— Когда ты сказал ему, вполне грубо кстати, отвалить? — Он посмотрел на меня так, как будто предпочел бы не говорить об этом.
— Да.
— Я не понимаю... какое это имеет отношение ко мне?
Он улыбнулся и покачал головой.
— Никакое... прямое.
Я слегка улыбнулась ему.
— В конце концов, ты собираешься начать рассказывать, в чем смысл, не так ли?
Он засмеялся и снова посмотрел на город.
— Да... просто дай мне минутку.
Я крепко обняла его, положив голову ему на плечо. Он мог бы все время удерживать меня так, если бы только захотел. Город мерцал огнями, и я вдыхала его глубоко опьяняющий запах, прижимаясь к кожаной куртке. Он продолжал держать меня так же крепко, слегка потирая спину одной рукой, другой придерживая сзади голову. Наконец, он медленно сказал:
— Ты и Эван были правы насчет женщин. Я... использовал их... в течение многих лет.
Я немного отстранилась, чтобы посмотреть на него.
— В течение многих лет? Не только из-за меня?
Я чувствовала в себе странную боль от этого. Он заправил волосы мне за ухо.
— Нет... Хотя, конечно, это все только ухудшило.
Я нахмурилась из-за немного неудобного разговора.
— Ты не должен использовать людей, Келлан... по любой причине.
Он поднял брови и слегка улыбнулся.
— Ты не использовала меня, чтобы заглушить чувства к Денни в наш первый раз?
Я ужасно покраснела и отвернулась. Конечно, я использовала его. Он схватил меня за подбородок и заставил посмотреть на него.
— Все в порядке, Кира. Я подозревал это. — Он вздохнул и посмотрел на воду на нашей стороне. — Это не мешало мне поверить, что мы, возможно, все равно имели шанс. Я провел весь тот проклятый день, блуждая по городу, придумывая, как тебе сказать... как я люблю тебя, не выглядя идиотом.
— Келлан... — Я всегда задавалась вопросом, куда он пошел в тот день.
Он снова посмотрел на меня.
— Боже... когда ты сразу вернулась к нему, и у нас не было ничего общего, это убивало меня. Я знал это... — он почти сердито покачал головой. — В ту минуту как я, наконец, вернулся домой, и услышал, что вы наверху, я знал, у нас нет шансов.
Я удивленно моргнула.
— Ты слышал нас? — Я была смущена. Келлан пришел домой гораздо позже... и пьяный.
Он посмотрел вниз, будто не хотел упоминать об этом.
— Ох... да. Я вернулся и услышал вас в вашей комнате, как вы… воссоединялись. Это было... довольно отстойно. Я схватил выпивку, направился к Сэму, и ну ты знаешь, чем это закончилось.
Меня охватило чувство вины.
— Келлан, Боже, мне так жаль. Я не знала.
Он снова посмотрел на меня.
— Ты не сделала ничего плохого, Кира... — он отвернулся на секунду. — Я был таким козлом по отношению к тебе потом. Я сожалею об этом. — Он застенчиво улыбнулся мне, и я поморщилась, вспомнив, каким он был придурком. — Мне очень жаль, я, как правило, теряю контроль над своим языком, когда злюсь... и никто, кажется, не в состоянии сделать меня злее, чем ты, — он виновато улыбнулся мне.
Я засмеялась и подняла бровь.
—Я заметила это. — Я вспомнила наиболее красочные моменты наших боев. Он тихо засмеялся, и меня снова охватила вина. — Ты всегда был прав. Я действительно отчасти заслужила твою... резкость.
Он перестал смеяться и схватил мою щеку.
— Нет. Ты никогда не заслуживала того, что я говорил тебе.
—Я ужасно... вводила тебя в заблуждение.
— Ты не знала, что я любил тебя, — мягко сказал он, поглаживая мою щеку.
Я посмотрела в его синие, любящие глаза и поняла, что не заслужила его доброту.
— Я знала, что тебе было не плевать на меня. Я была... черствой.
Он улыбнулся и нежно поцеловал меня.
— Правда, — прошептал он. — Но мы, кажется, сбились с темы. — Он тепло улыбнулся, наш разговор изменился. — Мне казалось, что мы говорили о моей испорченной душе.
Я засмеялась и посмотрела через плечо, избавляясь от плохого настроения.
— Правильно, о твоих... пороках.
Он рассмеялся.
