— Сильнее, — умолял Ной.
Адам не спрашивал, уверен ли он. В этом был весь Ной: он знал, чего хочет, и не стеснялся просить. Адам ударил его сильнее, звук от его пощёчины эхом разнёсся по всей комнате и оставил частичный отпечаток руки на щеке Ноя.
— Боже, как же ты чертовски хорош. Всегда готов встать передо мной на колени, прогнуться для меня.
Ной издал дрожащий вздох.
— Да.
Адам ввёл два пальца в рот Ноя, его член пульсировал, пока Ной послушно сосал.
— Только для меня, — напомнил Адам. Стон Ноя прошёлся вибрацией по коже Адама. Он убрал пальцы и направил голову Ноя к своему члену. — Покажи мне, каким хорошим ты можешь быть.
Ной проглотил его одним махом, голова покачивалась, пока он глубоко вбирал его, почти до конца отстраняясь, а затем снова погружаясь, пока носом не прижался к коже живота Адама. От всасывания и плотного тепла рта Ноя по всему телу Адама побежали мурашки. Он запустил руку в волосы Ноя, удерживая его неподвижно, чтобы мог трахать его в рот. Ной расслабился, позволяя Адаму использовать себя. Его глаза закатились, когда он вогнал член в заднюю часть горла Ноя, а мышцы его горла конвульсивно сжались вокруг него, сжимая его самым лучшим образом. Ной задыхался, его руки скользнули вверх по бёдрам Адама, схватив его за бёдра. Адам держал его так до тех пор, пока крошечные панические возгласы не прокатились по его члену, а тупые ногти Ноя не впились в его кожу. Когда он наконец высвободился, Ной покачивался на коленях, делая сильные выдохи, слёзы катились по его ярко-розовым щекам, слюна покрывала губы и подбородок. Адам держал его неподвижно, размазывая свой член по беспорядку, а затем поднял Ноя на ноги.
— Повернись. — Ной словно в трансе беспрекословно выполнил просьбу Адама. Он стянул с Ноя джинсы и нижнее белье, зарычав от разочарования, когда молния не поддалась достаточно быстро. — Хватайся за перила. Не двигай своими грёбаными руками, пока я не скажу. — Когда Ной не ответил, Адам с силой хлопнул его рукой по заднице, отчего Ной зашипел от боли. — Ты меня слышал?
— Да, — выдавил Ной.
Адам сплюнул в руку, обхватил кулаком свой член и несколько раз провёл по нему, прежде чем провести влажными пальцами по дырочке Ноя.
— Сейчас будет больно.
— Хорошо, — пробормотал Ной.
— Наклонись ещё немного. Да, выпяти свою задницу. Хороший мальчик. Вот так. Теперь раздвинь ноги.
Ной подчинился приказу Адама, картина выглядела столь непристойной, что он мог кончить только от одного её вида. Адам крепко схватил Ноя за бедро, так сильно, что могли появиться синяки. На этот раз Адам застонал, прикусив до крови губу, когда погрузился в плотный захват тела Ноя.
— Господи.
Адам дважды вошёл и вышел из него, трение граничило с болью. Когда он вышел, Ной заскулил, а Адам опустился на колени, облизал его дырочку, плюнул на неё, а затем ввёл два пальца внутрь. Он встал и снова погрузился в него.
Ной ахнул от неожиданного вторжения, но потом застонал. Адам трахал его жёстко и быстро, каждый толчок поднимал Ноя на цыпочки. Он хотел сильно, хотел, чтобы было больно. И Адам давал Ною то, что ему нужно – он знал, что иногда это был единственный способ для Ноя прогнать своих демонов. Ной хрипел и стонал при каждом толчке, сжимая железные прутья лестничных перил.
Адам надеялся, что Ной не ожидает долгой близости, потому что плотное тепло тела Ноя приближало его к оргазму с каждым движением, даже когда он останавливался, чтобы смазать член слюной, прежде чем войти в него.
— Я так чертовски близок. Ты хочешь, чтобы я кончил? Заполнил эту жадную дырочку? — Ной хныкал, но молчал, пока Адам не шлёпнул его ещё раз, достаточно сильно, чтобы он вскрикнул. — Отвечай, мать твою, когда я тебя спрашиваю.
Ной застонал.
— Да. Да. Я хочу этого. Наполни меня. Пожалуйста. Я хочу почувствовать.
Большего и не требовалось. Адам обхватил бёдра Ноя, прижимаясь к нему, колени почти подгибались от волн удовольствия, накатывающих на него, когда он опустошал себя до дрожи.
Адам отстранился от тела Ноя, повернул его и толкнул обратно к стене, опустился на колени и взял подтекающий член Ноя в рот. Просунув руку между его ног, он скользнул за яйца за мокрым следом, а затем погрузил два пальца в дырочку Ноя.
Ной протяжно и низко застонал, его бёдра, казалось, двигались против его воли, когда он самозабвенно трахал рот Адама.
