Если честно, ему это не подходит. Все острые углы и холодные материалы. Полированные бетонные полы. Странные деревянные балки в паре с серыми стенами. Большие окна от пола до потолка, выходящие на открытое пространство земли с одной стороны и на русло ручья с другой.
— Да. Выросши в том, что казалось горным домиком, я построил что-то немного другое. Меньше Дикого Запада и больше... — Он пожимает плечами через стол, окуная свой чайный пакетик в дымящуюся кружку с водой... снова и снова.
Это почти сексуально. Вдох, выдох. Вдох, выдох.
Эти фальшивые отношения будут мучительно долгими, если я даже не смогу справиться с тем, как этот мужчина обращается с чайным пакетиком.
Я облизываю губы, скрещиваю ноги и делаю большой глоток пива, внутренне ругая себя за то, чтобы взять себя в руки.
— Свежий. Гладкий, — задумчиво заключает он.
— Да, ну. Это очень по-мужски. Прямо как ты. — Я бросаю на него взгляд.
Самодовольный юмор украшает каждую его черту.
— Бля. Просто… — Я отвожу взгляд, снова вращая бутылку, пытаясь не поддаться давлению, сидя напротив него за маленьким обеденным столом. — Я нервничаю. Ты заставляешь меня нервничать.
— Почему? — Он не двигается с места, полностью сосредоточившись на мне.
Потому что я бесконечно возбуждена, а ты встречался с собой?
— Эта ситуация заставляет меня нервничать, — поясняю я, вместо того чтобы выпалить первую мысль, которая приходит мне в голову.
На этот раз.
— Ладно, — он откидывается на спинку стула, выглядя таким расслабленным. Я завидую его уровню уверенности. — Давай поговорим. Спланируем. Поставим все на карту.
Я киваю, покусывая губу, стараясь не позволить своим глазам снова скользнуть вниз по его телу.
— Да. Нам нужны некоторые основные правила.
Он наклонился вперед, локти упираются в стол, кружка между его большими ладонями. Я смотрю.
Хотела бы я быть таким же придурком.
— Никакого анального секса, Бейли, — невозмутимо говорит он. — Я знаю, что тебе это действительно интересно, но мне это просто не нравится.
Я вздрагиваю, глаза вот-вот вылезут из орбит. Моя рука взлетает к губам, и я заставляю себя проглотить пиво во рту, чтобы не выплеснуть его на него.
— О, боже! — говорю я из-под пальцев. — Это был всего лишь вопрос!
— Да. Вопрос, который никто другой просто мне не задавал.
— Ну, а кого еще мне спросить?
— Погуглить?
Я откидываюсь на спинку стула, стону и смотрю в потолок.
— В данный момент это не казалось странным вопросом.
Честно говоря, мне нравится наблюдать за его реакцией. Он так... невозмутим мной все время. Но когда я задаю такие вопросы, я получаю реакцию. Это как доказательство жизни.
— Правда? — Он смеется надо мной сейчас. И кто может его винить? Он, должно быть, думает, что я сумасшедшая.
— Нет, я только что посмотрела видео, и оно заставило меня задуматься. Это было забавно. А ты кажется опытным, поэтому я хотела знать. Ты мог бы сказать мне, что это личное, если бы не хотел отвечать.
С усмешкой он говорит:
— У тебя был анальный секс, Бейли?
Я фыркаю и опускаю подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом.
— У меня не было никакого секса, Бо.
Весь юмор, который только что пронизывал его тело, улетучивается. Клянусь, я наблюдаю, как он просто — пуф — испаряется.
— Какой-нибудь секс? — Он смотрит недоверчиво.
— Никакого. Большой жирный ноль. Мне показалось, что я должна выложить это на стол, если мы будем честны друг с другом сегодня вечером.
— Как? — Его глаза сверкают интересом. Не отвращением или жалостью, просто… недоверием. — Разве тебе не двадцать два?
— Да, но я не знаю. Я просто никуда не хожу. Возможность не представилась, и я не хочу отмечать ее как пункт в списке покупок. И… кто? В этом городе есть люди, которые не прикоснутся ко мне десятифутовым шестом, или люди, которые хотят прикоснуться ко мне, просто чтобы сказать, что они это сделали.
Я поднимаю палец, как будто у меня момент озарения.
— На самом деле, это было последнее пари, в котором я неосознанно участвовала. Так что, да, мне нужен очень четкий план, чтобы ничего не запуталось.
Чтобы мои чувства не были задеты.
Он смотрит на меня несколько секунд, в его серебристых глазах сверкает сталь. Его челюсть отвисает, когда он скрежещет зубами, и я не могу не заметить, как его длинные пальцы сжимают кружку, словно он представляет, как душит кого-то.
— Мы не будем заниматься сексом, Бейли. Это не суть этой договоренности.
Я немного разочарована убежденностью, с которой он передал это сообщение. Но это также успокаивает меня. Честно говоря, часть того, что не давало мне спать прошлой ночью, было беспокойство о том, насколько далеко нам придется зайти в этом деле.