— А я думала, что у всех будет свободное время, как только мы придем в город.
— Обязательно, но не у всех сразу. Кому-то придется охранять стадо до тех пор, пока его не погрузят в товарные вагоны.
— Вот как?
— Да, но скот поместят на специально огороженные площадки за чертой города. Это совсем не то, что сторожить стадо верхом, на открытой местности.
Абигейль с облегчением вздохнула.
— Это хорошо. Все работники устали и нуждаются в отдыхе.
— Черт возьми, худшее не в ожидании отдыха.
— А в чем?
— Самое трудное — это сидеть в седле, по-прежнему оставаясь потным и грязным, всматриваться в огни города и знать, что ты в двух шагах от Содома, где тебе могут предоставить все удовольствия. Но приходится дежурить и завидовать тем, кому повезло отправиться в город.
Абигейль внимательно посмотрела на него. Для Бойда это была целая речь. И тут же она подумала о том, часто ли он сам пользовался увеселениями Содома. А вместе с этим вопросом возникла жгучая ревность.
— Понятно, — сухо сказала она.
— Сейчас мы снимем комнаты в отеле, а затем я поеду на скотный двор.
— Не обязательно меня сопровождать. Я сама сниму номер.
Явно шокированный, он посмотрел на нее.
— Абигейль, ты не сможешь одна снять номер. Что подумают люди?
Поскольку Абигейль никогда самостоятельно не снимала номер в гостинице, она никогда не задумывалась о возможных последствиях. Когда приходилось жить в гостинице, об этом всегда заботился Майкл.
— Ладно. Как скажешь.
Бойд бросил на нее вопросительный взгляд, и Абигейль подумала, что он, очевидно, не имеет ни малейшего представления о том, почему она вдруг стала такой раздражительной. Она вздохнула и молчала до самого входа в отель. Здесь они разделились: Рэнди с погонщиками погнали стадо дальше, к загону скота у станции, а Абигейль и Бойд остановились у дверей.
За все время путешествия Абигейль не видела никого, кроме своих работников да еще индейцев, и была несколько ошеломлена суетой и шумом города. Мужчины ходили вдоль улицы по грубым деревянным тротуарам, и она осторожно наблюдала за ними.
Она привязала Долли к коновязи и посмотрела на Бойда, поднявшегося на тротуар. Длинноногий, в джинсах и кожаных щитках, он выделялся в толпе, возвышаясь как башня над находившимися рядом с ними мужчинами. Он вдруг повернулся, и его шпоры отчетливо звякнули. Широкоплечий и узкобедрый, он представлял собой внушительное зрелище. Затаив дыхание, Абигейль призналась себе, что Бойд оказался гораздо более необычным, чем ей представлялось.
— Ты идешь со мной? — спросил он.
Вопрос отвлек ее от мыслей, она кивнула ему, похлопала по шее Долли и почувствовала вдруг, что нуждается в поддержке больше, чем ее лошадь.
В отеле Бойд быстро прошел регистрацию. Он попросил по отдельному номеру для себя и для Абигейль и достаточно комнат, чтобы разместить всех работников по два человека в каждой. Обычно другие хозяева предоставляли людям право самим снимать и оплачивать проживание в гостинице, но Бойд объяснил Абигейль, что для того, чтобы сохранить хороших работников, нужно относиться к ним заботливо и с уважением. Абигейль полностью согласилась с ним, несмотря на то, что прибыль от перегона ненамного превысит оплату гостиничных счетов.
Лысеющий владелец отеля подал им ключи.
— Ваш номер десять, мэм. А вы, сэр, располагайтесь в номере девять.
Бойд прокашлялся.
— А нет ли у вас двух отдельных номеров, не смежных?
— Нет. Вы заняли два последних. Вначале это был двухкомнатный номер, но потом его поделили на два однокомнатных. До вас в город прибыло еще два перегона скота, так что вам еще повезло.
— Может быть, в городе есть другой отель? — пробормотала Абигейль.
— Все переполнены, — ответил хозяин отеля. — У меня оказалось два свободных номера только потому, что предыдущие постояльцы выписались прямо перед вами.
Абигейль и Бойд посмотрели друг на друга. Его голос прозвучал неестественно грубо, когда он, подписывая бланк регистрации, сказал:
— Эти комнаты прекрасно нам подойдут.
В молчании они поднялись по лестнице. Бойд проводил Абигейль до двери ее номера и вежливо дождался, когда она откроет ключом дверь.
— Я буду на станции, в погрузочном загоне, — сообщил он, стараясь не смотреть ей в глаза. — Вернусь около семи вечера.
— А я пойду поищу доктора, чтобы он осмотрел Билли, — сказала она, также боясь встретиться с ним взглядом.