— О, черт. Я сейчас кончу. Ещё немного. Пожалуйста. Пожалуйста. Сильнее. Ещё. — Адам трахал его тремя пальцами, нащупывая простату и целенаправленно массируя её. У Ноя чуть не подкосились колени. — О, блядь. О... О, боже. Адам. Блядь. Да. Вот так. Так хорошо.
Затем Ной выплеснулся на язык Адама. Он глотал каждую горьковатую каплю, посасывая, пока Ной не оттолкнул его. Адам опустился на пятки и с ухмылкой посмотрел на Ноя.
— Ну как, тебе лучше?
Ной улыбнулся, опускаясь на пол.
— Да, просто охренительно. А ты?
Адам прерывисто рассмеялся.
— Да, я... я в порядке.
— Тебе там хорошо?
Они лежали в ванне, Ной устроился между бёдрами Адама, опёршись мокрой головой на его грудь. Ной посмотрел на Адама с сонной улыбкой.
— Я в порядке, просто устал. Слишком о многом думаю.
— Да, любой, кто говорит, что убивать легко, явно никогда не планировал массовое убийство, — передразнил Адам.
— Как ты это сделаешь?
Адам понятия не имел. Обычно он не планировал такие вещи. Он был скорее солдатом. Томас мог что-нибудь придумать. Может, они просто убьют всех за одну ночь. Звучит как большая работа. И определённо рискованная. Правда, ему не терпелось вонзить свой клинок в Гари. Конечно, времени будет в обрез с ним, особенно если у него окажется несколько целей, но увидеть, как эти люди умирают в кровавой агонии, того стоило бы.
— Это будет не самая сложная часть. Проблема будет в сокрытии.
— Мда. Разве двадцать мёртвых людей не вызовет масштабное расследование? — спросил Ной, вздохнув, когда Адам начал намыливать его торс.
— Расследование определённо будет. Но мы уже привыкли к этому.
— Вы просто прячете тела и идёте дальше? Не беспокоитесь о том, что вас поймают?
Ной раздвинул колени, когда Адам опустил намыленные пальцы под воду, не возбуждая. Ной попросту изголодался по прикосновениям, и Адаму нравилось кормить его.
Адам выдохнул.
— Мы осторожны. Никто никогда не заподозрит, что кучка богатых детей – убийцы. Для большинства людей это слишком смешно.
Ной всё-таки прав. Никто из них не задумывался о последствиях, но после встречи с Ноем Адам понял, что больше не допустит такой ошибки. Но прежде чем он смог объяснить это дальше, его телефон завибрировал на бортике ванны.
Когда Адам увидел, что это Каллиопа, он ткнул мокрым пальцем в кнопку громкой связи.
— Что случилось?
Последовала долгая пауза, после чего Каллиопа спросила:
— Что за эхо? Ты в туалете? Скажи мне, что ты не отвечаешь на звонок в туалете, Адам.
Адам хмыкнул.
— Даже если бы так, разве я признался бы в этом?
— Нет, наверное, нет. Но звучит так, будто ты в туалете.
— Мы с Адамом принимаем ванну, — ответил Ной и поплескал водой для шума.
— Оу. Привет, Ной, — сказала Каллиопа тем же солнечным голосом, который она, казалось, берегла только для него.
— Ты когда-нибудь перестанешь здороваться со мной, как будто мне осталось жить неделю? — спросил Ной.
Голос Каллиопы не потерял своего очарования.
— Я просто очень рада, что Адам наконец-то нашёл кого-то. Вот и всё.
Адам насмешливо хмыкнул.
— Ты ведь знаешь, что я сам решил не заводить отношения? У меня было много предложений. Это не значит, что Ной пожалел меня.
Ной хмыкнул, потянувшись и погладив Адама по щеке.
— Никто так не думает, детка. Посмотри на себя.
Адам слизнул воду с шеи Ноя, а затем поцеловал это место.
Каллиопа прочистила горло.
— Держите члены в штанах, мальчики.
— На нас нет штанов, — заметил Ной с придыханием.
— Ваши метафорические штаны, — сказала Каллиопа с раздражением.
Адам закатил глаза.
— Да, да. Так что случилось?
— Да ничего хорошего. Я пыталась позвонить твоему отцу, но у него сегодня гала-концерт. Я просмотрела все документы, которые ты нашёл в камере хранения, и попыталась собрать воедино то, что именно эти люди задумали, но, очевидно, данные закончились, когда отец Ноя… — Она остановилась, как будто осознав свою ошибку. — Когда умер Холт. Но жёсткий диск из хижины раскрыл некоторые вещи. Некоторые плохие вещи.
— Да, нам это хорошо известно, — сказал Адам мрачным голосом.
— Но это не так, — сказала Каллиопа. — Вот что я пытаюсь вам сказать. Когда я просматривала видео в первый раз, я просто искала лица и приметы, которые могли бы сказать нам, кто эти люди.
Когда она не продолжила, Адам спросил:
— Ты специально молчишь для драматического эффекта? Потому что, честное слово, мы прикованы.
Послышался глубокий вдох и медленный выдох, как будто она собиралась с силами.
— Я решила просмотреть всё ещё раз, надеясь найти что-нибудь, что поможет мне опознать жертву. Мы до сих пор не знаем, где он. Может, он дома, а может, исчез, как многие жертвы Холта. Понимаете?
