– Невероятно... – прошептала Акира, её глаза расширились от удивления, когда она подошла ближе к «окну».
Демонесса шагнула первой. За ней, чуть спотыкаясь, следовал Жулань, утягивая за собой Вэлиана. Николас и Акира, оставшиеся по ту сторону «окна», внимательно наблюдали за уходящими товарищами.
– Как-то это странно, – пробормотал Николас, сделав неуверенный шаг назад.
– Не бойся, – подбодрила его подруга, похлопав по плечу. Она смело ступила в лес, не оглядываясь. Её решительность выделялась на фоне тревоги товарища.
Николас закрыл глаза, будто готовился к прыжку с обрыва, и, набравшись смелости, с разбега влетел в портал. В тот же миг он захлопнулся за его спиной, оставив лишь лёгкий шёпот в воздухе.
Акира огляделась, постепенно приходя в себя. Вокруг действительно был лес, но странно пустой, холодный и безжизненный. Ничем не примечательный на первый взгляд, но что-то в нём заставляло сердце колотиться быстрее. Птицы не пели, не жужжали насекомые, не было ни малейшего шороха. Только дыхание путников – тяжёлое, сбивчивое – было слышно, нарушая гробовую тишину.
Демонесса стояла неподалёку, непроницаемая и спокойная. Она скрестила руки на груди, её спина была идеально прямая. Акира вспомнила слова Делии и наконец заметила: грудь Демонессы не вздымалась, она не дышала. Ещё более тревожным было то, как редко она моргала.
– Почему мы не могли переместиться прямо во дворец? – тяжело дышал Жулань, каждое слово давалось ему с усилием. Акира почувствовала, как её собственное дыхание становится всё более беспокойным, а мысли путаются.
– Нельзя, – холодно и непринуждённо ответила Демонесса, повернувшись к ним лицом.
Заклинатели выглядели так, точно весь день провели на поле боя. Вэлиан, обычно собранный и хладнокровный, был бледен, испарина блестела на его лбу, и он медленно втягивал воздух. Николас рухнул на колени, а Жулань, сгорбившись, казался стариком, который не может расправить плечи. Акира ощущала жжение в глазах и не могла успокить частое дыхание.
– Как вы заметили, перемещение истощило вас, – Демонесса с едва заметным раздражением кивнула в сторону Вэлиана, – даже легионы чувствуют последствия, – она закатила глаза, словно объясняла неразумным детям очевидное. – Нам нужен привал. Ждите здесь, я найду место для отдыха.
С этими словами её фигура исчезла зелёной вспышкой, оставив заклинателей наедине с этой безмолвной тишиной леса.
– Лучше присядьте, – посоветовал Вэлиан, усаживаясь на землю. Его белоснежные одежды мерцали в тусклом свете, а голос был твёрд, несмотря на усталость. – Попробуйте помедитировать.
Он скрестил ноги и положил руки на колени, закрыв глаза. Остальные, не особо размышляя, последовали его примеру. Акира пыталась сосредоточиться, но тёмная энергия внутри неё бушевала, подобно реке в половодье, не подчиняясь её воле. Перебегала по каналам, сталкиваясь и продолжая мчаться вперёд. Каждый раз, когда девушка пыталась направить поток, он лишь становился сильнее и яростнее.
Спустя время Демонесса вернулась – та же зелёная вспышка озарила лес.
– Неподалёку есть ручей и поляна, – сообщила она, – там разобьём лагерь.
Николас тяжело вздохнул, разочарованно ложась на траву, будто намереваясь остаться здесь навсегда. Но Вэлиан уже встал, выпрямившись с необычайной для уставшего мужчины грацией. Он провёл рукой по белоснежным волосам, приглаживая их, отряхнул свои белые одежды и прищурился, глядя на небо.
– Темнеет? – удивлённо спросил он. – Но ведь сейчас утро... – Он бросил взгляд на Демонессу и, получив её кивок, добавил: – Время здесь искажено.
Заклинатели начали подниматься, приводя себя в порядок, но Жулань издал тихий стон. Его тело явно не слушалось, он никак не мог выпрямиться до конца. Услышав его мучительное шипение, Демонесса только усмехнулась:
– Цзинь Жулань, не верю. Вы не так уж и сильны, как казалось.
Жулань метнул в неё взгляд, полыхающий яростью. Он вздёрнул плечи, но ничего не ответил, его молчание было оглушающим.
Путь к поляне, хотя и короткий, для уставших путников казался вечностью. Акира спотыкалась о каждую ветку, Николас то и дело врезался в стволы деревьев, а Жулань не переставал ворчать о том, как здесь не хватает нормальной дороги. Только Вэлиан шагал молча.
Сначала донёсся мягкий, успокаивающий плеск воды –сама природа решила подать знак своего присутствия, а уже затем путники увидели ручей. Его струи серебристо блестели под солнечными лучами, весело перекатываясь через камни, наполняя воздух свежестью и прохладой. Николас, не сдержав радости, разразился заливистым смехом и, не раздумывая, бросился в воду, словно ребёнок, забывший обо всём, кроме искрящегося удовольствия. Его одежда мгновенно пропиталась влагой, но это его ничуть не заботило – вода, казалось, сливалась с его беззаботной душой.