— Во время южных войн. — продолжаю — И был в каком-то серьезном отряде. Таких называют ликвидаторами? Ты работаешь с дальней дистанции, наверняка безошибочный снайпер. Твои друзья тож…
— Мы не будем говорить о войнах и моих братьях. — впервые рявкает Лестер и отодвигает от стола.
— Хорошо. — не хочу его злить, понимая, что права в каждом предположении — Я включу музыку?
— Не выше второй громкости.
Я слышала, что многим ветеранам неприятны громкие шумы. Договорились, наемный убийца высшего уровня.
Включаю совсем не подходящую Лестеру песню: Everybody Wants to Rule the World исполнителя Lorde. В ней поется о желании владеть миром, не слушать человеческую природу, пытаться сражаться вместе, но отпустить. Каждый диск подобран не спроста, и я сомневаюсь, что покупатель хотел какую-то другую песню исполнителя. Я включаю ее совсем тихо и сажусь за стол с очередным калорийным блюдом. Это наш последний ужин.
Утром Лестер уезжает на мотобайке, который все это время стоял у крыльца, был прикрыт брезентом. Он заправляет транспорт, а затем подходит ко мне. Я, словно верная жена, провожаю его у порога, уже начиная дрожать от ужаса.
Лестер аккуратно приподнимает мой подбородок.
— Прошу тебя, не натвори глупостей.
Легко, потому что после его отъезда, мне было страшно спуститься на первый этаж, чтобы сходить в туалет. Мне всюду мерещились звуки, человеческие голоса, силуэты браконьеров – я сходила с ума уже к пяти часам дня.
Я наконец спускаюсь и решаю, что здесь, на диване Лестера, безопаснее. Держу рядом кухонный нож, которым не смогу никого заколоть при всем желании. Включаю музыку и только начиная напевать, чуть расслабляюсь. К восьми вечера изматываю себя физическими нагрузками и надеюсь, что это поможет заснуть. Оставляю включенным одну из тусклых ламп, которая отбрасывает страшные тени. Я никогда не боялась темноты или одиночества – даже любила их, но не в лесу.
Залезаю в аптечку, что лежит в верхнем ящике в уборной и нахожу пару таблеток снотворного, они так и подписаны. Это спасет меня от кошмаров, но все равно периодически открываю глаза и смотрю на часы. Он не придет.
***
ЛЕСТЕР
В Чикаго я провожу больше времени, чем рассчитывал. Друзья не задают лишних вопросов – верное решение. Мы выпиваем, лениво играем в бильярд и обсуждаем новые разработки компании Моргана. Кай вспоминает старые времена – это его хобби, не остальных. Он продолжает ходить на светские мероприятия и греться в объятьях обнаженных моделей – хренов богатенький сынок – как и все мы, кроме Захара. Поглядываю на часы, что не скрывается от глаз друга. Он покачивает головой, и я одними губами произношу: “заткнись”. Мне пора идти. Спасибо, что Морган не может без своей семьи больше четырех часов, иначе ко мне бы возникло много вопросов. А так мы разъезжаемся под его предлогом, и мне нужно остановиться дома и проверить, все ли собрано по списку Кристины: от точного названия прокладок до сантиметров обувной стельки. Не все оказывается идеально, потому что никогда блять не надо жалеть времени и поручать работу идиотам. Так что проходит больше обещанного двадцати одного часа на исправление ошибок тупоголовых помощников.
Уже больше четырех часов, когда я подъезжаю к хижине. Не то чтобы я надеялся на теплый прием, но когда захожу внутрь, меня встречает тишина. Все внутри на мгновение холодеет – она ослушалась и сбежала, но потом прохожу дальше и вижу девушку, свернувшуюся на диване. Четыре часа дня, она неестественно крепко спит.
Бросаю первый десяток пакетов покупок, когда вижу на полу знакомый пакетик. Блять, нет, это не должно так закончится.
— Кристина! — трясу за плечи, она недовольно мычит и приоткрывает мутные глаза, спасибо.
Я тащу ее в унитазу. Одной рукой поднимаю крышку, пальцы второй засовываю ей в горло. Кристина начинает давиться и извиваться, но крепко держу ее и команду:
— Давай, выплевывай, девочка. Прошу.
Я никогда не умолял.
— Все в порядке, просто выплюни это. — повторяю действия пару раз и из Кристины выходит вода и еда, которую мы ели еще вместе.
Она выпила их еще и на голодный желудок, умница блять.
Эти транквилизаторы предназначены мне. Заначка из двух таблеток – гарантия, что я смогу купировать начало приступа, далее уже требуется доза серьезнее. Выпей Кристина на одну таблетку больше, могла бы впасть в кому. Этот препарат не для здорового человека, особенно такого маленького и хрупкого. Зачем она это сделала?