Через несколько мгновений его дыхание сильно участилось, и он сжал мои бедра с удовлетворенно глубоким стоном, кончая. Однако он не снизил темпа, и несколько мгновений спустя я выгнулась навстречу ему, громко крича, в то время как энергия разрывала меня.
Мы оба перевели дыхание, вода стала охлаждаться вместе с нами, и тогда Денни мягко опустил меня, а я подвинулась в сторону, чтоб прохладная струя могла смыть остатки пузырьков между нами.
— Я люблю тебя, — сказал он, выключая воду. Он вышел из душа и подал мне полотенце, чтоб вытереться. Я тепло улыбнулась ему и стала рядом с ним на пушистый ванный коврик.
— Я тоже тебя люблю.
Он немного помог мне вытереться своим полотенцем, вызывая у меня смех, а затем вытер себя, и мы покинули нашу уютную, небольшую наполненную паром ванную, чтобы собрать его на работу. Через некоторое время Денни, одетый в слаксы цвета хаки и синюю рубашку (он действительно выглядел потрясающе в синем) с еще слегка влажными волосами, которые он позволил мне причесать, и я — в обычных джинсах и блузке, спускались на кухню.
Келлан был внизу, пил свой кофе, и, выглядел небрежно идеально, только немного бледновато. Денни кивнул ему, счастливо улыбаясь.
— Доброе утро, приятель.
Келу, несмотря на бледность, удалось добиться небрежной улыбки.
— Доброе... приятель.
Денни поцеловал меня на прощанье, гладя по щеке.
— Теперь я точно вернусь поздно. — Он ухмыльнулся с намеком, глядя на меня, из-за чего я ужасно покраснела. — Хотя ты стоишь того, — прошептал он.
Я взглянула на Келлана. Он побледнел еще немного, старательно попивая свой кофе, и теперь я знала, что он понимал, что это значило.
Может быть, он даже слышал нас в душе. Я не могла вспомнить, вела ли себя тихо... вероятно, нет. Денни обнял меня на прощание и ушел на работу. Я стояла в оцепенении посреди комнаты, не зная, что делать.
— Я поставил твой кофе в микроволновку, — прошептал Келлан из-за стола. Я посмотрела на его бледное лицо, в его мягкие глаза. — Он остыл... — закончил он. Я сглотнула ком в горле и подошла к микроволновке, запустив ее на одну минуту. Я развернулась к Келлану, в то время как он нагревался.
— Келлан ... я...
— Не надо — прервал он мягко, безучастно таращась в кружку.
Я моргнула.
— Но...
Он встал и подошел, останавливаясь подальше и не прикасаясь ко мне.
— Ты не должна мне объяснять... — он посмотрел на пол. — И ты определенно не должна извиняться передо мной, — парень посмотрел на меня. — Так что просто... ничего не говори, пожалуйста.
Чувство вины и жалости захлестнуло меня, и я подняла свои руки, раскрыв для него свои объятия.
— Иди сюда.
Мгновение он колебался, разрываясь перед выбором, но потом обнял меня за талию и зарылся лицом в мою шею. Я крепко держала его, поглаживая спину.
— Прости меня, — шепнула я на ухо.
Может, он не хотел этого слышать, но я должна была это сказать.
Келлан тихо вздохнул и кивнул в мое плечо, прижимая меня немного крепче. Он был все еще бледен и слишком спокоен, когда отвозил меня в университет. Чувство вины захлестнуло меня. Его беспокоила наша ситуация.
Я не была уверена почему, я не знала, что значу для него, но он предупреждал, что его это беспокоит, и это было видно. Поэтому мне становилось только хуже. Но я не была его. Мы просто друзья... а Денни был моим парнем, и это могло произойти снова. Я наблюдала за его лицом, пока мы проезжали небольшое расстояние до университета. Надеялась, что он не пострадал слишком сильно.
