— Возьми мой член и возьми его в рот. Сделай его приятным и влажным для меня, Бейли.
Я снова облизываю губы, когда смотрю на его пенис. Тёмная головка выглядит такой гладкой.
— Чёрт, — бормочет он, крепко сжимая её пальцами, когда на кончике появляется жемчужинка предэякулята. — Бейли, если ты не…»
Ему не нужно заканчивать фразу. У меня текут слюнки. Я наклоняюсь вперёд и обхватываю его рукой, чтобы попробовать на вкус.
Я хочу знать, каково это — держать эту часть его во рту. Посмотреть, как он отреагирует.
Я высовываю язык, слизывая жидкость, и Бо стонет. Когда я поднимаю взгляд, его глаза полуприкрыты и устремлены на меня.
Он убирает руки, заводит их за голову и откидывается назад, словно готовясь к какому-то шоу.
Меня охватывает волнение.
Я, черт возьми, не знаю, что делаю. Что, если я все сделаю неправильно? Что, если ему не понравится?
— Ты идеальна, Бейли. — Его слова мгновенно успокаивают меня. Он читает меня как книгу и точно знает, что у меня на уме.
Идеальна.
Я не уверена, что такое вообще возможно, но всё равно позволяю себе насладиться комплиментом. Он подбадривает меня, когда я скольжу губами по набухшей головке его члена. Я чувствую языком каждый бугорок, каждую шелковистую поверхность.
Я исследую, и он позволяет мне.
Я облизываю. Я сосу. Я наполняю свой рот Бо, и все, что я слышу, — это его стоны удовольствия.
Черт, да.
Именно так.
У тебя так хорошо получается.
Чем больше он говорит со мной, тем лучше я себя чувствую. Тем смелее я себя чувствую.
Я опускаюсь ниже, чувствуя его тупой кончик у себя в горле.
Я давлюсь, когда захожу слишком далеко.
— Полегче, Бейли, — он проводит рукой по моим волосам. — Тебе не нужно заходить так далеко. Все, что ты делаешь, так приятно.
Я поднимаюсь, краснея от его похвалы.
— Все в порядке?
Его щёки тоже порозовели, а глаза слегка блестят, как будто он выпил слишком много.
Но я знаю, что он пьян от меня.
— Это лучшее, что у меня когда-либо было. Единственное, что не так, — это то, что я кончу тебе в рот, если ты продолжишь в том же духе. И это будет пустой тратой времени, ведь мы оба знаем, что на самом деле ты хочешь, чтобы я кончил тебе в киску.
Мои глаза закрываются, а по коже бегут мурашки. Я действительно этого хочу, но, боже. Услышать, как он говорит это вслух?
Он притягивает меня к себе, и в его груди раздается понимающий смешок.
— Тебе нравится, когда я говорю такие вещи, не так ли?
— Может быть, — бормочу я, целуя его в плечо, когда он укладывает меня на себя.
— Нравится. Я только что видел, как твои соски затвердели, а щеки стали еще краснее. — Он приподнимает меня выше, втягивая в рот один сосок. Я вздыхаю от этого ощущения и вздрагиваю, когда он слегка прикусывает его.
— Не могу дождаться, когда узнаю, что ещё сводит тебя с ума. — Его влажные губы скользят по ложбинке между моими грудями. — Тебе нравится, когда я говорю тебе, что делать?
Я снова целую его кожу, стараясь вести себя более застенчиво, чем чувствую на самом деле. Мне это нравится.
— Может быть.
Он сосет мой второй сосок, и между моих ног скапливается влага.
Он улыбается, уткнувшись в мою грудь, прежде чем снова резко укусить меня, и я задыхаюсь.
— Что ж, в таком случае перестань валять дурака и сядь на мой член, Бейли. — Его огромные ладони обхватывают мою талию, и я поднимаюсь над ним, мои соски блестят от его слюны, а рядом с ними виднеются розовые следы от его зубов. Кровь бурлит в моих венах, когда я смотрю на этого прекрасного, заботливого мужчину, который дал мне всё и даже больше и почти ничего не попросил взамен.
Он говорит, что любит меня, и я не знаю, как это принять, но всё равно хочу это почувствовать.
Я медленно отвожу бёдра назад, кладу руку ему на грудь и выравниваю нас. Я знаю, каково это — ощущать его всего на дюйм внутри себя, и осознание того, что на этот раз я получу все, пронзает меня трепетом. Он поддерживает меня, когда я наклоняюсь и беру его за руку.
Я провожу головкой по своей влажности, чувствуя, как его член так легко проникает в меня. Он стонет, сжимая пальцами мою талию, словно ему приходится приложить все усилия, чтобы не толкнуть меня вниз и не насадить на свою длину.
Когда я прижимаю его к себе, наши взгляды встречаются. Его взгляд тяжел, и я едва выдерживаю его. И всё же я не отвожу глаз. Не могу.
Я так поглощена им, нами — он всё, что я вижу.
Мышцы моих ног напрягаются, когда я осторожно опускаюсь на него.