Рисковать жизнью? Это ведь преувеличение, так?
- Думаешь, твой Моран пристрелит меня по пути в «Теско»? – так не бывает. Не бывает, и все тут. Ну, такого не было. За прошедшие три года такого не случалось. Но, должен признать, происходили вещи и куда более странные. Тебя всегда окружает зона удивительного и необычного. И это ни капли не изменилось.
- Думаю, он попытается. Если будет внимателен. Да, если он уделит этому внимание, то он, несомненно, застрелит тебя по пути в «Теско», - Он берет телефон и кидает его обратно на стол, посмотрев на экран. – А это будет некстати.
Некстати? То, что меня застрелят, некстати? Да уж, соглашусь.
- Кроме того, миссис Хадсон обо всем позаботится.
- Стоп. Миссис Хадсон можно выйти в магазин, а мне - нет? – это уже кажется дискриминацией. Господи, да миссис Хадсон уже за семьдесят, и она – не наша домработница. Это называется «злоупотребить своим положением». Разве нет?
- У каждого из нас своя ниша, Джон, - Он забирается в кресло с ногами, откидывается назад и поправляет упавшие на глаза волосы.
- И какая же в таком случае моя?
Улыбается мне.
- В данный момент? Наживка.
Стоп. Что? Наживка? Я – наживка? Для кого? Для Морана? Ему до меня нет дела, я со всем этим не связан. Должно быть, Он шутит.
Господи, а это еще что?
Дверь. Кто-то пришел. Открывают дверь внизу. До меня вдруг доносится шум улицы. Кто там? Он вскочил, сунул руку в карман. За пистолетом? Нельзя давать Шерлоку в руки оружие, это безответственно. Он же себе случайно вполне может ухо отстрелить, он слишком беззаботно обращается с пистолетом. Стрелять – моя работа.
Нет, не пистолет. Телефон. Еще один. Проверяет телефон. Пальцы порхают по клавишам так быстро, что движения кажутся размытыми. Я затаил дыхание.
Моран. Я его не узнаю, даже столкнувшись. Но его узнает Шерлок. Он исступленно набирает сообщение. Он должен мне сказать. Где мой пистолет? Черт, да где же? Наверху. О чем я только думал? Меня застали врасплох. Я не готов. Забыл, каково это, жить здесь. Каково это, жить с тобой.
Дыши. Слушай. Дверь, уличный шум. Мимо проехала машина. Шорох полиэтилена. Шаги. Стук каблуков. Каблуки? Шерлок убирает телефон обратно и широко улыбается.
- Я же сказал, миссис Хадсон обо всем позаботится.
- Шерлок! – окликает она снизу. Он улыбается мне. Я слышу, как закрылась дверь. Слышу, как стучат по полу толстые каблуки. Это всего лишь миссис Хадсон. Вернулась с покупками. Черт. – Шерлок? Джон! Вы мне не поможете?
========== Глава 34: Существование ==========
- Джон.
Я понимаю, что она имеет в виду. Все ясно по ее тону. Она встревожена, ей меня жаль, она чувствует, что виновата. Она солгала мне, как минимум, один раз. Может, и больше, теперь уже не вспомнить. Мы ведь и раньше с ней общались, ведь так? Но то было другое время. И другая вселенная, та, в которой Шерлок был мертв. Больше мы там не живем.
Ее рука, лежащая на моей, кажется такой хрупкой. Вот только сама она вовсе не такая. Миссис Хадсон – часть плана, она - одна из заговорщиков. Я должен помнить: ее не следует недооценивать.
- Ты в порядке? – в огромных глазах, уставившихся на меня, - неподдельная тревога. Она знала, на что меня отправляет. Знала, что случится, знала, что я увижу. Сидела внизу, сжимала руки и представляла, как все пройдет. Может, ей хотелось зайти и посмотреть, убедиться, что мы поладили. Болезненное любопытство. Ей хотелось посмотреть, как я свалюсь в обморок? Как мы обнимемся? Поцелуемся, наконец? Мы бы все равно этого не сделали. Он бы все равно не захотел. Она всегда считала нас парой, вопреки всем свидетельствам обратного. Всегда считала. Чего она от меня ожидала? Что я его поцелую? Или убью? – Ты, наверное, в ужасном шоке.
Мне хочется промолчать. И так хочется сознаться. Вот только разве это хоть чем-то поможет? Нет. Она не сможет дать мне ни малейшего облегчения. Сейчас ничего не выйдет.
- Я в норме.
