— Так ты слышала, что он сказал? «Возьми это и положи туда, куда я тебя попросил в первый раз», словно я ребенок. Я намерена подать жалобу… — говорила Клемсон.
Шелли Карсон «на один зуб» поддержала ее:
— Медсестры ничуть не хуже, чем врачи, просто это другая профессия. И они не должны терпеть подобное. Я бы обязательно…
— На сей раз я это так не оставлю, — заявила блондинка, собрав волю в кулак. — Каков подлец! Он плохой хирург, и ему стоило бы проводить больше времени в операционной и меньше напирать на свою должность…
Беккер следовал за ними. Они заметили его периферическим зрением, но ни одна не стала оглядываться. Медсестры продолжали подниматься по пандусу, а потом по лестнице.
— Я бы на твоем месте определенно не стала это терпеть, — заявила невысокая.
Ее темные волосы были коротко подстрижены, словно шлем, лишь над ушами остались эльфийские заостренные кончики.
— Завтра в три часа дня я намерена пойти в…
Блондинка посмотрела на Беккера, а потом повернулась к подруге.
Он поднимался по лестнице вслед за ними, держа одну руку на электрошокере.
Когда они оказались на середине пролета, Клемсон сказала:
— Завтра я это сделаю.
— Обязательно, — сказала женщина-эльф. — До встречи.
Блондинка прошла вперед по пандусу и осмотрелась.
— Никого нет.
Затем она зашагала к своей «тойоте». Беккер и темноволосая женщина продолжали подниматься, каблуки Беккера дробно стучали по ступеням лестницы.
— У нас договор, — сказала эльфийка, взглянув на Беккера. — Когда нас никто не встречает, мы приглядываем друг за другом.
— Хорошая идея, — пропищал Беккер.
Имитировать женский голос было труднее всего. Рэйон его предупреждал. Беккер приложил ладонь к губам и сделал вид, что кашляет, словно он немного охрип и дело вовсе не в тестостероне сорокалетнего мужчины.
— На этой парковке небезопасно, — заметила женщина. — Рано или поздно здесь обязательно на кого-нибудь нападут.
Беккер кивнул и засунул руку в сумочку. Эльфийка с недоумением посмотрела на него, интуиция подсказывала ей: что-то здесь не так. Но что? Она отвернулась. Ей не хотелось неприятностей. Беккер последовал за ней на верхний этаж. Было слышно, как внизу заработал двигатель «тойоты». Он вытащил шокер и приготовил флакон. Услышал шипение, почувствовал, что бежит…
Шелли увидела движение за спиной. За мгновение до того, как он оказался рядом, она поняла, что сейчас произойдет, и начала поворачиваться, в ее глазах застыл ужас.
Но Беккер уже настиг свою жертву. Одной рукой он закрыл ей рог, а другой прижал шокер к шее. Она начала падать, он подхватил ее, продолжая прижимать шокер…
Женщина взмахнула руками, как пойманная в сеть птица. Беккер бросил шокер, нащупал флакон и через мгновение прижал маску к лицу жертвы. Теперь она уже никуда не денется. Волосы Беккера взметнулись вверх, в широко раскрытых глазах загорелся огонь. Беккер оскалился, как шакал, поймавший кролика, грудь тяжело вздымалась, зубы блестели от избытка слюны.
Он услышал, как «тойота» съезжает с пандуса, а сопротивление женщины «на один зуб» постепенно стихало и вскоре совсем прекратилось. Он встал и прислушался. Тишина. Потом откуда-то издалека донесся чей-то голос. Маленькая женщина лежала у его ног. Какое сладостное могущество…
Беккер работал всю ночь. Готовил материал — вставил кляп, обездвижил. Срезал веки. Он подержал их в ладони, переполненный восхищением. Они были такими… интересными. Хрупкими. Он положил веки на металлический поднос, где у него хранилась вся коллекция. Они уже начали подсыхать, но сохраняли форму, ресницы все еще блестели…
Шелли Карсон умерла около семи часов, беззвучно, как и все остальные, — кляп был надежным. Глаза остались навсегда открытыми. Беккер сидел рядом с ней на корточках, с камерой в руках, и щелкал вспышкой прямо в лицо, когда она умирала.
Теперь он устроился на стуле из нержавеющей стали и стал рассматривать доказательства своей страсти, восемь ультрафиолетовых фотографий, на которых он определенно мог кое-что разглядеть — сияние, исходившее от Карсон в момент смерти.
«Тут не может быть никаких сомнений, — думал он. — Ни малейших».
Дзинь!
Послышался звонок внутренней связи. Он помешал его ликованию. Старая крыса! Миссис Лейси вставала рано, но обычно сидела возле телевизора до полудня и смотрела утренние шоу.
Дзинь!
— Да? — сказал он в переговорное устройство.