» сейчас – укрытие?
Укрытие. Верно. Здесь он тебя не сможет обнаружить. Здесь ты надежно защищен. Я знаю. Это Майкрофт устроил. Команда специалистов, специальные меры по обеспечению безопасности, камеры, датчики движения и так далее, и так далее. Да. «221б» сейчас – тщательно охраняемая зона. Зона, где ты в целости и сохранности полезешь на стену со скуки, зона, где тому типу, Морану, до тебя не добраться. Здесь ты – невидимка, тот, кого не найти, не выследить. Ты заперт, ты как в тюрьме, за решеткой, ты в ловушке, и так будет, пока не поступят дальнейшие указания. И это все – по твоей вине. Да, я в курсе.
Это укрытие для тебя, для того, кого считают покойником. Разве мне тоже нужно укрытие? Охранника ко мне приставляли. За мной тоже охотятся? Разве от меня так сложно при желании избавиться? Да бога ради! Я же все время был на людях. Зачитывал вслух отрывки из книги. Раздавал автографы на встрече с читателями в «Уотерстоунс». Об этом даже в газетах рекламу давали. Прекрати. Не я его цель. Час назад я был на улице. Неужели за этот час снаружи внезапно стало опасней? Для тебя - возможно. Для тебя. Но не для меня.
- Тебе нельзя выходить. Да, это я помню, - Майкрофт запретил. Ха! Ну, а мне никто ничего не запрещал. У меня нет братца, который и есть почти британское правительство. – Но я что-то не припоминаю, чтобы этот запрет касался меня.
Смотрит на меня. Он не закатывает глаза, но видно, что ему так и хочется это сделать. Господи. Опять застыл под этим его взглядом. Не совсем, правда. Да вообще не застыл.
- Джон, он будет следить. Сейчас не самое подходящее время. Я в курсе, что ты получаешь удовольствие, влезая в опасные ситуации, но полностью уверен, что короткая пробежка по магазинам не стоит того, чтобы рисковать жизнью. Ты не согласен?