Лукас успел выпить половину бутылки пива, когда появился задыхающийся Джонсон. Наверное, он бежал всю дорогу к бару.
— Господи, Дэвенпорт, — пробормотал он, — я опоздал на автобус.
Джонсон взглянул на проститутку, сидящую у стойки, когда Лукас повернулся к нему.
— И где же он? — спросил Лукас.
Лицо Джонсона просветлело.
— То есть? Он уже здесь.
Лукас посмотрел мимо проститутки в сторону компании у бильярдного стола — все они были белыми.
— Где?
Джонсон засмеялся, топнул ногой и хлопнул себя по бедру.
— Ты сидишь рядом с ним.
Проститутка посмотрела на Лукаса и голосом, который был ниже на октаву, чем он ожидал, сказала:
— Эй, привет.
Лукас секунду смотрел на нее, заново оценивая черты лица, а потом закрыл глаза. Трансвестит. Еще через полсекунды все встало на свои места. Чертов Беккер! Именно так он сближался с женщинами и мужчинами-туристами. В обличье женщины. Ночью, с соответствующим макияжем, с его маленьким узкоплечим телом. Так он выбрался из Новой школы…
Проклятье!
— Ты рассказывал Беккеру, как… это делается? — спросил Лукас, показывая на платье. — Одежда, макияж?
— Мы говорили об этом, — ответил Томас. — Но он был чокнутым уродом, и мне не нравилось с ним беседовать.
— Но когда речь заходила об этом, он выказывал интерес или вы просто болтали?
Томас склонил голову набок и посмотрел в потолок, стараясь вспомнить.
— Ну… он пытался кое-что узнать. Пару вещей. — Томас соскочил со стула у стойки бара и отошел от Лукаса и Джонсона, покачивая бедрами. Потом остановился и повернулся к ним. — Не так просто освоить правильную походку. Если ты собьешься, то испортишь впечатление.
— Вы голубые? — спросил бармен, наблюдавший за этой сценой.
— Я полицейский, — ответил Лукас. — Идет официальное расследование.
— Забудьте, что я говорил…
— Я не забуду, милый, — пропел Томас, облизывая нижнюю губу.
— Ты, паршивый…
— Заткнись, — резко сказал Лукас, направив указательный палец на бармена. Он снова повернулся к Рэйону. — Но он пытался? Пробовал такую походку?
— Несколько раз. Знаете, если подумать, то мы действительно говорили с ним о таких вещах. Не столько о кайфе, сколько о том, как добиться нужного эффекта. Ну, вы понимаете: как купить накладную грудь и тому подобное. Из него получилась бы симпатичная девушка, если бы не шрамы.
— Ты так думаешь? — спросил Лукас. — Это твое профессиональное мнение?
— Только не надо издеваться! — вспыхнул Томас.
— Вовсе нет. Я задал серьезный вопрос. Из него получилась бы женщина?
Рэйон пристально посмотрел на него и понял, что Лукас говорит серьезно.
— Да, пожалуй. У него есть талант. Но шрамы будут мешать.
Лукас соскочил с высокого стула и сказал Джонсону:
— Мы тебе должны. Если что-нибудь потребуется, обращайся к Слоуну.
— И все? — спросил Томас.
— Да, — кивнул Лукас.
Лукас позвонил Фелл из автомата в баре. Когда она взяла трубку, он услышал шум телевизора. Показывали бейсбольный матч.
— Ты можешь связаться с Кеннетом прямо сейчас?
— Конечно.
— Скажи ему, что мы поняли, как Беккер это проделывает, — сказал Лукас. — Как ему удается не привлекать к себе внимание на улицах. И как он выбрался из здания Новой школы.
— Мы поняли?
— Да. Я только что говорил с одним из его соседей по камере в окружной тюрьме Хэннепина, с парнем по имени Рэйон Томас. Симпатяга. Хороший макияж. Превосходные ноги. Он был в вечернем платье цвета дайкири. Томас давал уроки Беккеру…
— Сукин сын превратился в женщину. Какие мы идиоты! — воскликнула Фелл после короткой паузы.
— Позвони Кеннету.
— Ты еще ни с кем не говорил? — спросила она.
— Я подумал, что тебе будет приятно сообщить эту новость.
— Спасибо, Лукас, — поблагодарила Фелл. — Спасибо тебе.
Глава 20
Беккер стоял в душе и мог сосчитать каждую капельку воды, падавшую на его тело. Такой результат дали две крошечные таблетки экстези. Они одарили его силой воображения и способностью счета, и теперь он мог умножать невероятные ощущения при помощи неописуемых эмоций и получать цифры…
Он повернулся, позволяя потокам воды обжигать другие участки его тела. Теперь он больше не нуждался в холодной воде, кабинка наполнилась паром и теплом, тело покраснело, старая кожа начала слезать. И когда Беккер, закрыв глаза, поворачивался — его голова была закинута назад, ладони прижаты к подбородку, локти сведены на животе, — он мог сосчитать все капли, падающие на кожу…