— И не надевай вычурное маленькое платье, Бейли. Мы возьмем мой мотоцикл.
Мысль о том, чтобы провести час, прижавшись к Бо, заставляет мои щеки гореть ярче. Тем не менее, я высоко держу голову, когда иду через просторный дом к лестнице, ведущей в мою комнату.
Я начала хранить там всю свою одежду, хотя мой трейлер стоит на его лужайке перед домом.
Это еще одна вещь, о которой мы не говорили. Жара закончилась, и но мы здесь. Все еще живем вместе.
Мне кажется, что соломенный дом, который мы построили, начинает рушиться.
Мне не нужен кондиционер, и все же я все еще здесь.
Мне не нужна другая работа, и все же я все еще здесь.
Мне не нужно сегодня вечером идти с Бо, и все же мне нужно.
Я прижимаю его к себе, ветер дует нам в лицо, когда мы мчимся по шоссе в город.
На каждом светофоре он тянется назад и трет мою икру, пока снова не загорается зеленый.
И ничто во всем этом не кажется фальшивым.
Глава 29
Бо
Уилла: Поговорила со своим братишкой-придурком. Просто назовите свои имена у двери. Его зовут Форд Грант-младший, и вы можете спросить его, если у вас возникнут проблемы.
Бо: Младший?
Уилла: Да. Акцент на младшем. Это его любимое.
Бо: По какой-то причине я тебе не верю. Но спасибо, Уилс. Я твой должник.
Уилла: Круто. Вообще-то, можешь подергать его за волосы на затылке и сказать, что это от меня. Ему нравится.
Бо: Я этого делать не буду. Но передам ему, что ты передаешь свою любовь.
Уилла: Ха-ха. Да. Передай ему это. Это еще смешнее.
К тому времени, как мы добрались до города, уже стемнело. Сегодня я застрял на работе и вернулся домой позже, чем думал.
Бейли прижимается к моей спине, ее руки крепко обнимают мою талию.
Она сжимает меня все сильнее каждый раз, когда мы трогаемся с места, и мне хочется остановиться и ехать всю ночь.
Я знаю, что она не очень-то хотела ехать на мотоцикле. На самом деле, ее слова были:
— Не дай нам погибнуть, солдат. У меня наконец-то все налаживается.
А затем она перекинула ногу и повисла изо всех сил.
Я наслаждаюсь ощущением ее на своем теле, осознанием того, что она доверяет мне свою жизнь. То, что я вчера ночью укутал ее в своей постели, застряло со мной на весь день, и я не стесняюсь признать, что одной из причин, по которой я хотел сделать это сегодня ночью, было желание снова быть рядом с ней.
Я тоже хочу, чтобы она снова спала со мной. Но просить об этом, учитывая, как мы построили наши отношения, кажется слишком навязчивым.
Залезть в ее ванну и приготовить из нее еду, вероятно, было слишком.
Так что, возможно, Бейли права. Возможно, я импульсивен. Но только там, где она заинтересована. И я не жалею об этом.
Мы останавливаемся на очередном красном светофоре. Бар, куда я хочу ее отвезти, находится прямо впереди. Я отступаю назад, провожу рукой от ее колена вниз по ее икре. Надеясь, что я не слишком сильно ее напугал мотоциклом, я обнимаю ее, успокаивая.
Я оборачиваюсь через плечо, мой шлем задевает ее шлем.
— Ты в порядке, сахар?
Она кивает.
— Почти приехали.
Загорается зеленый свет, и через несколько минут мы подъезжаем к Джин и Lyrics. Владелец и управляющий — единственный и неповторимый Форд Грант — всемирно известный инвестор, продюсер и старший брат Уиллы. Это единственная причина, по которой я попал в список VIP-гостей.
В этом баре звучит музыка всех жанров. Разные жанры в разные вечера.
Концерты для немного более известных групп, вечера талантов для новичков. Сегодня вечером играет диджей. Я ничего о них не знаю, но я подумал, что ночь в городе, где Бейли сможет развлечься, не оглядываясь постоянно, была бы хорошим подарком. Она еще так молода. Ей нужно немного веселья в жизни.
Я хочу дать ей это.
— Мы здесь, — говорю я, снимая шлем и проводя рукой по волосам. Руки Бейли скользят по моей спине и ребрам, когда она слезает с мотоцикла. Музыка гремит изнутри, и когда я оглядываюсь назад, она выглядит взволнованной.
Ее глаза сверкают, как темные драгоценные камни, когда она выпрямляет волосы, только слегка приглаженные сверху из-за шлема, а затем завивающиеся небольшими локонами вокруг ее рук. Длинные и свободные.
На этот раз она выглядит беззаботной.
Босоножки на платформе поддерживают ее широкие свободные джинсы, а кожа на ее груди переливается от отражения света снаружи. На ней черная кожаная куртка с небольшой прорехой на локте и корсетная майка, которая заставляет меня бороться с тем, чтобы не пялиться на ее грудь, как на какой-то придурок, который сидит в ее баре каждый вечер.