— Можешь прислать мне адрес?
Каллиопа вздохнула.
— Уже. Будь осторожен. GPS на телефоне Гари показывает, что вчера он был в хижине, но всего около двадцати минут. Он может начать что-то подозревать.
— Я всегда осторожен, — проворчал Адам, хотя они оба знали, что это неправда. Когда они разъединились, он посмотрел на Ноя. — Хочешь прокатиться?
Ной кивнул.
— Конечно, почему бы и нет. Давай сделаем это.
Адам проверил свой телефон и обнаружил, что Каллиопа действительно отправила адрес, но это было ещё не всё. Она прислала письмо с пометкой «конфиденциально». Когда он открыл его, там была ссылка на профиль ДНК. Профиль ДНК Ноя, а также имя пользователя и пароль. Адам перевёл взгляд на Ноя.
— Может, пойдёшь пока одеваться? А я отправлю кое-что отцу по электронной почте.
Ной нахмурился, но кивнул. Адам подождал, пока не услышал, как тот ходит по спальне в поисках одежды, которую можно было бы одолжить. Им нужно забрать остальные его вещи. Может быть, на обратном пути из хранилища. Бросив последний осторожный взгляд в сторону лестницы, Адам открыл свой ноутбук, который лежал на обеденном столе. Он не прикасался к нему уже несколько недель. Предпочитал работать с телефона.
После того, как он ввёл информацию, на экране появился профиль с генетическим анализом Ноя, его родословной в процентах, а также кнопка, показывающая семейные совпадения в базе данных. Их было три. Все девочки. Все три совпадения были родными сёстрами, но, судя по всему, приходились Ною двоюродными сёстрами по материнской линии.
Они жили в Мехико.
У Ноя была семья. В другой стране. Адам сглотнул комок в горле. Что, если Ной решит бросить его и уехать к семье, о существовании которой он даже не подозревал? Теперь, когда информация находилась в базе данных, её мог увидеть любой желающий. Любой из них мог связаться с Ноем в любой момент и рассказать ему о его вновь обретённой семье.
Черт. Адам закрыл профиль и вернулся к электронному письму Каллиопы.
«Я ускорила тест ДНК Ноя. Я записала его на твою кредитку. Подумала, что ты не будешь против. Я проверила результаты и нашла мать мальчика, Джозефину Эрнандес. У неё есть две сестры, Хуана и Вероника. У обеих есть дети, но у Хуаны есть сын, который пропал, когда ему было всего два года. Я почти уверена, что она – мать Ноя. Сейчас она живёт в Киллине, штат Техас, со своим мужем и ещё тремя детьми. У Ноя есть семья».
Техас был гораздо ближе, чем Мехико. И всё же мысль о потере Ноя тяготила Адама, когда он поднимался по лестнице, чтобы одеться. Он должен рассказать ему. Ной должен знать. Но часть его души жаждала сохранить это в тайне. Мать Ноя жила дальше. У неё была новая жизнь и новая семья. Ной был его.
Адам сел на край кровати.
Ной покрутился, держа в руках рубашку.
— Нам определённо нужно остановиться и забрать мою одежду. В твоих вещах я выгляжу словно ребёнок. — Он нахмурился, когда Адам не сразу ответил. — Что случилось?
Адам прочистил горло.
— У Каллиопы была догадка насчёт твоего отца. И она её подтвердила.
Ной пересёк комнату и встал между раздвинутыми бёдрами Адама.
— И? Что может быть хуже того, что мы уже знаем о нём? Мой отец был насильником и детоубийцей. Что может быть хуже?
— Он не твой отец.
Ной резко вдохнул.
— Что?
— Тебя похитили из Мехико, когда тебе было два года. Либо самим Холтом, либо кем-то, кто отдал или продал тебя Холту. Он не твой отец.
Ной опустился на колени перед Адамом, поднял на него глаза с побелевшим лицом.
— Это неправда.
— Мы проверили твою ДНК.
— Что? Как?
