– Итак, что же на самом деле случилось с той девушкой?
Я пожал плечами. Реальная история не была такой уж интересной.
– Ничего драматичного. Она пошла в свою школу, я... В свою. Разные пути и все такое…
Глаза Киры наполнились смятением.
– Я думала, что она была твоей соседкой. Почему вы ходили в разные школы?
Когда я осознал свою ошибку, мое лицо лишилось всяких эмоций. Я не мог сказать ей правду, что я был слишком юным тогда. Даже слишком юным. Кира не знала, через что мне пришлось пройти, какой была моя жизнь, не знала, что секс стал моим единственным утешением от бесконечных пыток. Нет, она обратит внимание только на мой возраст. И будет думать обо мне ужасные вещи.
Не хотел, чтобы Кира думала, что я какой-нибудь сексуальный извращенец. Я не хотел, чтобы она знала, как я сломлен, запутан... чертовски одинок. Не хотел, чтобы видела все то темное, что есть внутри меня. Я не был готов вот так открыться. Только от одной мысли меня тошнило, поэтому я выдал самый расплывчатый ответ, какой только мог.
– Мы ходили в разные классы.
Я видел, как крутятся шестеренки в голове Киры, и знал, что мне нужно переключить разговор.
– Но если ей было шестнадцать ... сколько тогда было тебе?
Вопрос был в точку, и я не хотел отвечать. Но, прежде чем я смог заткнуться, часть правды всё же вылезла наружу.
– Не шестнадцать...
Нет, мне было двенадцать. Безрассудный. Ребенок. Но ты не поймешь...
Кира все еще выглядела смущенной.
– Но...
Сердитый на себя за то, что слишком много разболтал, я твердо ответил:
– Ты должна немного поспать, Кира…уже поздно.
И я не собираюсь больше говорить об этом.
Я думал, что она будет и дальше допытывать, но поняв, что я не готов сейчас на большее, девушка прекратила допрос. Вместо этого Кира вытащила руку из-под одеяла и взяла мою. Мы снова улеглись, и я потянул ее за руку к себе на грудь. Начал поглаживать ее волосы одной рукой и спину другой.
Умиротворение сменило все тревоги из-за того, что она узнает о моем прошлом. Больше ничего не имело значение. Только она, в моих руках, сейчас. Кира крепче прижалась, и я инстинктивно поцеловать ее в голову. Это случилось до того, как я вообще сообразил, что сделал, но она не оттолкнула меня, не выбежала из комнаты. Ничего не сделала.
Просто лежала, наслаждаясь нашей близостью, как и я. Пока мы лежали, ее пальцы начали путешествие по моему телу, касаясь отрезка кожи под ребрами, где было ножевое ранение. Далее она переместилась на мою грудь, заставляя сердце биться чаще и тяжелее. Было так приятно чувствовать ее прикосновение. Выдохнув, я прижал ее крепче.
Кира заметила, как ее прикосновения влияют на меня и отыскав мои глаза спросила:
– Келлан, может нам не стоит...
Нет, я не хочу, чтобы это заканчивалось. Никогда.
– Я в порядке Кира, поспи...
Она легла, но теперь на мое плечо. Это было не менее приятно. Протянула руку и переплела наши пальцы. Затем притянула наши ладони к щеке и положила на них голову. Я почти не дышал от счастья. Я еще никогда не испытывал столько тепла, находясь с кем-то рядом. Думаю, если мир перестал существовать прямо сейчас, я всё еще был бы счастлив.
Снова поцеловал ее в голову, и она прошептала:
– Келлан...?
Зная, что она обеспокоена тем, что это становится слишком трудно для меня, я успокоил ее.
– Действительно, я в порядке Кира…
Она взглянула мне в лицо.
– Нет, мне просто интересно...почему ты хочешь этого со мной? Я имею в виду, ты знаешь, что это не станет чем-то большим... зачем тратить время?
Эти слова как выстрел, который разрушил до основания идеальный момент, но я стерпел. Я возьму всё, что она мне предложит.
– Время с тобой не может быть потрачено впустую. Если это всё...
Я не мог признаться в своем отчаянном положении, поэтому не закончил фразу.
Впервые она поняла, что дело не в сексе для меня. Кира стала подозревать, что что-то значит для меня, а я изо всех сил пытался справится с тем, что она не хотела со мной большего. Как она смотрела на меня сейчас, я мог поспорить, что на моем лице всё было видно... весь я… настоящий. Это больно, но я не отстранился, не пытался изменить тему разговора или свое выражение лица. Вот он весь я, разоблаченный.
Она еще некоторое время смотрела на меня с замешательством, а после протянула руку и погладила меня по щеке. От этого стало только больнее. Она никогда не будет моей. Полностью. Краткие проблески счастья в океане тоски, вот все, что было у меня с ней. Завтра вернется Денни, и я она вернется в постель к нему, а я останусь один. Всегда Один.
