У меня начинают ныть зубы от количества мусорных слов, но перебить его я не решаюсь.
— И он согласился? — уточняет Бугров.
— Не, он это, все равно в отказ. Ну я ему и говорю, не веришь, давай тест сделаем. Только за твой счет. И типа мне жить негде, наврал, что переехали. Он купился, пустил меня на хату, у него этих квартир, как грязи, походу. И съездили с ним в лабораторию, сдали там эти образцы короче. Ну и все, — заканчивает он с круглыми глазами.
— Ага, все, — фыркаю я, а он морщится. — Ты приметный. В курсе?
— В курсе, — бурчит он. — Ну а че мне оставалось? Красиво рассуждать, когда и работа есть, и батя при бабле. А у меня ничего не было, сами с мамкой как могли крутились.
— Пожалеть? — кривлюсь я, а парень, насупившись, отворачивается.
— Дальше, — приглушенно рычит Бугров.
— А че дальше? — огрызается он. — Дальше все. Ничего не подтвердилось. Я бумаги посмотрел, говорю, окей, никаких претензий тогда. И ушел. Номерами мы до этого еще обменялись, он мне накануне как, ну, вы поняли, его того, позвонил. Говорит, приезжай, обсудим. Я такой — ну, окей. Может, помочь решил, все-таки, мамка на него больше десяти лет отпахала. Приехал на свою голову.
— Результаты экспертизы где? — спрашивает Бугров.
— На хате бросил, — вяло пожимает плечами парень. — Там в коридоре, под шапки полка.
— Мои деньги где? — шикаю я на него.
— Хотел бы знать, — мямлит он. — Под машину попал — были, а в вещах, которые вернули — нет. И последние нормальные штаны рваные, — добавляет он с обидой. — Теперь уже и некому сшить.
— Ты рассказывал о том, что собираешься стрясти денег с отца? — закрывает последний вопрос Бугров.
— Да, — еле выговаривает он.
— Уже после того, как все выяснил? — допытывается Бугров.
— Ну а че мне остается делать? — вылупив глаза, возмущенным шепотом отвечает парень. — Лежу тут на привязи!
— Он на меня с ножом напал, идиота ты кусок, — раздражаюсь я. — Единственным наследником тебя хотел сделать.
— Е-мое… ну сорян, сестренка. Каждый крутится, как может.
— Он труп, — добавляет Бугров и, не уточняя деталей, предупреждает: — Скормишь эту байку кому-нибудь еще, встретишься с ним лично.
Парень страдальчески морщится и сдержанно кивает, а мы с Бугровым выходим из палаты.
— Кажется, на счет футболки я поторопился, — заключает он.
— Может и нет, — задумчиво бормочу я, остановившись в коридоре.
Глава 19
Бугров вопросительно приподнимает брови, поняв, что уходить я не собираюсь, а я подношу палец к губам и максимально приближаюсь к оставшейся приоткрытой двери в палату.
— В чем дело? — спрашивает Бугров шепотом, склонившись к моему уху.
Становится немного щекотно от его дыхания, а по рукам пробегают игривые мурашки.
— У него чашка на тумбочке, — повернув голову, в той же манере говорю я Бугрову.
— И? — машинально проведя ладонью по руке, уточняет он, а я прячу улыбку и поясняю:
— Не больничная.
— А, — брякает Бугров и прислоняется спиной к стене, настроившись на длительное ожидание, но проходит всего пара минут, прежде чем наш воришка делает звонок.
— Ну же, ответь, — явно нервничает он, пытаясь до кого-то дозвониться. И вскоре бормочет: — Ты придурок… Че на сообщения не отвечаешь⁈ Да пошел ты! Кому ты рассказал? И все? Ты уверен? А ниче тот факт, что я просил не говорить? Все короче, завязывай. Не выгорит. Потому что! Потом короче. Напишу, давай.
— Любопытно, — отлипнув от стены и от злости сжав кулаки, зловеще произносит Бугров.
Он делает шаг к палате, но я останавливаю его, взяв под руку.
— Подожди, — прошу я. — Там полно народу, Саш.
— И? — рыкнув, он снова дергается к палате, но я опять осаживаю порыв души сломать парню то, что еще не сломано.
— Да подожди ты, — шикаю я.
— Ну? — придавив меня тяжелым взглядом, уточняет он.
Становится неуютно находиться рядом с ним, и я, поведя плечами и опустив глаза в пол, отпускаю его руку и делаю маленький шаг назад.
— Ничего, — мямлю я.
Бугров шумно выдыхает и, обняв меня за плечи, выводит из отделения, где мы можем говорить не шушукаясь, как школьницы на переменке.