Лаская ее язык своим, я проник к ней в трусики. Она двинулась на меня, нетерпеливая, желающая чтобы я прикоснулся к ней там. Просто одна эта мысль чуть не заставила меня кончить. Я старался взять под контроль степень собственного возбуждения и одновременно безумно желал продолжения.
Я опустил взгляд вниз, где мои пальцы осторожно проникали в нее. Кира вскрикнула от наслаждения. Ее реакция сводит с ума. Чертовски мокрая. Горячая. Для меня. Она отчаянно хотела меня. Меня.
Она извивалась и стонала, в то время как я поглаживал ее изнутри как какое-то несметное сокровище. Она водила пальцами по моим рукам, плечам, впивалась ногтями, вжималась в меня, безумно желая большего.
— Пожалуйста Келлан... отнеси меня в свою комнату... Боже... пожалуйста, — шептала она.
Черт. Ее мягкие мольбы были самой горячей вещью из всех что мне довелось слышать. Я подхватил ее на руки и донес до двери. Как только она встала на ноги я сорвал с неё трусики и сам принялся стаскивать джинсы, ведь у Киры это так и вышло. Она засмеялась на свою неумелость, и я засмеялся вместе с ней. Ее улыбка, невероятная, прекрасная заставила меня хотеть ее еще больше.
Стягиваю наконец ее майку, мой язык тащит возбужденный сосок в рот, пробует и дразнит пока Кира стонет и прижимает голову ко мне. Немного поиграв, я толкаю ее на кровать. Снимаю боксеры пока она приподнимается на локтях и наблюдает за моими действиями. Смех прекратился, мы смотрим друг на друга какое-то время. В мире не было никого, кого я хотел бы больше, чем ее, и вот она наконец в моей постели, желающая меня...
Я забрался к ней и наши тела соединились. Ее кожа теплая, мягкая... совершенство...
Когда мы просто смотрели друг на друга я ощущал связь между нами, когда мы целовались связь, усиливалась. Мои руки бродили по ее телу, губы следовали за ними. Я покрывал поцелуями каждый дюйм ее тела, я поклонялся ей. Наконец мой рот добрался до внутренней поверхности ее бедер, забрел между ног. Я попробовал ее на вкус. Это было чертовски удивительно. Круче всего что было в моей жизни. Ощущать вкус Киры, ее безумное желание, ее стоны, когда она вжималась в меня, бормотала мое имя. Сидя лицом к лицу, она гладила меня, также, как и я покрывала поцелуями мое тело.
И теперь она добралась до моего заветного места, дразня, водила кончиком языка. Я больше не мог терпеть сладкие муки, мне отчаянно хотелось оказаться внутри нее. Я перевернул ее на спину и вошел в нее. Ощущение что я внутри нее взорвало к чертям весь мой разум. Мы смотрели друг на друга с полуоткрытыми ртами, хватая воздух из одного пространства. Она поглаживала большим пальцем мои скулы. Я никогда не испытывал такого тепла и нежности во время секса. Когда я уже начал двигаться внутри нее, до меня вдруг дошло что не надел защиту. Мое главное правило летело ко всем чертям. Мой мозг, еще наполовину мыслящий, послал мне мысль о том, что всё-таки не стоит нарушать своих правил... но Кира с таким обожаем шептала моё имя, что сопротивляться было практически невозможно, и мое сердце вразрез с голосом разума кричало мне оставить все как есть. Наконец-то мы были свободны. И никаких преград между нами. Мы так легко двигались навстречу друг другу, словно это был тысячный раз, а не первый. Это божественно, это нельзя передать словами, чистый кайф... Я надеялся, я позволил себе мечтать, что это первый из тысячи наших раз. Я не мог представить, я не хотел, чтобы это заканчивалось.
Наши движения были медленными, плавными, мы наслаждались, а не просто пытались кончить. Это нечто... Взрыв. Мощь. Адреналин... это круче, чем всё, что вообще можно представить.
Кира шепчет:
— Да. Еще.
Я наконец ускорился. Стоны вырывались из моего рта, и я впервые не мог контролировать свои эмоции. Я никогда не испытывал ничего подобного. Кира казалось тоже испытывает все эмоции словно впервые. Ее настоящие стоны не сравняться ни с одним из театральных криков моих прежних партнерш. Скорее они могли взять у нее пару уроков, чтобы попрактиковаться в искренности своих эмоций.
