Сделав над собой неимоверное усилие, я остановился. И усмехнулся. Какой бы упрямой ты ни была, тело не даст тебе солгать.
– Посмотрим, – сказал я, кладя руку обратно на колено, хотя больше всего мне хотелось положить ее на колено Киры.
– А он? – Кира кивнула в сторону Денни.
Мой взгляд уперся в стол. Да, точно… Денни. Как ни крути, я предаю его, а мне вовсе не хотелось делать ему больно. Именно поэтому я согласился держать все в секрете, только между нами. Если Денни ни о чем не узнает, Кира сможет остаться с ним. Если захочет. Как бы она ни пожелала поступить со своим парнем, решать только ей.
Заранее ненавидя то, что я собираюсь сказать, я все же произнес:
– Вчера вечером я много об этом думал, – я мельком взглянул на нее. – Не хочу ранить его без нужды. Я ничего не скажу ему, если ты не попросишь.
Я буду молчать вечно, если ты захочешь, чтобы он никогда не узнал об этом треугольнике. Что угодно, если так тебе будет легче, что пожелаешь. До тех пор, пока у меня есть частичка тебя, не важно, насколько маленькая, я буду счастлив.
Кира ответила без промедлений.
– Нет, я не хочу, чтобы он знал.
Это признание далось ей нелегко. И я могу это понять. Меня бесит, что Денни стал частью всего этого, и тем не менее это так. Но у нас разные отношения, и я пытаюсь смириться с этим. Кира, кажется, не разделяла со мной стадию принятия. Она казалась разбитой и окончательно запутавшейся.
– Что значит «без нужды»? Кто мы с тобой теперь, по-твоему? – спросила она.
Я снова улыбнулся, потянувшись через стол, чтобы взять Киру за руку. Прикоснуться к ней было безумно приятно. И когда она отойдет от шока и преодолеет вину, она вспомнит свои ощущения от прикосновений ко мне, вспомнит ту потрясающую связь, что была между нами.
Кира вздрогнула и попыталась убрать руку, но я крепко держал ее, поглаживая пальцы. Ей нужно запомнить это ощущение, эту легкость. Только так мы сможем вернуться к тому, что было раньше.
– Ну, в настоящий момент мы друзья, – я прошелся взглядом по ее телу, желая снова остаться с ней наедине. – Добрые друзья.
И гораздо больше, чем друзья. Впусти меня, и я стану для тебя всем.
Она впилась в меня разъяренным взглядом.
– Ты сказал, что мы никогда не были друзьями. Только соседями, помнишь?
Знаю, я не смог бы объяснить все, что я чувствую к ней. Не в тот момент, когда ее разум затуманен виной. Поэтому я, дразнясь, сказал:
– Ты заставила меня передумать. Ты умеешь быть очень убедительной, – не удержавшись, я понизил голос и спросил: – Может, поубеждаешь меня еще при случае?
Может быть, прямо сейчас? Я бы с удовольствием провел руками по твоему телу, послушал бы, как ты выдыхаешь мое имя и обхватываешь мою талию. Я хочу заняться с тобой любовью, заботиться о тебе. Просто дай мне шанс.
Кира подскочила так стремительно, что ножки стула с визгом проехались по полу. Я отпустил ее руку, но не хотел отпускать ее саму. В этот раз ей придется постараться, что оттолкнуть меня, а я знал, что она не сможет. Больше не сможет.
Резкое движение привлекло внимание Денни.
– Ты в порядке?
– Да, – смутившись, ответила Кира. – Просто иду наверх, в душ. Пора собираться на работу, подменять Эмили.
Я тут же представил ее насквозь мокрой: откинутые назад темные волосы, мыльная пена, стекающая по ее груди. Джинсы вдруг стали тесноваты, когда позволил фантазии разыграться. Когда взглянула на Денни, который уже вернулся к созерцанию экрана телевизора, я тихо спросил:
– Хочешь, я пойду с тобой? Мы можем продолжить нашу беседу.
Она сверкнула глазами так, что я понял – ответом на мое игривое предложение будет нет.
Пока она принимала душ, я допивал свой кофе. Одним глазом смотря какое-то шоу, которое включил Денни, я думал только о Кире. Представлял, как она раздевается, включает воду, заходит под душ и как ее кожа покрывается мурашками, постепенно исчезающими под струями теплой воды. Представил, как она касается каждого изгиба своего тела. Сидеть за кухонным столом, когда в голове творятся такие непристойности, ужасно сложно, очень хотелось подняться наверх и присоединиться к ней. Я бы дразнил ее легкими касаниями, нежными поцелуями, раззадоривал бы ее, пока она не начала бы умолять меня взять ее снова. Да, я хотел бы сделать это… Но не тогда, когда Денни здесь, это уж слишком. А я уже зашел дальше, чем хотелось бы. Но возвращаться назад было поздно, так что я мог лишь вести себя максимально хорошо, когда он поблизости, и быть дьявольски очаровательным засранцем, когда его нет.