Ной прижался к нему.
— И? Нашла его, я имею в виду?
— Нет. Не совсем. Когда я просматривала видео во второй раз, я уделяла больше внимания тому, что происходило до приезда тех людей, пытаясь найти кадр, который можно было бы использовать для распознавания лиц по базе данных пропавших людей. Но я вернулась к самому началу. Мальчик сидел в углу и катал игрушечную машинку по ноге… — Ещё один глубокий вдох. — Гари и другой мужчина разговаривали за кадром. Микрофон всё уловил.
— Что ты услышала, Каллиопа? — мягко спросил Ной.
Возможно, именно поэтому Каллиопе больше нравился Ной. Адам никогда не задумывался о том, каково приходится людям, способным сопереживать жертвам. Ной и Каллиопа были похожи. Два человека, готовые погрязнуть в худшие стороны человечества, несмотря на явную тяжесть для них обоих. Особенно для Ноя.
— Они продавали на аукционе десять мест. Только на одну ночь, — сказала она, запинаясь. — Они продали его тем людям. Возможно, они не все входят в круг, а может, они все входят в больший круг. Я не знаю, как это работает, и что они делают с этими мальчиками, но, похоже, они расширили свою империю далеко за пределы своей первоначальной группы.
Ной вскочил на ноги, расплескав воду на кафель.
— Ну и когда же мы просто убьём этих ублюдков? — прорычал он.
Адам последовал за Ноем из ванны, завернул его в полотенце и взял полотенце для себя.
— Я ценю новую информацию, но мы и так знали, что эти люди – отбросы. Вот почему они все умрут. По одному или все вместе. Их время на этой земле закончено. Мы не копы. Нам не нужны вещественные доказательства, чтобы знать, что они виновны.
— Дело не в этом, — сказала Каллиопа. — Они продают детей. Торгуют ими. Возможно, эти жертвы ещё живы, и им нужна помощь. Они могут всё ещё жить со своим обидчиком, как Ной. Мы должны найти способ выяснить, кто эти дети. Не только этот мальчик, но и все они.
Адам посмотрел на Ноя. Он выглядел призрачно-белым, глаза впали, на красивом лице написано напряжение.
— Как нам это сделать?
— Я думаю, что информация на жёстком диске, который ты клонировал, содержит ключ ко всему. Не думаю, что на нём только детское порно. Я думаю, Гари ведёт записи, возможно, даже записи аукционов, как это делал Холт перед смертью. Думаю, это своего рода страховка. Я могу покопаться в данных на жёстком диске, который ты забрал из дома Гари, но я не смогу его взломать. Это грёбаный Форт Нокс. Мне нужен ключ шифрования.
— Ключ шифрования? — повторил Ной.
— Да. Это комбинация букв и цифр, как суперсложный пароль, — сказала Каллиопа.
— И с помощью ключа шифрования можно взломать жёсткий диск и выяснить, кто жертвы? — спросил Адам.
— На это уйдёт всё равно много времени. У меня только фрагмент диска, но его может хватить с ключом.
— И ты хочешь, чтобы я пытал Гари, чтобы достать тебе этот ключ шифрования? — спросил Адам, пылая праведным гневом от перспективы наконец-то побыть наедине с куском дерьма, который причинил боль Ною.
— Очень прошу, — сказала Каллиопа.
— Почему бы просто не забрать полный жёсткий диск из дома Гари? — спросил Ной.
— Я не против, но мне всё равно понадобится ключ шифрования, чтобы получить любую информацию, — сказала Каллиопа.
— И я достану его для тебя, — пообещал Адам.
— Он у нас уже есть, — сказал Ной.
Адам нахмурился.
— Да?
Ной улыбнулся впервые за несколько часов.
— Да. Кажется, я знаю, почему Гари так отчаянно пытался вернуть рюкзак. Дело было не в оружии или наркотиках. Дело в скомканной бумажке, которую я нашёл в маленьком внутреннем кармане. Какая-то чепуха, поэтому я бросил её обратно в рюкзак. Ключ к шифру находится в гараже твоего отца за фальшивой панелью в стене на кухне.
— Вот почему Ной мне нравится больше, — сказала Каллиопа. — Если тебе интересно.
— Значит, я не смогу пытать Гари? — сказал Адам раздражённым голосом.
— Ещё нет, — пробормотал Ной. — Но скоро.
— Как быстро ты сможешь его достать? — спросила Каллиопа.
Адам вытер полотенцем волосы.
— Я могу пойти сейчас.
— Мы можем пойти, — уточнил Ной, затем зевнул.
Адам покачал головой.
— Нет. Ты устал. Поспи немного. Я сбегаю за ключом шифрования, закину его в место сбора и вернусь через час. — Ной прикусил нижнюю губу, пока Адам не поцеловал его. — Всё будет хорошо. Позволь мне сделать это.
Ной кивнул.
— Хорошо.
— Отлично. Напиши мне, когда сделаешь сброс, — сказала Каллиопа, прежде чем отключиться.
— Отдохни немного, детка. Я скоро вернусь.