Минут через пять нас выбросило над густо заросшими предгорьями. Выправив самолет, я взглянул на высотомер — 6 700. Первым делом я осмотрелся, по эту сторону Шторма в небе оказалось множество кучевых облаков, а вот врага пока видно не было.
— Вы в порядке?
— Да! — ответила Ирина. — Но было страшно!
Я повел самолет на снижение к ближайшей группе облаков. Не хотелось мне торчать у всех на виду.
Неприятности не заставили долго себя ждать. Сначала я почувствовал, что «Тень» ведет себя как-то не так, неуловимо изменился шум двигателя, а скорость стала падать. Взглянув на прибор, я увидел, что число оборотов двигателя снизилось, а температура масла выросла. Я примерно представлял, что могло случиться, и был почти уверен, что за пару часов смог бы подлатать самолет. Проблема была в том, что для этого надо было как минимум приземлиться.
Осторожно снизившись, я выглянул из облаков. Внизу, насколько хватало глаз, расстилались густые тропические джунгли, только далеко впереди блестела полоска океана. И не было видно ни одной полянки. Тихо выругавшись, я увел самолет обратно в облака.
— Ирвин, что-то случилось? — встревожено спросила Ирина.
— Нет, пока все в порядке! — крикнул я в ответ.
«В порядке» продолжалось еще целых двадцать минут. До района встречи с «Изгнанником» оставалось еще чуть больше часа полета. Я вел самолет на высоте около четырех тысяч метров, стараясь держаться в облаках. Мне легко удавалось держать нужную скорость, но при попытке набрать высоту, сразу чувствовалась нехватка тяги, а стоило повысить нагрузку на двигатель, как он начинал греться.
— Ирвин!!!
Облако вокруг нас исчезло. Оно не кончилось, его не сдуло порывом ветра, оно просто испарилось. Чертова магия! Впереди по курсу три фрегата эйрхатов разворачивались к нам бортом! Позади из зарослей джунглей поднимались звенья истребителей, небольшая прореха в деревьях оказалась хорошо замаскированным аэродромом. Ну а высоко над нами, отсекая малейшую возможность набрать высоту, барражировали остроносые машины риегалов. Обложили нас грамотно, ничего не сказать.
Я сглотнул. Ирина тихо выругалась.
На фрегатах сверкнули характерные вспышки. Очнувшись от мгновенного шока, я резко дал газу и бросил самолет в пике. Через пару мгновений над нами разорвались зенитные снаряды! Противник оказался до обидного метким. Следующие разрывы легли прямо за нами, несколько осколков по касательной, оставляя царапины, шваркнули по обшивке.
Будь я на родной «касатке», чихал бы я на эти зенитки. Но «Тень» разведывательный самолет, а не боевой. Брони нет, вооружение скорее символическое, главное его оружие — скорость. Но вот скорости-то как раз у нас и не было!
Уже через минуту нам на хвост плотно сели истребители рабов эйрхатов. Легкие и верткие машины намертво вцепились в наш след и не собирались отставать. Я выжимал последние остатки из двигателя, буквально насиловал его, активно маневрировал, но стоило мне оторваться от пары врагов, как сзади тут же появлялись другие. Трассеры регулярно проносились рядом. А Ирина ничем не могла помочь, потому что сами риегалы не приближались к нам.
Вскоре в крыльях и в хвостовом оперении появились небольшие симпатичные дырки. Фрегаты эйрхатов открыли быстрый заградительный огонь, отсекая единственный путь к спасению. Еще одна группа кораблей шла к нам с востока, а другая с запада, и сомневаться в их принадлежности не приходилось.
— Ирвин! На нас заходят сзади! — отчаянно крикнула Ирина.
Я молча бросил самолет в сторону. Рядом пронеслись трассеры, а вслед за ними пролетел не рассчитавший скорость истребитель. Я мгновенно воспользовался ситуацией, зашел ему в хвост и всадил хорошую очередь из пулеметов! И ничего не произошло…. Я попал, но противник просто ушел на вираж и все. А мне оставалось лишь в бессильной злобе орать проклятья.
Противник действовал обдуманно. Он расчетливо, грамотно и последовательно отсекал все возможные пути. Я не мог ни уйти на высоту, ни спрятаться в облаках, ни прорваться на север к морю.
— Ирина, начни, наконец, стрелять, раздери тебя демоны!!! — в ярости крикнул я, осознав вдруг, что весь бой никто меня не прикрывает сзади.