У меня сердце сжалось в комок. Два года? Пара недель без него была просто невыносима, как я продержусь эти два долгих года... это даже дольше, чем мы с ним вместе?
— Нет, Денни.
Он не ответил, тишина меня оглушила.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Нет! Я хочу, чтобы ты вернулся! Останься со мной, устройся на другую работу. Ты умный, ты найдешь ее!
Вот теперь я стала его умолять.
— Но это то, чего я хочу, Кира — прошептал он.
— Больше, чем меня?
Я поняла, что несправедливо задавать такой вопрос, как только его произнесла, но внутри меня закипала ярость.
— Кира... — он судорожно произнес мое имя. — Ты же знаешь, что это не так...
— Правда?! — Теперь я по-настоящему вспыхнула от злости. — А, кажется, что ты выбираешь работу, будто бросаешь меня.
Крошечная часть меня хотела прекратить этот ужасный разговор, перестать делать ему больно, но я не могла.
— Солнце, это всего лишь два года. Я буду приезжать при каждой возможности... — слабо попытался он, его голос был переполнен эмоциями. Я кипела от злости. Два года... два дурацких года! Не обдумав, он принял предложение о работе в городе, находящимся за тысячу миль от меня, не удосужившись сперва поговорить со мной, а потом он несколько дней молчал об этом! Я застряла в Сиэтле. Мои родители снисходительно отнеслись к переезду, ну почти, в основном из-за стипендии. Они бы мне не дали перевестись в другой колледж в другом штате! Они бы в любом случае за это не заплатили, а я не могла сама оплатить два года обучения. Стипендия, которую я выиграла, была моим единственным шансом. Я не верила, что судьба мне еще так улыбнется. Я застряла здесь до конца обучения... и он знал это. Он знал это! В ярости я пришла к первому возможному выводу — он хочет, чтобы я осталась. Он не хочет, чтобы мы были вместе. Он хотел бросить меня. Он разрывал со мной отношения. В моем животе горел огонь. Ну, я не собиралась позволить ему это сделать первым.
— Не волнуйся, Денни! Ты сделал выбор! Надеюсь, тебе понравится твоя работа!
Я сделала резкое ударение на этом слове.
— Я остаюсь здесь, а ты — там. Все кончено... прощай.
Я швырнула трубку и отключила телефон. Я не хотела, чтобы Денни перезванивал. Я так разозлилась, что не хотела с ним больше разговаривать. Мысль о том, что я больше никогда его не увижу, так быстро привела меня в отчаяние, что я не могла дышать. Я задыхалась, у меня начинала кружиться голова. Я упала на пол, из глаз рекой текли слезы, я больше не могла сдерживаться и зарыдала.
После, казалось, долгих часов мучений и переживаний, я встала и пошла на кухню, чтобы взять из холодильника воду, но в дверце оказалась открытая бутылка вина, которую мы так и не выпили. Я взяла ее и сделала глоток прямо из горла бутылки. Знаю, что глупо вот так справляться с отчаянием, но мне нужно было что-то сделать. Мне нужно было отдохнуть от чувств и переживаний. С ними я позже разберусь.
Хватая стакан вместо бокала, я налила вино до краев и начала пить. Оно обжигало.
Вино определенно не создано для такого распития, но я отчаянно нуждалась в облегчении своей боли.
Я мгновенно осушила стакан и обновила его. Неконтролируемые рыдания уже прекратились, но слезы продолжать литься из глаз.
В моей голове застыло лицо Денни — его прекрасные, теплые, карие глаза; его глуповатая улыбка; его заманчивый акцент; как легко его было рассмешить; его тело; его сердце. Мое же сердце больно сжалось, и я сделала еще один долгий глоток.
Это все не по-настоящему, твердила себе я. Не может быть, что между нами все кончено, не может быть, что мы больше не вместе. Он говорил, что я его сердце, а его нельзя просто бросить. Никто не может жить без сердца.
Я как раз приканчивала второй стакан, и наливала третий — к сожалению, последний — когда услышала, что кто-то пришел.