Я чувствовал, что приближаюсь к разрядке, одновременно желая этого и не желая заканчивать то, что сейчас происходит между нами. Быть внутри Киры − это сравнимо только с адом и раем одновременно. Рай, потому что это чистое блаженство, ад, потому что это не вечно. Кира запутала свои руки в моих волосах, отчаянно прижимая меня к себе, стоны ее стали более интенсивными. Она была на грани. Как и я. Черт. О Боже. Да. Я почувствовал, как мышцы сжимаются как из меня вырывается освобождение. Кира закричала практически одновременно со мной, и мы вместе пришли на вершину и после скатились с нее вниз. Это впервые. Никогда я не приходил к финишу одновременно с девушкой. Это в конец меня разорвало. Когда наконец я нашел в себе силы и взглянул в глаза Киры, то нашел там множество эмоций, настоящих, прямиком из сердца. Это выше всех ожиданий, мечтаний и прочего. Это изменило меня раз и навсегда. Сейчас и отныне я больше не смогу быть прежним. Ни я, ни Кира больше не будем прежними. Связь. Я всю свою жизнь, вступая в половой контакт, искал что-то, сам не зная, что именно. Я искал вот это. То, что происходило сейчас.
Глядя друг на друга, мы задыхались, пытаясь замедлить темп наших сердец. Я аккуратно вышел из нее, заключив в свои объятия. Когда-то я думал, что танцы с ней лучше всякого секса. Признаю, ошибался. Танцы даже близко не сравнить с сексом. По крайней мере не с сексом с ней.
Кира отключилась, дыхание ее стало спокойным. Я держал ее крепко в своих объятиях боясь пошевелиться, не веря в происходящее. Она здесь. Со мной. Я просто лежал и наблюдал как она спит. Это просто нереальные ощущения чувствовать ее мягкую кожу, ее легкое дыхание на своей груди. Я ощущал такую мощную связь с ней сейчас, а она спала, ни о чем не подозревая. Время летело, как вдруг в тишине Кира прошептала мое имя. Сердце дрогнуло в груди; она проснулась, и что я скажу ей. А что она скажет мне? Я напрягся и даже испугался, но она больше ничего не произнесла. Наконец я расслабился понимая, что Кира спит. И она думала обо мне во сне. Обо мне. Это поразило и озадачило меня, и мне стало любопытно, о чем же она мечтала.
Я чувствовал себя легче воздуха, на грани эйфории, мое сердце заныло при мысли что она звала меня во сне, думала обо мне. Это чуть ли не больший кайф чем только что случившийся секс. Я знал без сомнения, что, если я буду засыпать с ней на руках каждую ночь, я буду самым счастливым во всей вселенной. Эта мысль пугала меня, потому что существовала и обратная сторона. Без нее я буду несчастным, полностью разбитым. Так что теперь между нами? Я понятия не имею. Я больше ни о чем не имею понятия.
Все что я знал, так это то, что я долгое время заботился о Кире, как не должен был заботиться. И сегодня между нами случилось то, что просто раздавит моего друга, брата, если он узнает. Кира никогда не могла быть моей, чтобы я там себе не на придумывал, потому что она принадлежала ему. Я знал это и все равно переспал с ней. Боже, какое же я чудовище.
Когда я размышлял над смыслом слова «секс» мои внутренности выворачивало от отвращения к себе. Мы не просто напились и трахнулись. По крайней мере не я. Я вложил в это душу, сердце всего себя. Потому что она значила для меня всё. То, как она смеялась, как улыбалась, смущалась, как слушала мою музыку, то с каким состраданием она смотрела на меня, разделяя мою боль, даже если она не понимала всего. Всё, что связано с ней, забралось глубоко мне в душу, перехватывая дыхание и заставляя сердце биться в два раза чаще.
Я смотрел на нее, мирно спящую на моей груди. Ее рот был слегка приоткрыт. Глаза под веками трепетали, как будто ей что-то снилось. Мне захотелось чтобы она снова произнесла моё имя. Я надеялся, что ее сон всё еще обо мне. Я надеялся, что она думает обо мне, потому что она единственная, о ком я думаю. Я хотел защищать ее. Хотел помогать ей, заботиться о ней. Хотел того, что было у них... с Денни. Черт. Денни. Как ему вписаться во всё это? Я эгоистичный мудак, ибо сейчас я не хотел думать о нем, хотел быть единственным, кого она желает.
Он попросил меня лишь об одном, и я обещал, глядя ему в глаза, а сам... Волна вины обрушивалась на меня. Вот я на вершине вселенной рядом с ней, и вот я с огромной скоростью падаю вниз, в реальность... где я кусок дерьма, предавший друга.
Он никогда не простит. Я потерял его. И ради чего? Нужен ли я Кире вообще? Словно услышав мои мысли, она отвернулась от меня, перевернувшись на живот. И без нее вдруг стало так холодно. Мой взгляд бродил по ее голой спине, гладкой идеальной коже. Кира совершенство. Я снова хотел заключить ее в свои объятия, но мой разум рвало на куски. Тысяча мыслей кружила вихрем в моей голове. Что я только что сделал?