«Ты говоришь, что доверяешь только мне, но даже не знаешь моего настоящего имени. Ох, что же будет, узнай ты…» – думал Стефан, наблюдая за тем, как самозаразница сбрасывает с себя нижние одеяния.
Стефан чувствовал смущение, да и только. Он относился к этому как к части своих обязанностей.
Удивительно, но после этого у мужчин, рядом с которыми заклинателю приходилось ночевать, возник некий ажиотаж. Они все задавали Стефану странные вопросы, наподобие: «Ну как?» или «Она хороша, не правда ли?».
«Что значит как?» – свод считал это простой процедурой, потому не видел ничего странного в осмотре чужого тела, будь оно и женским, но его пугала реакция окружающих на это, – «хороша ли она?» – Стефан мог бы сказать, что заклинательница красивая. Но он так говорил про многих женщин. Например, глава ордена была красивой, но по-своему. Изабель – тоже, даже скрывая часть лица, казалась красивой.
Так что Стефан просто не обращал внимания на шепот вокруг, тем более, это сильно отвлекало его. Он не замечал взглядов, устремлённых в его сторону. Он решил отгородиться от мира, выполняя свою работу. Но, стараясь сосредоточиться на создании барьера от окружающих, заклинатель так погрузился в размышления, что день, пусть, как и всегда, наполненный разнообразными событиями, пролетел достаточно быстро. И вот, Стефан уже сидел на своей кровати и делал записи в дневнике:
«8 день. 3 месяц. 990 год от падения Венара. Орден Басантинал.
Четвёртый день самозаразника.
Сегодня я всё-таки поговорил с главой ордена. Это заняло больше времени, чем предполагалось. Изначально я намеревался только узнать возможное происхождение болезни, ведь все знали, что подобное творили демоны. Однако госпожа лишь рассмеялась. Оказывается, уже несколько столетий известно о том, что демоны никак не причастны к болезням. В тот момент я не знал, как реагировать. Это означает одно: я не был причастен к тому самому мору. Конечно, я знал, что не виноват, но мне даже не дали возможности сказать хоть что-то в свою защиту…»
Руки Стефана затряслись, он мог почувствовать, как его лицо покраснело, а тело наполнилось огнём ярости. Мужчине пришлось ненадолго отложить блокнот и передохнуть, дабы собраться с мыслями. Намереваясь закончить запись, заклинатель решил больше не затрагивать тему того самого мора, дабы не будоражить омуты памяти.
«…Госпожа глава сказала, что что-то подобное уже происходило в 350-ом году. То событие получило название «Красная чума». Тогда погибло множество заклинателей со всех уголков мира, потому, уже опытная глава ордена первым же делом закрыла границы. Затем она написала письмо с просьбой о помощи некоему господину Вэлиану. По словам госпожи, он был гениальным лекарем, потому мог быстро найти лекарство. Глава с таким трепетом описывала его бесподобные умения, что, казалось, она могла бы посвятить ему целую книгу.
Господин Вэлиан был Повелителем Севера. Ему было достаточно лишь точного описания болезни и пары капель крови заражённых, чтобы сделать лекарство. Прямо сейчас его помощницы уже отправились в путь к ордену Басантинал. Осталось около пяти дней до их прихода…»
Стоило Стефану закрыть блокнот и только коснуться подушки, как он тут же почувствовал резкую боль в шее. Свод поднялся, дабы понять, что именно произошло. В помещении стало тихо, будто все чего-то выжидали. Через светлую наволочку, проглядывало нечто странное. Аккуратно приподняв край, Стефан увидел небольшие кусочки стекла. Он оглянулся, но все вокруг в тот же миг стали изображать активную деятельность. Мужчина сглотнул неприятное ощущение в горле, которое после осталось и у него в желудке. Стефан отложил подушку в сторону. Не так уж и плохо спать на матрасе, ему в этой жизни приходилось спать и на земле.
Но вот то, чего Стефану делать не приходилось, – вытаскивать крохотные кусочки стекла из своего стакана с чаем. Он бы их и не заметил в мутной жидкости, если бы не удачно упавший свет. В столовой самозаразников всегда было шумно и светло. Первое – из-за постоянных разговоров заклинателей и заклинательниц. Второе – из-за нескольких громадных арочных окон, по углам которых находились талисманы, усиливающий едва заметные проблески солнца в пещере. Потому то, разглядев на дне стакана нечто необычное, Стефан присмотрелся и увидел маленькие осколки.
Кто-то явно желал ему навредить.
И потому, когда заклинатель после очередного тяжёлого дня набрал в бочку воду, он первым делом проверил наличие стекла там. К счастью, ничего не было. Мужчина был рад хотя бы тому, что в здании самозаразников было несколько отдельных купален, а не одна большая. На самом деле, то, что он про себя звал купальнями, на деле являлось несколькими комнатами с большим зеркалом и бочкой в каждой. Зато здесь Стефан мог насладиться своими мыслями, благо, правилами не запрещалось проводить в купальнях много времени.