— Я взял твои волосы, пока ты спал, и Каллиопа отправила их на сайт родственников, чтобы посмотреть, сможем ли мы найти какие-нибудь родственные совпадения.
Ной быстро моргнул, как будто пытаясь обработать эту информацию, его выражение лица стало страдальческим, когда он спросил:
— Почему ты просто не сказал мне?
Адам обхватил его лицо.
— Потому что мы могли не найти твою семью, или если бы узнали, что тебя отдали на усыновление или продала мама, я не думал, что тебе нужно это знать.
— Значит, ты просто не сказал бы мне? — спросил Ной, не совсем обвинительно, но близко.
Адам сглотнул.
— Наверное, нет. От незнания тебе было бы гораздо лучше. Но тебя не отдали и не продали. Тебя украли. У тебя есть семья. Кузены. Братья и сестры. Мама. У нас есть их информация, если захочешь связаться с ними.
Лицо Ноя пылало под руками Адама, глаза увлажнились от непролитых слёз. Он оттолкнул руки Адама и встал, вытирая глаза тыльной стороной ладоней.
— Я хочу пойти посмотреть, что находится в этом хранилище.
— Ты злишься на меня? — спросил Адам, не зная, не предал ли он каким-то образом Ноя.
Ной пожал плечами.
— Не знаю. Я не знаю, что чувствую. Я понимаю, что ты поступил правильно, но это не тебе решать, и ты обещал, что я сам буду принимать решения за пределами спальни. Ты сам так сказал.
Адам пересёк комнату и обнял его, хотя тот напрягся в его объятиях.
— Я знаю. Ты прав. Я хотел бы сказать, что мне стыдно за это, но это не так. Я не хотел стать причиной твоей новой боли. Да, это было эгоистично и глупо, но я думал, что поступаю правильно в надежде обезопасить тебя. Я всегда буду поступать так, чтобы ты был в безопасности.
Ной расслабился в его объятиях, но не вернул их.
— Я знаю.
— Ты уйдёшь от меня? — спросил Адам, от этой мысли у него похолодело в душе.
— Что? Нет. Я могу злиться, не бросая тебя. Я, наверное, буду злиться на тебя часто, потому что ты вытворяешь такие глупости, как эта, без стыда и совести и без сожаления.
— Это правда, — согласился Адам, прижавшись щекой к макушке Ноя.
Наконец, Ной обнял его.
— Ты не можешь лгать мне о важных вещах, Адам. Я знаю, что люди держат всё в себе и думают, что скрывают ложь во благо, но ты не можешь утаить от меня подобную информацию. Из-за этого я чувствую себя глупым и ничтожным.
Адам отошёл от Ноя, взглянув в его глаза.
— Ты для меня самый важный человек. Ты – единственный, кто имеет для меня значение во всём этом грёбаном мире. Скажи, что ты веришь мне.
Ной смотрел на него с округлившимися глазами, тяжело сглатывая.
— Я верю, что ты в это веришь.
Адам поцеловал его в лоб, притянул его обратно в свои объятия и крепко обнял.
— Тогда мне придётся просто доказать тебе это.
ГЛАВА 20
Ной
Уэйн Холт не его отец. Он прокручивал эту мысль всю дорогу до склада. Из-за него он пережил невыразимые вещи, и пережил бы гораздо хуже, если бы его отец – Холт, поправил Ной себя, – добился своего и смог передать его Гари. У Ноя закружилась голова, когда он представил, насколько хуже всё могло бы обернуться для него, но лучше от этого ему не стало.
Что бы Холт ни делал с ним, Ной пытался найти этому рациональное объяснение, находил способ убедить себя в том, что отец любил его, несмотря на каждую причинённую им боль и травму, говорил себе, что это насилие, которое он не в силах контролировать... Но правда заключалась в том, что Холт любил только Гари и так мало заботился о Ное, что не только надругался над ним и поделился им с другими, но и намеревался затем передать его Гари, чтобы тот, в свою очередь, мог сделать то же самое. Он был товаром для них обоих.