Глава 14. Зависимый
Дома всё более или менее пришло в норму, но труднее всего было остановить себя от непрестанного флирта с Кирой. При каждом удобном случае. И даже при Денни, отчего я чувствовал себя безмерно виноватым. Но остановиться не мог. Я прикасался к ней в запретных местах, целовал затылок, шею, плечи и мысленно раздевал ее глазами. Я просто хотел, чтобы Кира снова касалась меня, целовала, занималась со мной любовью. Это всё, о чем я думал. Только она, 24/7.
И я знал, что не одинок в этом, Кира чувствовала тоже самое, несмотря на то, что сопротивлялась и отталкивала это чувство. Ее тело предательски реагировало на каждое мое прикосновение. Просто проводя пальцами по ее спине, я почти доводил ее до оргазма. И эта ее реакция… Это заводило еще больше и делало ожидание почти невыносимым. Я знал, что страсть между нами, когда это снова произойдет, будет взрывоопасной. Я был зависим от Киры, и рядом с ней не мог насытиться, мне всегда было мало.
Она пыталась поговорить со мной о моем поведении. Дрожа от моих ласк однажды утром, она оттолкнула меня и раздраженно произнесла:
– Ты такой капризный. Мне к тебе не подстроиться.
Ее сердитый взгляд смягчился. Вероятно, Кира решила, что разозлила меня. Я действительно стал другим. После нашего первого раза я был ледяным и отстранённым, а теперь вот огненно-горячий. Но я любил ее всё это время: и тогда, и сейчас. Это она была неразборчива в своих чувствах.
:
– Я артист... – игриво ухмыльнулся я. – Никаких капризов.
Кира очаровательно надула губы, так что мне ужасно захотелось впиться в них поцелуем.
– Значит, ты капризный артист… – на выдохе пробормотала Кира. – Ты вообще практически девчонка.
Удивленный ее комментарием, я резко взял ее и прижал к стойке, навалившись на Киру всем телом. Находиться так близко было чертовски хорошо. Напомнило наш первый раз. Воспоминания мгновенно заставили мое тело отреагировать. Схватив Киру за бедро, я прижался к ней поближе, давая ей возможность почувствовать мое желание. Второй рукой пробежал по ее спине.
– Уверяю тебя, это не так, – наклонившись к ее уху, хрипло прошептал я.
Губы скользнули вниз по шее, пробуя на вкус, дразня. Кира оттолкнула меня, но ее попытка была слабой, без реальных усилий. Она скорее уговаривала себя.
– Пожалуйста, перестань.
То ли себе, то ли мне сказала Кира. Молила остановится, а сама подставляла шею под мои губы. Я удовлетворял ее бессознательные просьбы, смакуя каждый дюйм. Через мгновение я тяжело вздохнул и отстранился. Кира растерянно смотрела на меня.
– Хорошо… – произнес я. – Но только потому, что ты взмолилась. Люблю, когда ты так делаешь.
Через несколько дней стало совсем пасмурно. Зная, что Кира была не большой поклонницей дождя, я решил поступить по-джентельменски и встретить ее с учебы. Но, честно говоря, дождь был далеко не главным поводом. Ехал я в приподнятом настроении. Я скучал по нашим поездкам. Это была часть наших прежних будней, которой мне очень не доставало.
Я видел, как у Киры перехватило дыхание, когда она заметила меня. Не знаю, была ли причина в том, что она рада меня видеть, или же наоборот. Я надеялся на первое. Мне хотелось немного подразнить ее, чтобы разрушить барьеры между нами, но не причиняя ей боли.
Кира закатила глаза в ответ на мою улыбку, как бы говоря, что совсем не так рада встрече, как я. Но я надеялся, что она всё же примет мое приглашение и не будет упрямиться. Я не собирался тащить ее в машину и везти насильно. Если, конечно, она не захочет этого.
Кира шла к моей машине медленно, неуверенно, словно по топкому болоту. Я воспринял это как хороший знак, по крайней мере, она вообще шла в мою сторону. Дождь выпрямил ее волосы, намочил ресницы и губы. Великолепно.
Она взглянула на меня с любопытством. Тогда я пробормотал:
–– Я подумал, что тебе захочется на машине.
– Конечно, спасибо. Мне надо к «Питу».
Тон ее голоса был легким и непринужденным. Но это только видимость. Дыхание учащенное, а сама жадно смотрит на мои губы и руки, словно прикидывая, о чем мечтала сейчас больше. Предательские реакции тела Киры заставляли меня улыбаться. До смены было еще несколько часов. Было ясно, что она собиралась туда, чтобы избежать моего общества.