Стефан как раз успел доесть. Он поднялся из-за стола и направился за заклинательницей по лестнице на самый верх. Там находилось ещё более светлое помещение с большим количеством шкафов, что явно отличалось от остальной обстановки в замке, где почти не было мебели, кроме вездесущих ваз. Здесь повсюду находились стопки бумаг и книги с одинаковыми серыми обложками, отличавшимися лишь номерами на корешках.
Глава подошла к большому столу в центре комнаты, эта часть уже не находилась под крышей замка и напоминала балкон. Откуда открывался вид на весь город. Стефан испытывал желание приблизиться и лучше рассмотреть окружение с высоты, однако он не хотел раздражать заклинательницу.
А та нашла пустую страницу в одной из однотипных книг и принялась туда что-то записывать. Закончив, она подошла к одному из шкафов и, достав карточку размером примерно с ладонь, вписала что-то и туда. Только затем Стефан увидел там чьё-то имя без фамилии. Этот некто явно был не из знатного рода. Его имя было длинным и сложным, запоминание стало бы проблемой, а любое сокращение звучало настолько забавно, что никто не решался бы назвать заклинателя как-то иначе. Стефан слегка улыбнулся своим мыслям, пока, конечно, госпожа не протянула ему эту самую карточку и не сказала:
– Запомните, теперь вас зовут так. Будет нехорошо, если ваше настоящее имя раскроют, – затем она попросила Стефана следовать за ней.
Идя по лестнице в тишине, свод вдруг вспомнил, что именно привело его сюда:
– Простите, но я бы хотел узнать больше о своём брате…
– Простите, – сказала глава ордена, нисколько не смутив Стефана, – но сейчас у нас есть более важные дела. Я понимаю, что Вы – Легенда Арки, но мой орден страдает от мора. Лишние руки нам не помешают. Каждый в ордене занимается борьбой с болезнью. После я отвечу на все Ваши вопросы.
Они покинули замок, тут же встретив у входа стражника, который, видимо, уже начинал засыпать, но он тут же попытался выпрямиться, дабы поприветствовать госпожу.
– Отведи этого господина в корпус самозаразников, насколько мне известно, там недавно освободилось место, – заклинательница указала в сторону одного из невысоких зданий.
Стражник улыбнулся и поклонился госпоже. Правда, стоило той скрыться за дверями замка, он сразу же перевёл взгляд на Стефана и недовольно цокнул, пробубнив: «Давай живее».
То, что называли корпусом самозаразников, являло собой одноэтажное здание, поделённое пополам высоким железным забором. За громадными дверьми из тёмного дерева скрывался длинный коридор с лестницей на второй этаж. В помещении было темно, ни одна свеча не освещала пространство. Стоило только двери с грохотом захлопнуться, как из тёмных глубин раздался резкий хриплый голос.
– Кого ещё принесло? Здесь вам не проходной двор, готовьте документы, – мужчина преклонного возраста, чьё лицо было испещрено морщинами, вышел к заклинателям, держа в руке тусклую свечу, – что, новенький?
– Как видите, – устало ответил сопровождающий Стефана.
– Эх, и чего вас сюда тянет, сидели бы дома, никого не трогали, а так надо, ведь, сюда прийти, – сказал старик, будто бы самому себе, садясь за небольшой столик у окна, ставя рядом свечу и доставая большую тетрадь, – документы.
Стефан тут же протянул карточку, которую ему дала глава ордена, мужчина, прочитав странное имя, хихикнул и что-то вписал в тетрадь, шепча нечто неразборчивое.
– За мной, – как только тетрадь захлопнулась, а свеча вновь оказалась в тонких морщинистых руках, старый заклинатель прошёл в сторону лестницы, зовя новоприбывшего за собой, пока стражник покидал это место, – и куда, и зачем, делать больше нечего? – снова себе под нос проговорил старик.
На втором этаже была лишь одна громадная комната со множеством кроватей и маленькими столиками рядом с каждой, пара окон с мутными стёклами, и больше ничего. Большая часть кроватей была занята спящими заклинателями. Всё помещение было пропитано напряжённой энергией, затхлым воздухом, которому не давали покинуть место, дабы смениться свежим.
Стефана подвели к одной из свободных кроватей.
– Бельё чистое, спать можно. Завтра на завтраке выдам форму. На столе лежит блокнот, – и правда, на крохотном прикроватном столике лежал блокнот и кусок графита для письма, – госпожа убедила всех вести записи, много всякого тут увидишь, на память останется, не захочешь оставлять, отдашь госпоже, она такое собирать любит.
На этом Стефана и оставили в одиночестве среди множества спящих заклинателей, пока сам мужчина смотрел в мутное стекло, подумав о том, какая сегодня яркая луна, совсем забыв, что находится в пещере и что перед ним уличный фонарь.