Распрощаться, правда, сразу не удалось. Строгий хозяин предложил нам пока не спешить с отъездом. Видя наше недоумение, он пояснил:
- Коль уж с нами в обед оказались, уважьте, отведайте с нами.
Нас усадили за стол под сенью высоких берез. К нам подошла юная деви́ца с полным кувшином свежего кваса.
- Это дочка моя младшая, Беля́на, - ласково представил ее нам Великша, - умница и умелица.
Беляна смутилась, зарумянилась, торопливо поставила кувшин на стол, и тут же убежала в дом. А через пару минут появилась снова, держа в руках большое блюдо, накрытое полотенцем. Потом было еще одно блюдо. И еще...
- Это вы что, всякого путника так угощаете? - удивился мой друг.
- Нет, не всякого. - привычным строгим тоном ответил хозяин. - Мы и помогаем не всякому. А лишь тем, кто помыслом чист да сердцем богат.
- И как же вы это узнаёте?
- Живой всегда различит живого. На то и дана душа. Иначе как же нам Свет небесный уберечь?...Однако, довольно разговоров, коль за столом сидим. Вы ешьте лучше, угощайтесь.
8. ЗАВЕТНЫЙ ДАР
Поблагодарив хозяев за сытный обед и за теплый прием, мы стали собраться в дорогу. Из дома выбежала Беляна. В руках у нее был рушни́к, вышитый белыми лебедями. Она подошла ко мне и, смущенно опустив глаза, сказала:
- Это я сама вышивала. Вот возьми на память.
Я, признаться, тоже немного смутился и, бережно приняв подарок, выразил взглядом свою признательность. Олесь поглядел на меня, потом на Беляну и, чуть подумав, быстро забежал в дом. Он вынес оттуда небольшую резную шкатулку и протянул ее Раските:
- Возьми, пригодится. Что положить - сам найдешь. Я только сегодня ее закончил. Видать, для тебя делал.
Жаль, что у нас не было с собой ничего, кроме оружия и походного снаряжения. И все, чем мы были сегодня богаты - это слова благодарности. Мы оседлали коней и, простившись, направились к дороге.
Великша, все это время стоявший поодаль, вдруг громко окликнул нас. Мы остановились, спе́шились и снова подошли к дому. Кузнец достал из-за пазухи небольшой круглый диск из блестящего белого металла с легким золотистым оттенком. На нем было изображено Солнце.
- Как-то давно человек один приходил... - сказал он, разглядывая диск. - Вот эту штуковину мне заказал, вроде как медаль. Дал форму из глины и слиток металла принес. Отлить просил. Сказал - для Ярисвета. ...Так вот я подумал: коли он помер, вручите его князю вашему. Кто он есть, я не знаю, не ведаю. Но в знаке этом будет ему завет. Пусть Солнце отныне ляжет на его сердце, и мысли его станут светлы.
Я осторожно взял медаль. Она была легкой, как перышко и как будто немного теплой.
- Из чего она сделана? - удивился я.
- Сам не знаю, - признался кузнец. - Сколько металлов видал, такой впервые встречаю: плавится туже булата, время его ничем не берет. А куски разные сами по себе крепко сцепляются. И только лишь между собой, а к другим металлам - никак.
Великша огляделся по сторонам и окликнул Беляну:
- Дочка, принеси-ка нам лебёдушку!
Беляна прибежала, держа в ладошке маленькую фигурку лебедя с раскрытыми в полете крыльями. Она тоже была сделана из того же металла.
- Вот, остаток был. - пояснил кузнец. - И по просьбе дочки я лебёдушку эту отлил. Так вот гляди, как прицепится!
Великша положил птицу на солнечный диск. Перевернул медаль, потряс. Лебедь держался крепко. Он попытался оторвать его рукой. Но лебедь даже не шевельнулся.
- Смотри, как прилип! - поразился Великша. - Видимо, долотом поддеть придется!
- Постой, не отрывай! - схватила его за руку Беляна. - Пусть останется! ...Видно суждено ему тут быть...
9. ПОСЛЕДНИЙ ПРИВАЛ
Мы ехали по полю не спеша. Планы были все равно спутаны, но мы об этом, конечно же, нисколько не жалели. К ночи мы должны были доехать до очередной заставы, но теперь мы бы успели туда разве что к утру. Хорошо, что у Раскиты своя палатка. Все-таки, будет где заночевать.
Мы вспоминали прошедший день, любовались природой, слушали, как поют луговые птицы. Так мы проехали до заката. Сумерки застали нас на лесной тропе. И мы решили, что пора делать привал, пока еще хоть что-нибудь видно. Подальше от дороги, на небольшой полянке разбили палатку, набрали сучьев и хвороста. Развели огонь. Уселись поудобней и начали добрый вечерний разговор. Тихо потрескивал костер, подбрасывая в небо яркие снопы искр. В котелке потихоньку варилась похлёбка. Где-то поблизости стрекотали кузнечики. То здесь, то там время от времени у́хали ночные птицы. Кони дремали, изредка фыркая во сне.