Она могла бы мне все рассказать. Это, вероятно, помогло бы. Она могла бы сообщить мне все это потихоньку, в тайне ото всех, как только она обо всем узнала. Можно подумать, это бы удалось. Майкрофт понял бы, что она проболталась, так или иначе. Либо прочел бы это по моему лицу, заснятому одной из его камер наблюдения. Либо каким-то образом почувствовал бы это даже сквозь стены квартиры Мэри. Но она могла попытаться меня предупредить, могла дать хоть какую-то подсказку, чтобы я догадался. Ведь это не так уж и много. Она могла бы дать мне справиться с этим открытием наедине с собой, сохранить хоть какое-то подобие собственного достоинства. Могла бы дать мне время привести мысли в порядок до того, как я столкнусь с Ним нос к носу. Я бы смог разыграть изумление. И когда Он спросил бы: «Ты не догадался?», я мог бы ответить: «Да, конечно. Я догадался. Шифры в объявлениях, серия арестов. Конечно, за всем этим стоял ты. Я знал, что это ты. Я ждал твоего появления».
- В норме, - говорю ей. – Да, я в порядке.
- Ничего подобного, - она оглядывается. Даже не сомневайтесь, миссис Хадсон, он вас слышит. Да, Он, кажется, весь поглощен работой, возится с экранами и какой-то радиоаппаратурой, но не допускайте ни на секунду, что он вас не слышит. Да, разумеется, Он нас слушает. Не может иначе, уж так Он устроен. Это вовсе не преднамеренно, он просто такой, какой есть. И какие бы тайны ни были открыты на кухне, Он их услышит из гостиной и систематизирует. Вы же знаете. Посмотрите на Него, он красив. Не изменился, если не считать худобу и слишком отросшие волосы. Согнулся над телефоном в той самой, своей, манере. Я видел эту осанку столько раз – в других людях. Студенты в кафе, уставившийся на меня мужчина на углу… Это же был ты, ведь так? Все это время. Господи, Шерлок. Это был ты. – Ты пережил сильнейший шок. Ты, наверняка, еще не отошел от потрясения, бедняга.
Понятия не имею, что на это ответить. Руки все еще слегка трясутся, но с этим я могу справиться. Могу убрать молоко и хлеб, фасоль и томатный соус, пачку чипсов и пиво (спасибо, миссис Хадсон). Я вполне могу справиться. Я знаю, что делать с продуктами и куда их класть. Знаю, как не вляпаться в лежащие в холодильнике жуткие результаты экспериментов. Правда сейчас там нет ни одного. Холодильник пуст. Но я все еще могу различить призрачные очертания пакета с пальцами. И, очень нечетко, можно разглядеть голову. Все это было давно. Однажды в отделение для овощей Он положил кусок бедра, и тот лежал там, на тарелке, похожий на древесный обрубок. Я помню все уголки, по которым ты раскладывал свою дикую коллекцию, помню запах хлорки – я отмывал ей холодильник изнутри. Я это помню.
- Знаешь, я ведь его увидела только сегодня утром, - она говорит шепотом, как будто громкость голоса что-то изменит. – До этого все указания исходили от его брата.
До этого? До сегодняшнего утра? Когда же она узнала?
- Сперва, как ты понимаешь, я ему не поверила. Решила, что он или помешался, или в нем говорит чувство вины. Как-то так. Ведь это же никак не могло быть правдой. Ты же все видел своими глазами! Видел беднягу Шерлока, видел, как он упал с…
Ох, нет. Нет, не надо. Не могу это слышать. Даже сейчас, зная, что Он выжил, не могу.
- Нет. Не надо, миссис Хадсон. Пожалуйста.
Она умолкает. Кладет руку мне на спину. Это должно успокоить, и это срабатывает. Она настоящая, Он настоящий, и я по-настоящему здесь. Прошлое осталось в прошлом. И почти все, что было, – ложь. Ложь настолько гигантская, что правда теперь с огромным трудом укладывается в голове.
Но все равно, думать о Его падении неприятно. Тогда умерла какая-то Его часть, та, которую я оплакал. Мое горе словно заставило Его умереть, сделало произошедшее правдой. Вот только все несколько иначе, ведь так? Это был лишь трюк. Игра, уловка. Все было подстроено. И все же я пока не готов пережить это заново. Только не сейчас, только не так. Не когда у меня в руках говяжий фарш и пачка масла. Открой холодильник. Он наполовину пуст. Молоко, пиво, салат. Сыр. Просто… дыши. Вдох. Выдох. На заднем плане раздается какое-то слабое гудение. Как будто помехи. Может, это телевизор? А где Шерлок? Чем он занят? Ничем. Он ничего не делает. Уставился в телефон, готов вот-вот вскочить с кресла. Должно быть, это звенят мои натянутые нервы. Ему тоже слышно?