Рич сказал, что Корнелл Рид — наркоман. Если это так, то он не должен был улететь из Нью-Йорка. Если у него имелось достаточно денег на авиабилет, то Рид купил бы наркотики и уехал на автобусе. Или попросил бы кого-нибудь подвезти его. Или просто остался бы в городе. Когда у тебя много крэка, тебе никуда не нужно уезжать… Нет, он определенно не стал бы отдавать кассиру аэропорта Ла Гуардиа несколько сотен долларов.
С другой стороны, наркоман не поедет на такси на автобусный вокзал. Можно добраться на метро, а на оставшиеся деньги купить еще дозу. Аэропорт — совсем другое дело. Туда непросто доехать, если не брать такси…
Что ж, возможно, он улетел. Может быть, ему купили билет, который невозможно сдать. Например, это сделали официальные лица.
Или кто-то из департамента полиции.
Кроме того, не следовало забывать о рассказе миссис Логан.
Все это очень любопытно. Но Лукас испытывал тревогу. Неужели Лили ничего не поняла? Или рассчитывала, что Лукас не догадается?
Глава 12
Тридцать порций «спида», два дня; Беккер не спал уже целую вечность. Химические препараты несли его, как река тащит лист, вокруг бурлил поток мыслей и времени. Он избегал женщины с глазами, той, что продолжала за ним наблюдать. Она вызывала у Беккера ужас, но химия победила ее за два дня, и она постепенно теряла над ним власть.
Впрочем, происходили другие вещи.
К вечеру второго дня пришли жуки. Он чувствовал их присутствие: они длинными цепочками ползали по его венам. По всем венам, но в особенности по предплечью; Беккер ощущал маленькие выпуклости, Насекомые двигались все дальше, делая свою грязную работу. Они его поедали.
Жуки пожирали красные кровяные клетки. Он помнил, что в детстве разрушал муравейники и наблюдал, как муравьи разбегаются в разные стороны в поисках укрытия, зажав в челюстях мучнистые белые яйца. Именно этот образ вставал перед его мысленным взором: бегущие муравьи, которые несут в клешнях кровяные клетки. Тысячи и тысячи сновали по его венам. Если бы он сумел их выпустить…
Голос в его голове повторял: «Нет-нет-нет, это галлюцинация, нет-нет-нет…»
Он с трудом встал; у него болели колени и ступни. Им пройдены многие мили по подвалу, туда и обратно, туда и обратно. Сколько? Несколько бродячих клеток мозга куда-то направились и совершили подсчеты… скажем, пять тысяч путешествий взад и вперед, каждый раз он проходил двадцать футов… тридцать семь целых и восемьсот семьдесят восемь тысячных мили. Тридцать семь целых и восемьсот семьдесят восемь тысячных…
Беккер попался в петлю восьмерок-семерок, его захватила ее бесконечность, петля будет существовать дольше, чем солнце, дольше Вселенной, будет продолжаться до… до чего?
Он встряхнулся и выбрался из западни, почувствовал, как жуки беснуются в его венах, отнес свое предплечье в ванную комнату, включил свет и посмотрел на выпуклости в тех местах, где собрались насекомые…
Голос произнес: «Формикация…»[24]
Беккер оттолкнул его. Нужно выпустить их наружу, как-то выдавить. Он отправился в свою операционную, подошел к ванночке, где лежали инструменты, нашел скальпель… Нужно освободить…
Он снова принялся ходить, жуки исчезали… но что это за запах? Такой чистый и медный, похожий на аромат моря. Кровь?
Беккер посмотрел на себя. По руке текла красная струйка. Не очень сильно, но рука и предплечье выглядели так, словно с них содрали кожу. И там, где он ходил, пол был залит кровью, кривая отмечала его маршрут, словно кто-то размахивал курицей с отсеченной головой.
«Стереотипия»,[25] — сказал голос в голове.
Что? Он посмотрел на свое предплечье: жук стремительно перемещался вдоль вены. Как Чарли Виктор[26] по Тропе Хо Ши Мина, как Чарли Виктор в отеле «Оскар», Чарли-Отель-Индия-Майк-Ноябрь-Лима-Танго-Ромео…[27]
Еще одна петля — откуда все это взялось? Вьетнам? Беккер встряхнулся. Жуки ждали, сомкнув ряды.
Лечение. Он подошел к столику с лекарствами, нашел полдюжины таблеток. И все. Он проглотил сначала одну, потом другую. Потом третью.
Он взял телефонную трубку, но после короткой борьбы положил на место. Нет, отсюда он не должен звонить поставщику. Полицейские ставят жучки в телефоны дилеров, жучки… Он посмотрел на свое предплечье, на липкую кровь…
Беккер заставил себя успокоиться. Помылся. Оделся. Перевязал рану на предплечье. Порез? Как он…