Должно быть, уже очень поздно, или очень рано, зависит от того, как смотреть, и Келлан уже вернулся после ночи с ребятами в "У Пита". Он зашел на кухню и небрежно бросил ключи на столик.
Затем, заметив меня, парень замер. Обычно, я уже спала в это время, не считая ночей, когда работала.
— Привет.
Я повернулась к нему, но не отрывалась от стакана, чтобы ответить. При движении, я заметила, что у меня начинает кружиться голова. Отлично. Я, молча, изучала его. Его голубые глаза слегка блестели. Должно быть, он успел пропустить пару — или больше — стаканчиков с группой. Одет он был как обычно — обтягивающая футболка, потертые голубые джинсы и рабочие черные ботинки. Может, дело в вине или всему виной мое горе, но сегодня он выглядел невероятней, чем обычно. Его беспорядочная прическа смотрелась чертовски сексуально. Вау, подумала я той частью мозга, которая еще работала; упиваясь его красотой, я отвлекалась больше, чем когда напивалась вином.
— Ты в порядке? — Он слегка наклонил голову и вопросительно посмотрел на меня. Это было невероятно привлекательным движением, я даже на мгновение перестала пить.
— Нет. — Слова формировались так медленно, а вино так быстро действовало на тело... Но я почувствовала себя достаточно трезвой, чтобы быстро добавить:
— Денни не вернется... Мы расстались.
Его великолепное лицо тут же наполнилось сочувствием, и он подошел ко мне. На секунду мне показалось, что Келлан собирался обнять меня.
От этой мысли, мое сердце забилось быстрее. Но, вместо этого, он облокотился на барную стойку, убрав руки за спину.
Я продолжила пить вино и смотрела, как он наблюдает за мной.
— Хочешь поговорить об этом?
Я помолчала.
— Нет.
Он взглянул на пустую бутылку из-под вина на стойке, а потом снова на меня и на стакан, который я допивала.
— Хочешь текилы?
Впервые за, как казалось, очень долгое время, я улыбнулась.
— Еще как.
Он потянулся, чтобы открыть шкафчик над холодильником, и порылся в запрятанных бутылках с алкоголем - я даже не знала, что там находится тайник. Он потянулся так, что его рубашка восхитительно задралась, приоткрыв лишь небольшой участок кожи на талии. Глядя на этого невероятно привлекательного мужчину, мучительные мысли о Денни медленно уплывали. Черт, он был таким сексуальным.
Он нашел то, что искал, и повернулся обратно ко мне. Я вздохнула, так как его рубашка снова опустилась. Внезапно мой залитый алкоголем мозг накрыло одиночеством. Теперь я была одна. Я проделала весь этот путь сюда, чтобы быть с Денни, а теперь оказалась абсолютно одна. Я смотрела, как тело Келлана соблазнительно двигалось под одеждой, когда он брал стаканы, соль и лайм. Мое одиночество исчезало и стало превращаться во что-то совершенно иное. Закончив разливать текилу, он с манящей полуулыбкой протянул мне стакан.
— Лекарство от душевной боли, как мне говорили.
Я потянулась за стаканом и задела его пальцы. Это легкое касание вызвало у меня тепло, поднимающееся вверх по руке, и я с ленцой подумала, что он — лекарство получше.
Я наблюдала за бесчисленным количеством людей, пьющих шоты у бара. Я делала это раньше. Но Кел пил их настолько сексуально, что я почувствовала себя так, будто наблюдаю за интимным моментом. Должно быть, вино, проникшее в мою кровяную систему, делало каждое его движение эротичным. Он окунул палец в напиток, чтобы смочить тыльную сторону своей ладони, а затем моей. Он слегка посыпал их солью, а я задумалась, от чего вдруг моей руке было так тепло в местах, где чувствовалось его прикосновение. Я наблюдала, как Кел слизнул языком соль, как двигалась его мощная челюсть, когда он залпом выпил шот текилы, и как изогнулись его губы, когда Кайл впился в лайм. У меня перехватило дыхание.