Мужчина, лицо которого было скрыто под сверкающей маской, напомнившей поток воды, разбивающийся о камни, заговорил. Его голос был спокойным, но звучал эхом скорби.
– Не буду таить, мы умираем, – его рука указала на остальных персон в масках.
До того, как кто-то успел что-то сказать, другая фигура, чьё тело было полностью скрыто под длинными одеждами, нарушила тишину.
– Двуликий света не лжёт, – голос незнакомца был хриплым, его серая маска напоминала обугленные куски дерева. Акира видела в ней руины своего дома. Серые обугленные куски дерева, разбросанные тут и там, земля, пропитанная пеплом, здание, в мгновение обратившееся золой.
– Умираете? – Демонесса усмехнулась, но в её глазах оставался холод.
– Мы теряем силу, – продолжила фигура в серой маске, голос его был полон усталости. – Без масок мы намного слабее, чем были раньше.
– Мы устали, – прозвучал шёпот двуликого света. Шёпот, полный горечи.
Демонесса раздражённо закатила глаза, посмотрела на своих спутников, затем вновь обратилась к двуликим.
– Могу понять, – раздражённо сказала повелительница демонов, голос звучал железом, – но не могу принять.
Её взгляд прошёлся по всем, кто стоял перед ней. Она взвешивала их возможности, представляла, что будет делать, если вдруг получит отрицательный ответ на свой вопрос:
– Так вы поможете нам или нет?
Акира напряжённо переводила взгляд с бледной, словно покрытой инеем, кожи своей руки на сверкающий солнечным светом город, раскинувшийся внизу. Земли Юга лежали в центре огромной впадины, будто сама природа вырвала этот кусок земли из-под ног. По легенде, эта яма образовалась во времена Вечной Войны, когда Первый Прародитель сразился с Прабогами. Густые леса окружали чашу, но даже их плотная зелёная завеса не могла скрыть ослепительной яркости белоснежных стен города.
Армия, стоявшая позади Акиры, застыла в молчании на краю невысокой горы, с которой открывался вид на бездну. Пропасть, столь глубокая, что на её дне виднелась лишь тьма. Казалось, что крик, брошенный в неё, только поглотится вечным мраком. Эта пропасть отделяла демоническую армию от Земель Юга. На первый взгляд, путь сюда был проще, чем на суровый Восток, укрытый за острыми, как клыки зверя, скалами. Но лишь приблизившись, Акира заметила, как тьма окутывает края «чаши», предупреждая путников, что здесь их ждёт нечто более зловещее, чем просто трудности перехода. Глубина бездны пугала жутким безмолвием.
Преодолеть её могли только те, у кого за спиной были крылья.
И именно такие воины стояли позади сводки, их облик излучал уверенность и силу. Крылатые демоны, облачённые в броню, что сама Акира помогла выковать, встали в боевую готовность. Их доспехи мерцали в предвкушении боя, а оружие, в ковку которого заклинательница вложила свою душу, пульсировало энергией. Каждый из них был готов к прыжку, способному преодолеть пропасть одним стремительным взмахом крыльев.
Сама Акира, сжимая в руке маску цвета пепла, чувствовала пульсацию напряжения в воздухе. Она ждала сигнала, готовая к решающему моменту. И сигнал этот был не простым приказом, а даром, полученным от двуликих. Незадолго до того, как они покинули Временной дворец, их остановил двуликий смерти. Он не произнёс ни слова – не требовалось. Его воля была понятна всем присутствующим.
Незадолго до того, как путники покинули Временной дворец, их остановил двуликий смерти. Его фигура внезапно возникла перед ними. Он не произнес ни слова – в этом не было необходимости. Его присутствие само по себе говорило громче любого звука. Казалось, что его воля проступила не извне, а пробудилась где-то внутри сознания каждого из заклинателей. Внутри Акиры вспыхнула мысль, указывая на желание двуликого. Заклинатели уже получили в своё владение маски некоторых двуликих, которые должны были дать им часть их силы, потому они были уверены, что ничего более за этим не последует.
Каждый из четверых закатал рукав одной из рук, выставив перед собой. Хотя ничего видимого не коснулось их кожи, Акира ощутила, будто нечто холодное, призрачное проникло внутрь её тела, сливаясь с её сущностью. Рука на мгновение обмякла, потеряв чувствительность, а затем внезапно налилась тяжестью, словно в неё влили расплавленный металл. Пронзительный крик разорвал тишину. Девушке на секунду показалось, что этот вопль принадлежал ей, но, оглядевшись, она поняла, что кричал Николас. Акира лишь зажмурилась от накатившей боли, напоминавшей то мучительное ощущение, которое она испытала много лет назад, будучи ещё ребёнком, когда демоническая кровь текла по её венам через тонкие трубки. Тогда ей казалось, что каждая клетка её тела горела огнём.