Капли воды скатывались по его телу, застревая в густых черных волосах на груди, которые спускались к животу и курчавились над тем, к чему был теперь прикован ее взгляд.
Он приблизился к ней без смущения, как мужчина-повелитель, каким и был. Абигейль стояла на месте. Она совсем не хотела бежать от него, а наоборот, сделала шаг навстречу. Рубашка, которую она держала в руках, упала на пол.
«С ним у тебя не может быть будущего», — с издевкой нашептывал ей внутренний голос.
«Зато есть сегодня».
В этом городе никто их не знал. Она может получить удовольствие, к которому стремилась с момента, когда он впервые прикоснулся к ней.
Бойд встал в нескольких дюймах от нее. Абигейль подняла на него взгляд и окончательно потеряла себя. Его могучие руки привлекли ее к себе, влага на его теле проникала сквозь ее одежду. Намокшая материя ее платья терлась о напрягшиеся соски.
— О, Абби, — простонал он, прижавшись губами к ее шее. Совсем расслабившись, она почувствовала, как подгибаются колени под наклонившимся над ней сильным телом.
Бойд легко подхватил ее, поставил прямо, а его губы уже блуждали по ее лицу, ища губы. Три огромных шага — и он перенес ее на кровать. Абигейль даже не заметила, как спина коснулась простыней. А затем весь его вес оказался на ней, грудь к груди, бедра к бедрам.
Даже тонкий материал нижней юбки и белья казался лишним под мучительным напряжением его голой плоти, вытянувшейся поверх нее. Но сильные руки Бойда быстро устранили все помехи: ловко и уверенно стащили с нее нижние юбки и бросили их на пол. Длинные пальцы играючи справились с шнуровкой корсета, и Абигейль задержала дыхание, когда он снял его, открыв ее груди.
Услышав довольный стон, она закрыла глаза, и невероятно чудесное ощущение отозвалось во всем теле, когда Бойд начал играть ее грудями, посасывая то одну, то другую. Языком он медленно провел вокруг одного соска, а затем и вокруг другого. Огонь пробежал по ее телу.
Он не дал ей времени разобраться в этом пожаре и быстро развязал панталоны. Разделавшись с последней частью ее одежды, он взял в руки ее лицо и заставил посмотреть ему в глаза.
То, что она увидела в его глазах, еще больше поразило ее сердце. В сияющем огне страсти таилась любовь, о которой им еще предстояло сказать друг другу.
— Не ошибись, Абби. Потому что обратной дороги у нас не будет.
Она посмотрела в стороны, закрыла глаза и затем вновь открыла. Они светились той же неистовостью.
— Я совершенно уверена, что не ошибаюсь.
Бойд опять поцеловал ее, но не тем жестким, требовательным поцелуем, какого можно было бы от него ожидать, а полным такой нежности, после которого все защитные стены, оберегавшие ее хрупкое сердце, рассыпались. Он продолжал целовать ее губы, лицо, в то время как руки начали творить чудеса.
Абигейль чувствовала его запах, тепло его тела вливалось в ее руки и грудь. Она наслаждалась прекрасной гладкостью его кожи, мощностью тела, великолепным ощущением его всего в своих объятиях. Бойд вздохнул, и неожиданная улыбка чисто женского удовольствия заиграла на ее губах.
Но затем он лег на нее поплотнее, обхватив руками ее тело. Пальцы двигались в такт его движениям, отбивая ритм, который побуждал ее попросить продолжать и в то же время кричать об остановке, чтобы задержать огромное наслаждение. Его руки заскользили по ее ребрам и талии, пальцы прошлись по бедрам и занялись дрожащими ногами. Его руки кружились вокруг центра ее удовольствия, но не дотрагивались до него, усиливая вожделение.
Его сильные руки обхватили ее колени и медленно поднялись вверх по нежной внутренней стороне ног. Уже совсем близко… Однако он замедлил движение, усилив ее нетерпение. Все ее тело дрожало в ожидании. Он пошевелился, нашел губами ее губы и начал гладить золотистые кудри между бедер.
Абигейль вздрогнула и вдруг тихонько застонала — сильный палец Бойда проник внутрь, где его ожидала жаждущая теплота и влажность, свидетельствующая о полной готовности. Но его губы продолжали путешествие по нежным изгибам ее шеи, а пальцы делали свое дело. Подушечка большого пальца вращалась вокруг розового кончика клитора, заставляя ее вздрагивать и изгибаться над постелью.
Бойд продолжал двойной натиск, и она готова была умереть от охвативших ее чувств. Ощутив твердое давление его члена на живот, Абигейль страстно желала поскорее почувствовать его внутри себя.