Позабыв об усталости, Бойд, широко улыбнувшись, подошел к Абигейль.
— Не найдется ли местечка для усталого скотника?
Она подскочила, чуть не выронив миску с едой. Если бы его руки не были заняты, он поймал бы ее на лету, но Абигейль опередила его.
— Да, конечно.
Он в недоумении посмотрел на нее. Абигейль говорила необычно высоким голосом, так же необычен был цвет ее щек. Она явно находилась в возбужденном состоянии и так крепко ухватилась за свою миску, словно боялась, что кто-то вырвет ее из рук.
— Сегодня был трудный день, не правда ли?
— О, да… трудный.
— Никогда не видел такого количества глупых коров за один день, — пожаловался Бойд. — Они вели себя так, как будто нарочно стремились утонуть в грязи.
— Разве?
Он опять взглянул на нее. Абигейль редко вела себя так спокойно. Он пришел поговорить с ней, как бывало каждый вечер. Она была не только приятным собеседником, но прекрасным рассказчиком, не лишенным чувства юмора.
— Да, эти упрямые, глупые и беспокойные создания готовы испортить человеку жизнь.
— Понятно.
Абигейль скрутила свой шейный платок в невообразимый узел, затем опустила руку на колени, но через секунду схватила оловянную кружку с кофе. Определенно, что-то ее сильно тревожило.
— Сегодня вымазался в грязи с ног до головы. Пришлось хорошо помыться перед тем, как присоединиться к достойной компании.
Подавившись, Абигейль чуть не пролила кофе. Бойд отставил в сторону свою миску и постучал ее по спине, но она продолжала задыхаться и кашлять.
— Черт возьми, мне следовало бы подумать, прежде чем начинать разговор о купании в присутствии леди.
Абигейль закашлялась еще сильнее. Лицо ее стало похожим на спелый помидор. Подняв ее руки над головой, чтобы освободить диафрагму, Бойд внимательно смотрел на нее. Если бы он не знал ее столь хорошо, то мог бы подумать, что она готова взорваться.
— Абби, у тебя все в порядке?
Наконец она отдышалась.
— Да, просто кофе попал не в то горло. — Она попыталась улыбнуться, но улыбка больше походила на оправдание. — Ты прав, сегодня был тяжелый день.
Бойд понял, что о чем-то она говорить не хочет, но не знал, как выяснить, в чем дело. К тому же, если это касалось ее страхов, не следует напоминать Абигейль о ее подозрениях. Чем скорее она забудет о них, тем лучше.
Он подумал о том, что наверняка могло бы отвлечь ее, и, указав рукой на запад, где в стороне от лагеря расположилось озеро, сказал:
— Тут недалеко есть озеро, но в темноте его не видно. Утром мы можем задержаться с перегоном, чтобы ты успела быстренько искупаться.
— Нет! — резко воскликнула она, но затем, с трудом взяв себя в руки, сказала уже тише: — Я полагаю… что это совсем не обязательно. Правда.
— Если ты опасаешься, что кто-то тебя увидит, я опять могу посторожить.
— Нет! — Она вцепилась в ткань бриджей, а щеки опять налились ярко-красным румянцем. — Это не самая лучшая мысль.
Бойд усмехнулся, и белая полоска зубов ярко выделилась на его загорелом лице.
— Черт, разве ты не доверяешь мне, Абигейль? Как бы я ни хотел этого, я не буду подглядывать.
Она неожиданно вскочила на ноги. Отчаяние прозвучало в ее голосе:
— Я лучше схожу проведаю Долли.
Бойд, стараясь удержать на коленях миску и кружку, наблюдал за резкими движениями Абигейль.
— В этом нет необходимости. Один из конюхов забрал ее и отвел во временный загон, — заметил он.
— Все равно. За день она сильно устала. — Голос Абигейль предательски дрожал. — Ведь именно ты говорил мне, что важнее заботиться о лошади, чем о человеке.
— Да, говорил. Но…
— Ты же не можешь нарушать это правило ради меня.
— Но…
— Ты учишь меня, а затем, когда я начинаю следовать твоим урокам, останавливаешь. Из этого не выйдет ничего хорошего!
Не ожидая ответа, она исчезла в темноте. Бойд покачал головой. Что-то здесь неладно. Абигейль выглядела более рассвирепевшей, чем хорек, которого медведь-гризли застал в своей пещере. Ладно, сейчас он закончит ужинать, а перед сном нужно будет убедиться, что с ней все в порядке.
Посмотрев вдаль, Бойд увидел, что Джон Симс направился по той же дороге, по которой ушла Абигейль, и мимолетно подумал, что же он будет там делать. Затем снова покачал головой, понимая, что становится слишком уж подозрительным. Без сомнения, Джон направлялся к запасным лошадям.