Платье оказалось немного жестким на ощупь и с парой желтоватых пятен, но, тем не менее, Эйвион сочла его неописуемо прекрасным, в особенности по сравнению с той льняной рубахой, что служила ей обычной одеждой. На лице Айрис застыла плохо скрываемая зависть.
- Вот что, - начала она, но скрип двери прервал её тираду.
В образовавшуюся щёлку протиснулась голова Ивара, того самого сына плотника. Его рот при виде Эйвион раскрылся сам собой.
- Ишь ты, - протянул Ивар, - прям невеста.
Щёки Эйвион зарделись.
- Её милость тебя кличет. Говорит - немедля, бегом, к ней в опочивальню.
Глава 2. Чёрная Дева
Эйвион прикрыла за собой дверь, тут же моргнув от капель дождя, брызнувших в лицо.
Каморка матушки Маргет находилась в подвале Восточной башни, самой старой из всех и ныне использовавшейся под склады. Чтобы попасть в господские покои, требовалось пройти через весь двор замка - тесный, грязный, загромождённый беспорядочно лепившимися друг к другу хозяйственными постройками и жилищами челяди. Двор был замощён лишь частично, возле главной башни - самой новой и высокой. Судя по всему, в своё время булыжник просто выломали из мостовой, чтобы использовать его при постройке донжона.
Эйвион накинула на голову капюшон - ради такого случая матушка Маргет одолжила ей свой плащ, - и двинулась вперёд, старательно обходя глубокие лужи. Платье оказалось слегка коротковатым, едва доходило до щиколоток, но в этом глиняном месиве забрызгать его грязью было проще простого.
- Гляди-ка! Наша леди куда-то спешит!
Несколько вилланов, возившихся возле хлевов, отвлеклись от работы, увидев Эйвион. Среди них она заметила Кадела. Она запахнула плащ поплотнее, но белое платье с яркой вышивкой всё равно упрямо выглядывало наружу.
- Куда собралась, красотка?
- Неужто у дхаргов нынче свадьба?
Эйвион стиснула зубы. В их сторону она старательно не смотрела, но всё же споткнулась и шлёпнулась на четвереньки прямо в лужу, подняв тучу брызг. Слуги громко захохотали.
- Лучше о свиньях своих думайте! - раздался рядом звонкий от гнева голос Айрис. - Тебе-то, Кадел, уж точно только ихняя свадьба светит!
- Что ж ты... корявая-то какая... - уже тише добавила она, помогая Эйвион подняться. Лицо у той было в потёках воды. - Пойдём, отчистим как-нибудь.
Из глаз Эйвион брызнули слёзы. Нет, не из-за этих насмешек. Плащ, конечно, помог, но спереди на чудесном белом платье красовалось большое мокрое пятно.
Айрис, не церемонясь, потащила её за руку и остановилась только тогда, когда за ними захлопнулась дверь главной башни. Здесь Эйвион бывала много раз: в холле, самом обширном помещении замка, хозяева время от времени устраивали пирушки по какому-нибудь праздничному поводу, собирая старейшин деревень и начальников отрядов, но сейчас тут было холодно и темно. В камине застыла недельной давности зола.
Покои госпожи Блойдеин располагались на втором этаже, но вот туда Эйвион никогда не приглашали.
- Пойдём, - ещё раз повторила Айрис, дёрнув подругу за рукав, - наверху комната есть, там свечи и вода.
Бегом поднявшись по каменным ступеням, девушки нырнули в крохотную каморку, заставленную комодами и сундуками, меж которых примостился лежак. На столе стоял кувшин с водой.
- Это комната Бригит, горничной её милости. Стой смирно и не мешай.
Айрис зажгла свечу, схватила кувшин и, опустившись на колени, принялась колдовать над платьем.
Эйвион застыла как изваяние, боясь вздохнуть. Прямо перед ней на стене висело зеркало: небольшой, локоть на пол-локтя, отполированный кусок светлого металла.
Эйвион видела своё лицо не один раз, но отражения в воде дрожали, плыли и ускользали, превращая его из просто уродливого в нечеловечески безобразное.
Айрис... такая красавица. А у неё почти вся левая половина лица напоминала оплавленный жаром бугристый камень, один огромный шрам, растёкшийся в стороны отвратительными щупальцами. Нерешительно подняв руку, Эйвион прикрыла ладонью скулу и подбородок. Кожа справа была нежна и бархатиста, глаза прекрасны: большие, глубокого синего цвета; брови с изломом, а над ними - чистый высокий лоб.
Губы у Эйвион задрожали. Ей иногда казалось, что она давно всё выплакала, но в этот момент из глаз вновь готовы были брызнуть слёзы.
Айрис вскочила на ноги, отряхивая подол своего платья.
- Всё. Готово. Немножко мокро, но это ерунда. Идём.
Покои госпожи Блойдеин находились всего в десятке шагов от комнаты горничной. Из-за дверей слышались голоса, один - явно мужской.
Айрис легко пожала подруге руку.
- Не трусь. Потом расскажешь.
И, приоткрыв дверь, она втолкнула Эйвион внутрь.