— Бейли. — Мое имя слетает с его губ, когда его широкие плечи опускаются в знак поражения.
В горле у меня застревает сердитое хныканье, и я роняю карточку на идеально отполированный деревянный пол, прежде чем развернуться на каблуках и убраться подальше от Бо.
Держись подальше от моего жениха.
Держись подальше от моего босса.
Когда я вернусь домой…
Я качаю головой, поднимаясь по бетонным ступенькам.
Когда я подхожу к дому Бо, я вхожу через парадную дверь, ввожу код от сигнализации, беру ключ Болера с крючка, где висят все наши ключи — его ключи. Я даже не снимаю обувь, проходя прямо через гостиную к задней двери.
Он может мыть свой дурацкий чистый пол зубной щёткой, пока думает о том, что натворил, мне всё равно.
А натворил он то, что лгал. Лгал так глубоко, так тщательно — даже если это было из лучших побуждений — он заставил меня поверить, что что-то было по-настоящему, а теперь мне кажется, что, может быть, это не так. Теперь мне кажется, что я была для него просто пешкой в какой-то дурацкой игре. Как будто он вернулся домой и сделал мою жизнь своей новой тайной миссией.
За исключением того, что он не сказал мне об этом, и из — за этого я упала в...
— Тьфу! — Слеза скатывается по моей щеке, и я сердито смахиваю ее, когда врываюсь в свой трейлер. Ключ в замке, я рывком открываю дверь и вваливаюсь внутрь, быстро запирая ее за собой.
Мне нужно побыть одной.
Мне нужно подумать.
А я не могу думать в доме, где все напоминает мне о нем.
Все пахнет им.
Теперь слезы текут рекой, и я не утруждаю себя их вытиранием, когда неуклюже плюхаюсь на кровать в дальнем конце комнаты, которая когда-то была моим домом.
Может быть, это снова мой дом?
Мысль об этом, о том, чтобы расстаться с ним, заставляет меня чувствовать, что мои кости трещат под тяжестью такой тяжелой ноши.
Я пытаюсь успокоить своё дыхание, но доходит до того, что мне кажется, будто я вообще не могу дышать.
Мне больно.
Мне стыдно.
Я чувствую себя глупо из-за того, что позволила себе поверить, что кто-то может любить меня так искренне.
И всё же я тоскую по нему. Я хочу только его. Его объятия. Его слова. Его запах.
Я знаю, что это единственное, что поможет мне почувствовать себя лучше, но… Я в ярости.
Проходят мгновения, и я наблюдаю, как беззвучные слезы падают на мои джинсы, впитываясь, окрашивая светлую ткань в темный цвет. Пятна сначала маленькие, а потом становятся все больше и больше, округлые, с более мягкими краями.
Внезапно я слышу его испуганный голос, зовущий меня по имени из дома. Я закрываю глаза и слушаю его.
— Бейли!
Его голос — он причиняет боль. Я чувствую в нём боль, боль, которая была бы такой же, как моя, если бы я могла найти хоть какие-то слова, чтобы сказать это.
— Бейли! — Он сейчас на кухне, я слышу, как близко он говорит, и знаю, что то, что я прячусь от него, причиняет ему боль. От этого мне хочется вырвать.
Но мне нужен этот момент. Мне нужно это пространство. Этот трейлер может стоять на его земле, но он всё равно мой. Простой, незамысловатый и обшарпанный, но мой.
Я думала, что бар принадлежит мне. Я думала, что это единственное место, где люди ценят меня и мой тяжёлый труд. Я думала, что заслужила это место в мире.
Задняя дверь с грохотом распахивается, и я знаю, что этот мужчина разорвёт мир на части, чтобы найти меня. Чтобы спасти меня.
Но я так устала от того, что меня нужно спасать.
— Бейли! Его ладонь опускается на дверь моего трейлера. Я слышу, как она хлопает.
Детская часть меня хочет продолжать прятаться от него и не отвечать.
Но та часть меня, которая влюблена в него, разрывается на части, полоска за полоской, пока я слушаю, как он отчаянно ищет меня.
— Да? — Я принюхиваюсь.
Раздаётся стук в дверь, и я чувствую, что могу прекрасно представить его, прислонившегося лбом к простому матово-серому фасаду моего старенького трейлера. Всё идеально и прекрасно.
— Бейли.
— Почему ты мне не сказал? — Слова вырываются рыданием. Я думала, что смогу сдержаться, но не смогла. Я, чёрт возьми, разваливаюсь на части.
Он ничего не говорит, и это приводит меня в бешенство, поэтому я встаю и распахиваю стеклопластиковую дверь, заставляя его отшатнуться.
— Почему ты мне не сказал? Для парня, который отчаянно не хотел, чтобы наши отношения были основаны на лжи, ты, несомненно, преуспел в этом.
Он облизывает губы, и золотистый свет за его спиной освещает силуэт дома.