Теперь, когда знал, как это удивительно, я ненавидел мысль о том, что это никогда не случится снова. Я не хочу быть больше один. Я больше не хочу без нее. И больше не хочу ей делиться. Эгоистично, но я хотел каждый ее миллиметр, каждый изгиб. Я знаю, что нарушаю все границы и что поклялся никогда больше не переходить черту, но Денни едва ли ценил то, что имел. А я ценил.
Закрыл глаза на голос совести, я наклонился и поцеловал ее губы, самый уголок. Я был шокирован, что сделал это, Кира не меньше моего и ни одной попытки, чтобы остановить меня не последовало. Я не отстранился, продолжая еле дышать в миллиметрах от ее теплой кожи, и она ничего не сделала. Ничего, кроме того, что перестала дышать, продолжая поглаживать меня по щеке. Когда ее пальцы снова коснулись моей кожи, подсознательно давая мне зеленый свет, моя решимость испарилась. Я хотел ее. Она была мне нужна так сильно. Опустил губы к подбородку и поцеловал снова, затем снова, чуть ниже. Кира всё еще позволяла мне, и она была такой сладкой... что моя зависимость в большем с каждой секундой возрастала.
Моя рука сползла под одеяло, обняв ее за талию и крепко прижимая к себе. Мое дыхание сделалось тяжелее и прерывистее, и с тихим стоном я снова поцеловал ее в шею. Да. Мои пальцы сжали ее бедро. Я хотел сорвать это чертово одеяло и все преграды, что были между нами. Дыша часто и поверхностно, прислонился лбом к ее коже. Я так хотел ее губы.
– Кира...
Ты нужна мне. Поцелуй меня или останови. Не мучай.
Я смотрел на нее неотрывно, мечтая поцеловать ее и одновременно молясь, чтобы она этого не позволила. Будет ли кто-то еще в моей жизни вот так сводить меня с ума? Кира молчала, но я видел смесь противоречивых желаний на ее лице. Между нами была связь куда серьезнее, чем просто физическое влечение... я был в этом уверен.
Я видел, как я не безразличен ей, когда она застенчиво улыбалась мне, ложила голову на мое плечо, когда уставала, когда беззаботно смеялась во время кратких беззаботных моментов, когда мы оба не чувствовали ужасную вину за всё происходящее. Кира боролась с чувствами ко мне, разрываясь между парнем и любовником.
Она была в замешательстве, как и я, но я больше не мог себя сдерживать.
Когда мои губы начали опускаться к ее губам ее пальцы с моей щеки переместились на мой рот, слабо пытаясь остановить меня. Простонав, я проигнорировал ее мягкий отказ, закрыл глаза. Она не двигала пальцами, не мешала мне поцеловать ее, так что я прижался к губам, хотя, между нами, всё еще была ее рука. Притворяясь, что руки нет, я целовал ее пальцы. Но мне было этого недостаточно, и я стал отодвигать ее пальцы губами.
– Хочу чувствовать тебя...
Обнажив верхнюю губу, я приник к ней.
В момент Кира резко рванула, словно на нее вылили ведро холодной воды, она оттолкнула меня и вылезла из постели. Это был момент, когда я вслед за ней вынырнул из эйфории и понял, что я только что сделал, и что мне это стоило бы в дальнейшем, если бы она не отрезвила меня. Кира не хотела этого со мной, она уже тысячу раз об этом сказала. Чувствуя панику, я встал вслед за ней.
– Кира мне так жаль. Я больше не...
Я сглотнул несколько раз, пытаясь успокоится. Пожалуйста, не говори мне, что всё кончено. Кира с трудом дышала и смотрела на меня огромными глазами.
– Нет, Келлан. Это была... очень плохая идея. И я иду в свою комнату. Одна.
Она указала пальцем на меня, и я почувствовал, что ее палец словно кинжал в моем сердце. Нет, не оставляй меня. Я хотел двигаться и не мог. Такое чувство, что руки и ноги налились свинцом.
– Подожди... я в порядке, просто дай мне минуту. Это пройдет...
Пожалуйста, не уходи.
Она подняла обе руки, чтобы остановить меня.
– Нет... пожалуйста, останься здесь.
– Я не могу... не могу этого сделать. Мы были слишком близко, Келлан Это очень сложно...
Она попятилась к двери. Нет, пожалуйста, не уходи, все будет хорошо.
– Подожди, Кира ...я исправлюсь. Только…только не заканчивай это...
Она сделал паузу, глядя прямо на меня. Я чувствовал, как мой мир рушится, что моя утопия рассыпается на кусочки. Я был идиотом, думая, что сегодняшний вечер может стать чем-то другим, кроме гигантской ошибки. Я не могу отпустить ее, просто не могу.