«И как вы намерены управлять ими в воздухе?» — с интересом спросил Ли-Мэллори.
«Я думаю, управлять тремя эскадрильями очень легко. Я еще не пробовал, сэр, но уверен, что основное — это собрать все самолеты в нужное время в нужном месте. Если бы сегодня у меня были три эскадрильи, было бы очень легко навести их на противника, а мы стали бы втрое сильнее. Это все, чего я хочу, сэр. Бросить в бой как можно больше самолетов. А когда начнется схватка, управлять уже никем не нужно».
Он помедлил и продолжил:
«Я думаю, что нам следует пикировать на строй бомбардировщиков, чтобы расколоть его, и чем быстрее, тем лучше. После этого начнется свободная охота, и тогда истребитель будет иметь преимущество: 8 пулеметов против одного или двух отдельного бомбардировщика».
«Звучит заманчиво», — согласился Ли-Мэллори.
«Я думаю, это поможет снизить уровень наших потерь. Одна эскадрилья против соединения из ста и более самолетов — слишком рискованно. Сегодня нам повезло, потому что мы находились выше и со стороны солнца», — продолжал Бадер.
Ли-Мэллори сказал, что подумает об этом.
На следующий день 242-я эскадрилья, воодушевленная успехом, три раза поднималась, чтобы патрулировать над северным Лондоном, однако каждый раз летчики испытывали разочарование. Никаких следов противника. Казалось, что 242-ю эскадрилью вызывают только для того, чтобы дать летчикам 11-й группы спокойно попить чайку, пока нет немецких самолетов. Это было крайне неприятно. Однако вечером Бадер почувствовал себя лучше, так как позвонил Ли-Мэллори и сказал:
«Завтра я хочу испытать действия большой группы самолетов по вашей схеме. Мы вызовем 19-ю и 310-ю эскадрильи из Даксфорда. Берите этих парней, и посмотрим, как вы справитесь с командованием группы из 3 эскадрилий».
Мысленно поблагодарив Ли-Мэллори за столь решительные действия, Бадер провел 3 дня в тренировках, готовя эскадрильи к совместным действиям. 19-я эскадрилья была оснащена более скоростными «Спитфайрами», поэтому Бадер решил, что она будет держаться выше и чуть сзади, прикрывая «Харрикейны». 310-я эскадрилья будет находиться позади 242-й на той же высоте. В течение этих 3 дней 242-я эскадрилья еще несколько раз выполняла патрульные полеты над северным Лондоном. И снова не встретила противника. Разочарование!
Только Пауэлл-Шэддон решил, что увидел нечто. Они услышали его голос по радио:
«Т-тысяча слева!»
Несколько голов немедленно повернулись в эту сторону, а потом последовала язвительная реплика:
«Аэростаты заграждения, дурак!»
На юге самолеты Люфтваффе продолжали бомбить цели в южной Англии, и, судя по всему, 11-я авиагруппа проигрывала битву. Невыносимо! Бадер не раз говорил это.
Во время одного из этих безрезультатных патрулирований он заметил какую-то точку в небе, как раз в тот момент, когда истребители должны были повернуть назад, поскольку бензин подходил к концу. От такого можно сойти с ума.
Далеко внизу Бадер увидел эскадрилью, которая круто шла вверх, чтобы перехватить эту цель. Оставалось лишь надеяться, что они успеют набрать высоту, и что немецких самолетов будет не слишком много.
По требованию штаба группы он написал докладную, в которой изложил свои предложения относительно того, как расколоть строй бомбардировщиков. «Их можно рассеять решительным ударом головного звена истребителей, которые спикируют прямо в самую гущу противника, даже рискуя столкновением. Именно эта угроза вынудит немецких пилотов совершать резкие маневры уклонения, которые, разумеется, немедленно разрушат любой сомкнутый строй. Кроме того, что это повышает шансы истребителей на успех, противник может лишиться возможности точно сбросить бомбы».
Он продолжал вдалбливать это в головы пилотов всех трех эскадрилий, добавляя: «Еще одно. Постоянно смотрите в зеркало. И если вы увидите там фрица, — немедленно отрывайтесь!» К 5 сентября он добился того, что все его 36 истребителей взлетали с земли примерно за 3 минуты. В воздухе последовал неформальный обмен приветствиями: «Хэлло, Вуди», «Хэлло, Дуглас». Это Ли-Мэллори прилетел, чтобы понаблюдать за учениями. После них он заверил Бадера:
«Все нормально. Когда в следующий раз 11-я группа вызовет вас, я дам вам всю команду».
На следующий день Геринг впервые бросил свои Люфтваффе на Лондон.
С самого утра несколько волн бомбардировщиков поочередно прорывались сквозь оборонительные завесы к городу. Бадер, находившийся в готовности вместе со своими эскадрильями, слышал по радио поступающие сообщения и сгорал от нетерпения. Весь день он названивал в штаб группы дежурному по полетам и невозмутимому Вудхоллу, требуя, чтобы ему позволили взлететь. Однако это произошло только в 16.45, когда наконец позвонил дежурный и приказал:
«Взлетайте!»
В воздухе он услышал спокойный голос Вудхолла:
«Хэлло, Дуглас. Там кое-кто пересек побережье и кружит вокруг Норт-Уилда. Ангелы десять. Если они появятся у тебя на пути, — они твои».
Истребители быстро набрали высоту, и Бадер снова нарушил инструкции. Он приказал держаться на высоте 15000 футов, а не 10000, так как желал оказаться выше любого самолета, который будет замечен.
Возле Норт-Уилда они снова услышали Вудхолла:
«Хэлло, Дуглас. Более 70 самолетов пересекли Темзу восточнее Лондона, идут на север».