Он снова провел меня до аудитории и, кажется, воспрянул духом. Кел хотел обсудить со мной мой урок по литературе, у него было несколько забавных теорий относительно того, как Остин видела общество... большинство были связаны с моей предыдущей парой по психологии сексуального подавления. К тому моменту, как он открыл дверь в класс, довольно сильно смеялась уже я. Уверена, мое лицо было ярко красного цвета.
Я решила прогулять пару по психологии. Знала, что это не лучшая идея, но мне так хотелось попасть домой и провести немного свободного времени с Келланом перед работой, да и лекция была про Фрейда, которого я уже не могла выносить. Когда я вошла, то увидела Кела на диване, играющего на гитаре. Песня была очень красивой; я тепло улыбнулась ему, когда он оглянулся, даря мне взгляд, который заставил мое сердце биться чаще. Он остановился и начал откладывать гитару в сторону.
— Нет, не останавливайся. — Сказала я, подходя и садясь рядом с ним. — Она прекрасна.
Он посмотрел вниз, мягко улыбаясь, а затем слегка покачал головой. Вместо этого, он положил гитару мне на колени.
— Вот... попробуй еще раз.
Я поморщилась; в последний раз, когда он пытался меня научить, я была ужасна.
— Она прекрасна, когда ты ее играешь. Когда я пробую, такое ощущение, что с ней что-то случается.
Келлан рассмеялся и развернул меня на диване так, чтоб он мог положить свои руки позади, и его кисти касались моих.
— Тебе всего лишь нужно ее правильно держать, — прошептал он мне на ухо. От его дыхания у меня по спине пробежали мурашки, и я на секунду закрыла глаза, глубоко вдыхая его запах, в то время как он расставлял наши пальцы на гитаре.
— Хорошо... эй. — Он пихнул меня в плечо с коротким смешком, заметив, что мои глаза закрыты. Смущенная, я покраснела, и он снова рассмеялся.
— Вот... твои пальцы лежат идеально прямо под моими. — Он слегка придерживал мои пальцы в неудобном положении на грифе гитары. — А теперь, — он показал мне медиатор в другой руке, — слегка проведи им вот так... — Он провел один раз, и гитара красиво зазвенела.
Парень аккуратно вложил медиатор в мои пальцы, и я попыталась повторить его движение. Но звук не был столь красивым, он вообще вышел жутким. Кел засмеялся и схватил мою руку, в основном, бренча за меня. Играя вместе с ним, гитара снова красиво зазвучала. Он лениво передвигал по грифу наши пальцы, в то время как бренчал нашими сцепленными ладонями по струнам, играя простой ритм. В конце концов, я уловила это ощущение и расслабилась в нем.
Он улыбнулся и посмотрел на меня, все еще играя за нас и даже не глядя на струны.
— Это действительно не так уж сложно. Я выучил этот аккорд, когда мне было шесть лет.
Он подмигнул мне, и я снова залилась краской.
— Ну... у тебя очень умелые пальцы. — Выпалила я, на мгновение отвлекаясь на его легкую улыбку.
Он перестал играть и засмеялся. Я закатила глаза и засмеялась вслед за ним.
— У тебя такие грязные мысли. Вы с Гриффином очень схожи. — Я вновь покраснела.
Он поморщился, а затем снова рассмеялся.
— Только если это касается тебя. — Он пристально посмотрела на меня, а затем убрал гитару. — Попробуй еще раз.
Я положила руки назад и снова пыталась наигрывать, как он это делал. Удивительно, но после третьего или четвертого раза, это зазвучало прилично и, посмотрев на него, я захихикала. Келлан улыбнулся и кивнул, а затем показал мне другой аккорд, и после нескольких попыток мне удалось сыграть что-то стоящее. Через некоторое время я смогла сыграть мелодию, которую он наигрывал, когда был маленьким мальчиком.
Я играла, он поправлял мои пальцы, то и дело показывая новый аккорд, когда я наконец-то понимала предыдущий. В конце концов, я привалилась к нему, сгибая руку. Он рассмеялся и положил гитару на пол, притягивая меня обратно к своей груди, и беря руку, чтобы помассировать. Я старалась не издавать каких-либо звуков, чтоб не отвлекать его. Это был рай.