— Кажется, мы узнали больше, чем хотели, — заключает Бугров, отложив телефон. — Ты как?
— Да как-как, — ошалело брякаю я. — Нормально. Я первая начала. То есть, ты. Не суть. Да и вообще… уже подала на развод. Почему бы и да.
— Я могу найти девчонку.
— Зачем? — Я приподнимаю брови, изображая удивление.
— На случай, если будут проблемы с разводом.
— А, это. Ну да, можно. Потом. Если что. — Мы в молчании доезжаем до шлагбаума перед жилым домом и я в который раз за день спрашиваю: — Где мы на этот раз?
— У моего дома, — поясняет Бугров. Я тяжело выдуваю, а он говорит примирительно: — Не злись. Дизель голодный, меня черте сколько дома не было.
— Точно… кот, — бормочу я, стараясь не воспринимать информацию близко к сердцу.
«Ну и что, что он спас крошечного испуганного пушистика от верной смерти, забрал домой и заботится? Каждый дурак сможет!», — рассуждаю я хладнокровно, встав в противоположный от Бугрова угол в лифте и принципиально не глядя на него.
— Мяу! — раздается громкий вопль из недр квартиры, едва Бугров открывает дверь.
Через несколько секунд в просторную прихожую выбегает черный красавец с блестящей шерсткой и грациозно подпрыгивает, не дойдя метра.
— Привет, мужик, — посмеивается Бугров, поймав его на лету. — Я тоже соскучился.
«И так тоже», — ворчу я мысленно.
Кого обманываю? Лед тронулся, господа присяжные заседатели. Или я.
— Можешь пройти? — уже шагая в сторону кухни, спрашивает Бугров. — Сполоснусь.
— Начинается… — недовольно бурчу я себе под нос, а вслух кричу: — Ладно!
Делаю вид, что воюю с молнией на высоких сапогах, распахнув пальто, а чуть только он скрывается в ванной, вызываю такси. И когда он включает воду, выскальзываю на площадку.
Все это, конечно, очень здорово, и дрессированный котик, и показное доверие, которое он оказывает, оставляя меня один на один со своими вещами, но те сигналы, которые я все чаще получаю от мозга, находясь рядом с ним, уже откровенно напрягают.
Я не хочу чувствовать симпатию к этому неандертальцу, пусть он хоть сотню раз извинится и объяснится. Не хочу прощаться ни со своей обидой, ни с воспоминаниями о боли, страхе и унижении. Может, когда-нибудь, когда я буду уверена в его непричастности. Не сейчас.
Усилием мысли я подгоняю лифт, а из подъезда выбегаю, глядя в экран телефона, где, толкаясь в пробке, еле-еле плетется мое такси. Уже жалею, что вызвала к подъезду, как вдруг прямо напротив меня останавливается роскошный черный седан. Из него выходит водитель в строгом костюме, белоснежной рубашке и галстуке, обходит автомобиль, на ходу застегивая пуговицу на пиджаке, и распахивает заднюю пассажирскую дверь.
Сомнений в том, что это не мое такси эконом-класса, а этого подтянутого голубоглазого симпатягу с идеальной укладкой на светло-русых волосах зовут не Женишбек, разумеется, не возникает. Но пока я дохожу до тротуара, из машины успевает выйти прибывшая с водителем царская особа.
— Даша! — взмахнув рукой в элегантной перчатке, приветствует меня Вера. Та самая истеричная мадам, которая едва не оставила меня без волос.
— Вера, добрый вечер, — любезно говорю я, машинально касаясь своих волос. — Рада встрече.
— Мне до сих пор ужасно неловко, — морщится Вера, проследив мой жест. — Почему вы мне не позвонили? Я знаю, вы разводитесь!
Ее водитель опускает голову, пряча улыбку, но продолжает пялиться на меня, делая вид, что закрытие дверцы — процесс трудоемкий и спешки не терпит.
— Я… — мямлю я и мельком смотрю на экран телефона. — Откуда вы знаете?
— Я двадцать два года регистрирую браки, моя дорогая. — назидательно произносит она. — И после нашей встречи я проверила, твой в том числе. Ничего, что я на ты?
— Конечно, — не успев удивиться, отвечаю я и вновь бросаю взгляд на экран.
— У меня тогда была стрижка каре и темный цвет волос, нет ничего удивительного в том, что ты меня не узнала. Да и регистратор в такие моменты, как правило, мало занимает молодых, — тараторит она, увлекаясь все сильнее, а я переминаюсь с ноги на ногу, даже не представляя, как от нее отделаться, не оскорбив. — Но вот что странно, я не вспомнила тебя. Впрочем, тут тоже ничего сверхъестественного. Ты сильно осунулась с того времени. Да и взгляд потускнел… Хотя и года не прошло.
Дважды хлопнув ресницами, я делаю лицо каменным и отвожу взгляд в сторону. Куда-то туда, где за спиной наглой дамочки угорает ее водитель, давясь в кулак беззвучным смехом.
— Даша, — привлекает она мое внимание, щелкнув пальцами.