– Я уверен, Астер был бы счастлив видеть вас в добром здравии, он бы наверняка попросил прощения, – старик осматривал искусственную конечность в тот момент, когда свод резко взглянул на него.
– Семья Рэймонда, те, что жили в самом большом доме Вишнёвого Леса, что случилось с ними? Вы ведь знаете, так? – Стефан ждал ответа отшельника. Мгновения длились вечность прежде, чем старик взглянул в окно, туда, где Изабель наматывала круги, и заговорил.
– Ох, их настигла страшная судьба. Даже молодой господин Ламис принимал участие в тушении того ужасающего пожара, однако от высокого здания остались лишь обгорелые воспоминания, ровно как и от всех детей Рэймонда, включая самого хозяина дома.
Стефан молча вышел на улицу. Изабель тут же поспешила к нему, но мужчина согнулся от испытываемой им боли. Вот оно. Он наконец в полной мере познал то, что должен был почувствовать раньше. Все, кого он любил мертвы. Мужчина находился в такой агонии, словно его сжигали заживо. Мысленно он очутился в темнице, где его держали до суда без еды и воды. Он упал на колени, не зная, что делать дальше и куда идти. Хотелось бить кулаками землю, но сил совсем не было. Стефан чувствовал себя птицей, потерявшей возможность летать, рыбой, выброшенной на сушу, в его мире погасло солнце, высохли моря и океаны, его мир погрузился в темноту, которую ничто не могло осветить.
Изабель молчала, будто бы понимая, что слова здесь излишни.
Когда заклинатель наконец-то смог вздохнуть, он принялся лишь бесцельно смотреть в пустоту. Его тело стало каменным, а лицо не выражало никаких эмоций. Что делать дальше? Он так надеялся встретить кого-то из своей прошлой жизни. Но теперь вся надежда растоптана в пыль, порвана, подобно страницам старых книг, которые уже никому не получится прочесть.
– Господин, – девушка аккуратно коснулась его плеча, но он тут же сбросил чужую руку.
Ещё некоторое время Стефан бродил туда-сюда, обдумывая всё и одновременно с этим – ничего. День длился непозволительно долго. Хотя, наверное, прошло не так уж и много времени, мужчине просто могло показаться, что время еле движется, словно маленькая улитка.
Когда Стефану показалось, что он успокоился, он вернулся к отшельнику, дабы поблагодарить его за всё и попрощаться. Старик копошился в небольшом сундуке, стоящем в углу комнаты. Он достал оттуда красивое тёмно-синее одеяние, расписанное узором из чёрных нитей. То, насколько хорошо выглядело одеяние, ярко контрастировало с окружением отшельника.
– Господин, – старик подошёл к заклинателю, – много сотен лет назад, я бродил на развалинах поместья Ламис и нашёл это. Я знал, что однажды встречу кого-то, кому смогу это отдать.
Это была мантия Астера Ламиса. Одна из множества. Стефан с трудом смог вспомнить её. Отец надевал эту мантию на встречи с правителем и важные мероприятия.
– Ваша рука, господин, – отшельник передал одеяние мужчине, указав на искусственную конечность, – вы, возможно не осознаёте всю ценность чёрного железа, но вам стоит как можно лучше скрывать от чужих глаз подобное творение, – он вновь посмотрел в окно, на Изабель, тихо сидевшую на земле в своих мыслях.
Стефан взял накидку, оглядел её и надел так, чтобы одеяние полностью скрывало его левую руку. Мужчина не успел моргнуть, как ему передали ножны, он удивлённо посмотрел на старика.
– Это не всё, что мне удалось найти в том поместье, – и пока Стефан доставал оружие из ножен, отшельник вернулся к поискам в сундуке.
Меч, который сейчас держал в руке Стефан, принадлежал ему самому. Это был подарок его подруги. Девушка принесла его на одну из тренировок. Она выковала его сама. Иногда девочку посылали на рынок, где ей удалось познакомиться с местным кузнецом. Неизвестно, сколько времени, сил и попыток заняла эта работа.
Меч, который сейчас держал в руке Стефан, лично сотворила его невеста. Невеста, которой ныне не было на этом свете.
Мужчина боялся своего воображения. Но оно так и показывало картинки того пожара. Младшая дочь Рэймонда наверняка находилась в закрытом на большой замок амбаре, пока огонь быстро пожирал всё вокруг. Дыра, через которую они общались, с годами стала слишком мала. Не было и шанса на то, что она смогла бы выбраться.
И пока Стефан подбирал слова благодарности, старик на трясущихся ногах приблизился к мужчине. Он худыми руками держал небольшую рукопись. Потрёпанную, но настолько важную для Стефана. Это был один из дневников первого молодого господина. Заклинатель прижал к груди настоящий артефакт, стоило тому оказаться в его руках. Единственная вещь, оставшаяся от брата, чудом уцелевшая и бесконечно дожидавшаяся возвращения своего создателя.