Девушка оказалась мастерицей. Ей потребовалось всего несколько подручных средств, чтобы надеть руку на Стефана. Слияние настоящих и искусственных энергетических каналов заняло порядочное количество времени, в течение которого свод думал о том, кто это создал и зачем. Спасибо, конечно, неизвестному мастеру, но тот факт, что рука была создана из редкого материала, сделал Стефана целью номер один в глазах воров. Теперь ему придётся часто думать о том, как скрывать «подарок» от посторонних глаз.
– Думаю, я должен найти и отблагодарить мастера, сделавшего это для меня, – его интуиция подсказывала, что он обязан это сделать. Что-то щёлкнуло в голове заклинателя, породив странную и необычную цель, которую обязательно нужно выполнить.
– Исключено, – безусловно, слова девушки без каких-то объяснений звучали необоснованно и бессмысленно. Теперь Стефан точно убедился – от него что-то скрывают.
– Ты сказала, что есть лишь одно месторождение этого материала, так почему бы мне не отправиться туда и не спросить? – заклинатель чувствовал себя окрылённым, как бы глупо это не звучало в его ситуации. Однако, сводка лишь забегала глазами, слегка побледнев.
– Господин Ламис, как насчёт того, чтобы сходить со мной на рынок. Он здесь неподалёку, вам пора бы подышать свежим воздухом, а то вы ходите только на кухню да библиотеку с купальнями, – видимо, сводка надеялась, что это поможет отвлечь мужчину от столь, как ей казалось, глупых мыслей.
Поселение явно было небольшим, но наполненным жизнью. Через главную улицу проходил рынок. Небольшие палатки с различным хламом, едой или одеждой стояли длинными рядами. Отовсюду слышались шумные разговоры, вскрики и восклицания, хохот и детский плач. Стефану это напомнило те дни, когда они с братом спускались с гор, где жили и отправлялись в город за покупками. Обычно этим занимались слуги, но юношам изредка удавалось уговорить отца, а иногда – уйти без разрешения, в такие дни они могли и навестить своих друзей. Обычно инициатором был именно младший сын – Стефан. Ему всегда казалась излишней правильность старшего брата. Он выполнял любые поручения, любые задания, какие только получал от главы семейства. Стефан был немногим младше него, но всегда втягивал брата в редкие авантюры, на которые тот соглашался.
Например, Стефан мог среди ночи уйти на тренировочное поле, что, конечно же, не поощрялось взрослыми. Да, отец тратил почти всё время на обучение сыновей, но он всё-таки считал, что ночью нужно спать и восстанавливать силы. Иногда брат даже подшучивал, что Стефан – демон, ведь, согласно легендам, те совсем не нуждались во сне.
От последнего воспоминания сердце свода стало каменным. Он ещё сильнее убедился в своём желании увидеть дом, даже если от него остались лишь руины, даже если от него не осталось ничего. К тому же, он знал, что многие из его друзей были сильными заклинателями Просветления, которые вполне могли культивировать его и прожить тысячу лет, став богами для смертных, чьи вера и молитвы только увеличивали счёт лет.
Следующий укол вины пронзил Стефана, заставив его вспомнить лицо той девушки, которую все считали необучаемой и неспособной запомнить даже самые простые боевые приёмы. Он понимал, что она вряд ли могла познать все тонкости Просветления и стать почти бессмертной, стать повелительницей какого-то искусства или стихии. Хотя осознание этого было для Стефана горьким, он понимал, что нужно принять тот факт, что не стоит ждать новых встреч с ней. Эта мысль причиняла ему огромную боль, подобно удару молнии, погружая в холодные воды безжалостной реальности.
– Господин Ламис, – окликнула его немного радостная спутница, – девушка указывала куда-то в сторону однотипных маленьких палаток с хламом, который Стефан из прошлого назвал бы бесполезной тратой денег, – я вижу одну из членов Сияющих Клыков, видимо, она тоже пришла за покупками. Можем ли мы подойти к ней? – сводка улыбнулась.
– Конечно, почему нет? – кем был Стефан, чтобы запрещать что-то сопровождающей? Она вполне могла делать всё и без его ведома, в иерархии организации он был далеко внизу.
Заклинательницей оказалась одна из тех воительниц, которые постоянно тренировались на деревянных манекенах в специально отведенной зоне. Стефан иногда наблюдал за тренировками, вспоминая своё юношество. Он видел в каждом движении воительниц отголоски своей собственной молодости, когда он тоже стремился к совершенству в искусстве войны.