— Конечно!
Камилла покачала головой:
— Никогда не предполагала, что у вас такие способности.
— Мой отец художник.
— Да, чудесный художник. Но вы тоже.
— Профессор Этуорти многому меня научил.
— Я в этом не сомневаюсь. Но ваш талант всегда был при вас.
— Мне всегда нравилось рисовать и наблюдать за отцом. Он гораздо лучше работает маслом, чем я.
— Ну, я думаю, каждый по-своему уникален. У вас поразительная способность запоминать и наносить на бумагу то, что видели раньше.
Кэт печально усмехнулась:
— Как сегодня. Я предполагала рисовать раскопки, а мне приходится запечатлевать одно лицо за другим.
— Я уверена, что вы отлично справитесь.
Камилла поблагодарила рабочих, которые стояли на часах вокруг брезентовой ограды их «ванны». Сбросив брюки и рубашку, она нырнула в узкий, но прохладный и чистый водоем. Кэт последовала за ней.
— Можете себе представить? — сказала Камилла. — Брайан рассказывал мне о работе на раскопках, где не было воды и каждую каплю приходилось беречь для питья. Хотя, полагаю, я бы наслаждалась и этим. Мне все это так нравится!
— Это воодушевляет! — согласилась Кэт.
— Не каждого. Леди Маргарет отнюдь не выглядит счастливой.
— Она планирует вернуться в отель.
— Это самое лучшее. Мы тоже будем приезжать туда время от времени. Это медленная, трудная и утомительная работа.
Они задержались в воде дотемна, потом вышли, оделись и вернулись в лагерь. К тому времени ужин был готов — остальные ели или заканчивали еду и возвращали посуду. Хотя их рабочие были приспособлены для любого вида услуг, Брайан и Хантер устроили так, что каждый занимался своим делом и у всех за столом были свои «клиенты».
Кэт и Камилла только что закончили есть и убирали посуду, когда Хантер сделал удивительное объявление.
— Завтра группа направляется назад в отель, — сообщил он. — Леди Маргарет вернется к своему отцу с полным докладом о том, что здесь происходит. Мистер Дойл вернется к своей жене, а наши молодые люди поедут с ними и несколькими рабочими в качестве эскорта. Да, Кэт, ты тоже присоединишься к ним.
— Что?! — Она была сильно удивлена.
— Ты возвращаешься, — повторил Хантер.
— Но… почему? — осведомилась Кэт.
В группе воцарилась тишина. Для Кэт было очевидно, что все наблюдают за ними. Камилла притворялась, что оправляет юбку. Артур чесал затылок, глядя на огонь. Другие не утруждали себя притворной деятельностью.
— Потому что я так сказал, — ответил Хантер.
Кэт не хотела спорить с ним перед всеми, но просто уступать тоже не собиралась.
Она встала, приглаживая волосы.
— Мы обсудим это позже, — сказала Кэт и вышла из палатки.
Она была озадачена. Почему Хантер так стремился избавиться от нее? Настолько, что отсылает ее назад с Дейвидом.
Ей следовало знать, что Хантер последует за ней. Кэт не успела пройти и сотни футов, когда он взял ее за руку и повернул к себе.
И он был сердит.
— Не отрицай мою власть над тобой перед всеми, — потребовал Хантер.
— Тогда не высказывайся в такой манере! — отозвалась Кэт. — Я не хочу возвращаться. Маргарет, возможно, неудобно здесь, но мне — нет!
— Я хочу, чтобы ты вернулась в отель.
— Почему? Я все делала правильно. — Кэт подумала, что Хантер доволен тем, что ее тело ожидает его ночью. Она думала, что… ну, если он не любит ее, то, по крайней мере, наслаждается ею!
— Я объясню тебе. Очевидно, в этой местности возник культ, который становится все более опасным. Али уезжал собирать информацию. Совершена атака на лагерь к югу отсюда, ближе к Нилу. Та группа работала в гробницах цариц. Два человека были убиты.
Кэт покачала головой:
— Но ты здесь. И Брайан здесь. И Абдул, и Али, и… если ты не отошлешь их, Роберт, Аллан, Элфред и Дейвид!
— Ты возвращаешься назад, — упрямо повторил он. — И они тоже.
— А Камилла тоже возвращается?
— Нет.
— Тогда почему я должна…
Хантер сердито вздохнул:
— Потому что я так сказал!
— Но…
— Кэт! Ты как магнит для неприятностей. Я хочу, чтобы ты вернулась в отель.
Она судорожно сглотнула.
— Я не вернусь.
— Вернешься, поверь мне. Так или иначе.
Кэт представила себе унижение быть привязанной к спине лошади и таким образом удаленной из пустыни. Али неохотно выполнил бы подобное приказание, но сделал бы это. И никто не стал бы противиться власти Хантера.
Кэт была сердита и готова заплакать. Да, ее отсылают, чтобы спасти от нападения, но она была убеждена, что подлинная причина — в усталости Хантера от нее и в том, что она создавала слишком много осложнений. Кэт интересовало, что такого она сделала, чтобы заставить его так чувствовать.