– Слушай, я кое-что придумал. После свадьбы мы уедем, я заберу тебя. Давай купим большой-большой дом, будем жить вдвоём, ты достигнешь Просветления и… родишь много-много детей, или что там обычно после свадьбы, – второй молодой господин Ламис почувствовал теплоту в душе, представляя их как семью.
– Но я…не смогу стать бессмертной, – голос полный боли и отчаяния, словно тихо кричал, отчего Стефану пришлось сжать руку сильнее.
– У меня получается тебя обучать, я... – Стефан надеялся, что сводка по другую сторону услышит и поймёт его правильно, – ты станешь моей ученицей, и будет у нас всё хорошо, – он успокаивающе погладил её ладонь.
Стефан проснулся в холодном поту. Мужчина долго не мог отдышаться, смотря в потолок комнаты, где сейчас находился.
Сначала они с Изабель просто шли к ближайшему поселению, где остановились в таверне. Ей пришлось заплатить за еду, отчего мужчина чувствовал себя очень неловко, однако, если девушку это и смущало, виду она не подала. А когда им принесли овощное рагу и капустный суп, оказалось, что есть Изабель и вовсе не собиралась. Стефан даже подумал, что всё дело в маске, скрывающей лицо. Наверняка с ней очень неудобно обедать.
Стефан ел медленно, пробуя каждый кусочек овощей, пока девушка наблюдала за ним, не произнося ни слова.
– Вам стоило тоже заказать себе чего-нибудь, – будто бы невзначай сказал Стефан.
– Это лишнее, я могу взять себе еду, когда мы займём комнаты, – спокойно ответила Изабель, поправив ленту, удерживающую высокий длинный хвост.
– Вы хотите заночевать здесь? – мужчина огляделся. Таверна выглядела вполне обычно, днём здесь ели, а ночью выпивали.
Но Изабель продолжала изучать своего спутника.
– Какие у вас планы? – вдруг спросила она.
– Планы…
Было только одно место, которое Стефан хотел навестить, то, с которым связанны самые тёплые и самые болезненные воспоминания мужчины. Он примерно помнил карту. Совсем недалеко должно располагаться то, что раньше было Вишнёвым Лесом и скалами, где располагалось поместье Ламисов. От этого сбивалось дыхание. Стефан как хотел вернуться туда, так и боялся. Да, ещё пару часов назад он был уверен, что обязан побывать там. Однако сейчас сомневался. Может быть, всё стоило оставить лишь воспоминанием.
Как те воспоминания о прошлом, что отдавались неприятной болью в груди. Одним из них была и та история о тайне брата.
Стефану стоило молчать.
Стефану стоило принять увлечения старшего как данность.
Стефану стоило хранить тайну сада брата.
Тайну, что и так была спрятана под холодным выражением лица.
Но юноша не разделял мыслей первого молодого господина. Он был убеждён, что смысл жизни заклинателя в сражениях и семье, так его учили всю жизнь, так говорил отец.
Тот самый отец, что позже уничтожил всё, что связывало старшего сына с запретным увлечением, сведя на нет все его старания. Брат Стефана не покидал комнату несколько дней, а выйдя, он не покидал тренировочное поле, яростно кромсая специальные манекены свои мечом один за другим. Первый молодой господин почти ни с кем не разговаривал, став мрачнее тучи. В одну из редких встреч со своей невестой, юноша крикнул проклятия в адрес девушки. Он пожелал ей и всей её семье мучения страшнее тех, что испытывают носители их гнилой крови.
– Это правда? – спросил как-то голос за забором. Его владелица снова была до боли в горле уставшей, еле сдерживающей порывы разрыдаться, – у меня, правда, гнилая кровь?
– С чего ты взяла? – произнёс Стефан, сжимая чужую руку, – он говорил так о твоей сестре и остальных, но не о тебе, – юноша невесомо провёл пальцами по одному из новых синяков на бледной коже.
– Эй, перестань, щекотно, – девушка вырвала свою кисть из захвата, однако Стефан был проворнее и быстрее, не дав руке скрыться в отверстии.
– Слушай, – второй молодой господин Ламис посмотрел в отверстие, оценивая его размеры, – я мог бы попытаться сюда забраться, либо же ты могла бы попробовать вылезти, – однако, его обзор был перекрыт второй бледной рукой.
– Наверное, я бы и могла, но не ты… – девушка заговорила чуть тише, – Стефан.
– Что? – он всё еще гладил поцарапанную кожу.
– Когда мы будем жить вдали отсюда… – она замолчала, будто пробовала слова на вкус, – …я хочу другое имя.
– Зачем? – искренне удивился Стефан. Ему нравилось имя его невесты.