Утром я приподнимаю одеяло с нижней стороны и разминаю внутренние стороны бедер Кристины. Она тихо стонет и просыпается.
— Что ты делаешь? — пытается сомкнуть ноги.
— Тебе вчера было больно. Удовольствие обычно снимает напряжение.
— Подожди. Мы не должны и я…я не получаю оргазмов. Марсель говорил, что я фригидна.
— Вчерашний вечер доказал обратное, Кристина. И что я говорил?
— Этого человека больше не существует.
Умница.
— Посмотри, как твое тело отзывается на мои прикосновения. — провожу ладонью от ложбинки ее грудей до низа живота.
Женщина пускает волну, ища моих прикосновений и продолжения.
— Ты такая нежная и мягкая.
Кристина убирает мою руку со своего живота. Потребовалось десять дней без голодовки, чтобы ее тело обрело истинную форму. Округлости, небольшой бугорок. Останавливаю ее запястье и прикусываю бархатную кожу.
— Я одержим каждым кусочков.
Она издает стон и касается моих волос, беспорядочно водя по ним, и крепко сжимает, когда опускаю голову между ее ног. Идеально.
— Глаза на меня дорогая. — всасываю ее клитор, а пальцами тру складочки.
Она прижимается ко мне, и я не могу не быть счастлив. Возвращаюсь за добавкой и хватает еще нескольких движений, чтобы Кристина начала извиваться, а затем громко кончила.
Я поднимаюсь, чтобы поймать ее слезы, женщина же в это время поглаживает мои плечи и спускается ниже, нащупывая квадратный пластырь.
— Ты ранен? Ты подрался с друзьями? — тут же садится — Покажи.
— Из-за крови будет непонятно. — я зря это сказал.
За меня в последний раз так переживала Ари, но я понимал, это сестринская забота, сейчас все по-другому.
— Лестер. — сглатывает — Умоляю тебя.
Ложусь на живот, и Кристина сделает меня. Кажется, член способен пробурить матрас.
— Снимай одним рывком.
Она сомневается и все же делает это двумя и замирает. Я поворачиваю голову набок.
— Все еще заживет, и тогда рисунок проявится.
— Кадуцей. — выдыхает — Но когда ты успел?
— Вчера перед нашей поездкой. Потребуется еще два сеанса.
— Вау…
Затем она делает то, что я никак не мог ожидать. Я чувствую ее теплые губы у себя чуть выше лопаток, куда и помещается рисунок.
— Это очень красиво.
— Ну конечно, оно сделано по твоему эскизу.
— Вот куда пропал альбом…
Переворачиваю нас так, чтобы обнаженная женщина оказалась на спине, а я сверху.
— Должно же у меня остаться хоть что-то на память.
Повисает пауза.
— Когда мы вернемся в хижину?
— В полдень тебя устроит?
ГЛАВА 6
ГЛАВА 6
КРИСТИНА
Дорога не сказка, но оказаться в хижине ощущается как глоток покоя. Здесь все теплое и живое, далекое от реальности.
Лестер принимается за готовку.
— Я помогу.
— Лучше постой под горячим душем, разогрей мышцы после поездки на мотобайке.
— Но ты был напряжен еще сильнее.
— Зовешь с собой?
Я чувствую жар, поднимающийся от шеи до ушей.
— У тебя вот-вот подгорит.
Киваю на плиту, и пока Лестер отвлекается, проскальзываю в ванную. Я все еще чувствую его внутри, меня бьет пощечиной мысль, что мы переспали, все должно быть не так. Встряхиваю головой.
— Перестань думать.
Вскрикиваю, не понимая, как Лестеру удалось бесшумно проникнуть в комнату. Ах да…он же военный и наемник.
— Не знаю…я все делаю не так, мы…
Мужчина грубо притягивает меня за затылок и затыкает поцелуем. Он раскрывает мои губы, поглаживает по спине и все также не дает вырваться, я и не особо стараюсь.
— Ты сильно голодна? — шепчет мне в губы.
Не сразу понимаю, о чем он говорит. Черт. Часто мотаю головой.
— Отлично, потому что я безумно.
Второй полноценный секс с моим похитителем? Спасибо, не откажусь. Лестер снимает с меня одежду, и после каждого его движения я слышу треск ткани. Мы оказываемся в ванной, мужчина включает воду, и на секунду я задыхаюсь. Опираюсь о плитку стены, мои ягодицы жестко мнут.
— Готова, моя звездочка?
Из меня вырывается только неуверенный писк, и тогда он входит до конца. Влажные бедра бьются о мою плоть с извращенным звуком, который я слышала только в порно фильмах.
Каждый сильный толчок вырывает из груди стон, отчего саднит горло. Выгибаю спину, когда Лестер тянет меня за волосы, а сам проскальзывает рукой спереди и мгновенно находит мой клитор, словно мы давние любовники. Он делает все настолько правильно, настолько нежно и при этом требовательно проходится рукой по внутренней стороне моего бедра, посасывает шею и чувствительное место за ушком.
— Лестер, я сейчас… — мычу и бью рукой по стене.