— Ауч.
Я засмеялась и провела рукой по его груди, когда он на мгновенье посмотрел на меня.
— Я полагаю, что должен начать с рассказа о детстве.
— Мы уже говорили об этом, ты не должен повторять это снова. — Я с сожалением смотрела на него, понимая, что это излишне болезненная тема.
— Кира... мы рассмотрели только верхушку самого кончика той очень глубокой раны. — Сказал он мягко. — Существует намного больше, о чем я не говорил... никому.
— Ты не обязан рассказывать мне, Келлан. Я не хочу, чтобы тебе было больно.
Он смотрел мимо меня невидящим взглядом.
— Я хочу этого... как ни странно. Я хочу, чтобы ты поняла. Хочу, чтобы ты узнала меня. — Чувство тоски возникло на его лице, я встретила его взгляд и многозначительно подняла бровь. Это сработало, он рассмеялся. — Не только... библейски, — пробормотал он игриво.
Я провела пальцами вокруг волос у его шеи.
— Хорошо, если ты хочешь... Я выслушаю все, что ты захочешь мне сказать, и я буду уважать все, что ты скажешь. — Я ободряюще улыбнулась, надеясь, что это не причинит ему много боли. Но он удивил меня, тихо рассмеявшись.
— Тебе покажется это забавным.
Я замерла и уставилась на него, ничего из того, что он до этого рассказал мне о своем детстве, не было даже отдаленно смешным.
— Я не понимаю, как это возможно, — прошептала я, вглядываясь в его глаза.
Он вздохнул.
— Ну ладно, может, это будет не так и смешно... совпадение. — Он немного печально улыбнулся, когда мое лицо скривилось в замешательстве. — Похоже, что моя мать была... очарована лучшим другом моего отца. — Мое лицо побледнело, действительно совпадение. Келлан улыбнулся моей реакции и продолжил: — Так что, когда мой дорогой старый отец должен был покинуть город на несколько месяцев... по некоторым семейным обстоятельствам, на Восток, — он мягко покачал головой, — ты можешь себе представить его удивление, когда он вернулся домой и застал свою застенчивую невесту беременной. — Мой рот открылся, и Келлан саркастически усмехнулся. — Сюрприз, милый.
— Что сделал твой отец? — тихо спросила я. — Ах... — он кивнул головой, глядя в сторону, и его улыбка сошла.
— Ну, вот та часть, где моя мать предстала во всем своем великолепии. — Он посмотрел на меня, а я посмотрела на него, снова смущаясь. Его взгляд стал серьезным, он спокойно сказал. — Она сказала ему, что была изнасилована, пока его не было... и он поверил ей.
Я почувствовала, как с моего лица сошли все краски от этой истории. Какой человек поступит так? Его лицо тоже побледнело, когда он тихо сказал.
— Он смотрел на меня, как на отродье монстра с самого первого дня. Он ненавидел меня еще до моего рождения. — Его глаза были наполнены непролитыми слезами. Я поцеловала его в щеку, жалея, что не могла сделать большего.
— Мне так жаль, Келлан. — Он кивнул и продолжил задумчиво смотреть на меня. — Почему твоя мама сделала это?
Он пожал плечами.
— Я полагаю, она не хотела потерять все. — Он невесело рассмеялся. — Но, придуманный образ всегда нужно поддерживать… Она даже написала заявление в полицию, с обвинением против какого-то белого парня. — Он снова невесело засмеялся. — В моем свидетельстве о рождение сказано, что мой отец — Джон Доу . Отец не принял меня, — он прошептал последнюю часть.
— Боже, Келлан... — слеза скатилась по моей щеке. — И они рассказали тебе все это?
Он посмотрел на воду.
— И не раз, это было практически моей сказкой на ночь. Спокойной ночи, парень... кстати, ты разрушил нашу жизнь.
Другая слеза скатилась по щеке.
— Как ты узнал о своем… лучшем друге твоего отца?
Он посмотрел на меня и вздохнул.
— Мама. Она рассказала мне правду. — Он стряхнул слезу с моей щеки. — Я думаю мой... донор спермы исчез, как только она сказала ему, что беременна. Больше она его никогда не видела. Это разбило ей сердце... и она возненавидела меня за это. — Он склонил голову, когда увидел ужас на моем лице. — Думаю, она ненавидела меня даже больше, чем отец, — прошептал он.