Ной покраснел.
— О, боже, Адам. Нельзя вот так говорить людям, что ты привязал меня к кровати.
Адам крепко сжал кулак, поворачиваясь при движении вверх.
— Почему нет? Ты и так привязан. Кроме того, это не люди. Это Август. — Августу он сказал: — Он перезвонит тебе позже. — Затем голос Адама повысился. — Свидание?
— Включи громкую связь, — потребовал Ной, даже когда он подался бёдрами вверх в сжатый кулак Адама.
— Ты ведь не серьёзно? — спросил Адам.
Ной закатил глаза, хотя Адам не мог этого видеть.
— Да. Ему нужна наша помощь.
— Уф, хорошо. Пять минут. Это всё, что ты получишь. Слышишь меня? Пять.
Ной не знал, кому говорит Адам — ему или Августу, но это не важно. Раздался гудок, а затем шум, говоривший, что Август находится в своём ужасном джипе «мерседес».
Ной затаил дыхание, когда кровать опустилась, и Адам прижался носом к его бедру.
— Что случилось, приятель?
— У меня назначено свидание с Лукасом. Сегодня вечером.
— Это здорово, — заверил его Ной, в его голосе слышалось фальшивое веселье.
— Я никогда раньше не ходил на свидания, — сказал Август.
Ной не смог сдержать резкого вдоха, когда Адам лизнул его яйца, а затем провёл языком по его твёрдой длине. Как он, черт побери, это делает? Ной заставил себя сконцентрироваться.
— Хорошо. Ну, куда вы идёте?
— К нему.
— О, да. Черт, продолжай, — прошептал Ной, когда Адам сомкнул губы на его члене и начал сосать медленными, целенаправленными движениями, начиная от основания, затем до головки, замедляясь и начиная всё сначала. Адам явно нашёл новую игру. Заставить Ноя кончить во время телефонного разговора.
— Что продолжать? Я ничего не делаю, — сказал Август. Ной был благодарен Августу за его буквальность.
— Не тебе, — заверил Ной.
Август звучал слегка раздражённым, когда сказал:
— Мы должны поужинать и поговорить о его бывшей коллеге-убийце.
Ной подавил стон, когда Адам засмеялся, и это вызвало вибрацию по его члену.
— Большинство людей просто ведут светскую беседу на первом свидании, но, честно говоря, тебе это, кажется, подходит, — размышлял он.
Адам отстранился от Ноя с хлопком и спросил:
— Ты уверен, что это свидание? — сказал он с сомнением в голосе.
— Да. Я спросил. Он сказал «да».
Возмущённый ответ Августа был довольно милым.
Иногда Август игнорировал основные контекстные подсказки, но Ной не собирался разрушать его иллюзии. Августу это было на руку. Он так сильно хотел иметь своего человека. Тем не менее, Ной не мог побороть нерешительность в своём голосе.
— Ладно, что ж... хорошо.
— Помоги мне, — умолял Август. — Что делают, говорят, или надевают на первом свидании?
Адам снова взял член Ноя в рот, пальцем протиснулся между ягодицами, подталкивая большой палец к входу Ноя. Ублюдок. Дыхание Ноя стало дрожащим.
— Адам, остановись, — сказал он умоляющим шёпотом.
— Ты говоришь «хватит», но не имеешь это в виду, — прошептал он в ответ, проникая пальцем в его отверстие. — Продолжай разговор, — приказал Адам. Как, блядь, Ной должен связно разговаривать, когда Адам пытается высосать душу из его тела? Ной сильно прикусил внутреннюю сторону щеки, когда шёпот Адама превратился в низкий гул. — Сделай это. Сейчас.
Черт. Почему это так возбуждает? Ему нужно сосредоточиться.
— Эм, полное разоблачение. Я никогда не ходил на свидания. Адам просто появился в моём трейлере и не уходил.
— Боже, это бы всё упростило, — несчастным голосом произнёс Август.
Ною хотелось заплакать, когда Адам перестал сосать, чтобы сказать:
— Не наряжайся слишком сильно. Ты будешь выглядеть как придурок. Джинсы, хорошая рубашка, — и снова вернулся к задаче заставить Ноя кончить по телефону.
— Хнф, — выдавил Ной, остро чувствуя сосательный жар вокруг своего члена и сухое давление пальца Адама на его простату. Он мог кончить в любую минуту, но не мог сказать об этом Адаму, не сказав об этом Августу. — Захвати цветы. О, или вино.
На этот раз Ной не скрывал своего недовольства, открыто застонав, когда Адам снова отстранился, чтобы предупредить:
— Не говори, как тебе нравится убивать людей под поп-музыку... или о твоей странной одержимости Селин Дион. Или о твоей коллекции ножей. Или о мечах. Или о средневековых орудиях пыток, которые у тебя есть. В общем, просто избегай темы оружия вообще.
— Вино. Цветы. Никакого расчленения. Никакой Бритни или Гаги, — повторил Август. — Думаю, я справлюсь.
Адам отстранился, и Ной услышал, как он сказал:
— Твои пять минут истекли.
— Удачи, — сказал Ной, а затем застонал, когда Адам впился зубами в нежную плоть его бёдер.
Раздался грохот, словно Адам швырнул телефон на пол. Ной усмехнулся. Он разбил так много телефонов. Адам встал, отчего Ной слегка отклонился влево, потом вдруг смог пошевелить одной ногой, потом другой. Через мгновение его руки были отвязаны от изголовья, но не друг от друга.
— Мы закончили? — спросил Ной, хмурясь за своей маской.
Адам не ответил, явно всё ещё находясь в режиме пещерного человека. Он поднял Ноя за запястья и глубоко поцеловал его.
— Перевернись.
Ной быстро подчинился.
Адам приподнял его бёдра. Тремя скользкими пальцами он прощупывал вход. Ной застонал, когда Адам без предупреждения ввёл их в него, останавливаясь и встречая сопротивление.
— Черт, как мне нравятся звуки, которые ты издаёшь, — сказал Адам вполголоса.
— Больно, — прохныкал Ной.
— Хорошо. — Адам шлёпал Ноя по заднице, проникая пальцами глубже.
Когда Ной качнулся назад, пытаясь переместить их туда, куда ему нужно, Адам убрал пальцы. Он притянул Ноя обратно к себе, его колени оказались между бёдер Ноя. Не успел он сделать и вдоха, как Адам насадил его на свой толстый член. Ной открыл рот в беззвучном крике, дыхание у него перехватило, когда тело пыталось приспособиться к вторжению, каждое нервное окончание горело.
Адама, похоже, не интересовало дать ему больше времени. Он начал двигаться в жёстком ритме, притягивая бёдра Ноя вниз при каждом толчке вверх.
— Я хочу смотреть, — умолял Ной.
Адам стянул маску, и даже свет в ванной показался ему прожектором, пока его глаза не адаптировались и не остановились на большом зеркале в углу. Черт. Они всегда выглядели так сексуально вместе. Иногда они снимали себя на камеру, а потом смотрели. Возможно, это было нарциссизмом, но Ною нравилось, как он выглядел, когда Адам использовал его, нравилось, как Адам становился монстром, в котором нуждался Ной в постели.
По большому счету, это было наименьшее из их прегрешений.
Из всех поз, которыми они кончали вместе, это была одна из любимых Ноя — грудь Адама на его спине, его губы напротив его уха, и он мог шептать любые грязные мысли, которые приходили ему в голову, пока Адам его трахал. Он полагал, что грязные разговоры уже потеряли свою силу, но дело было не в словах, а в грубом рыке в голосе Адама, когда он говорил это.
— Твою мать, ты очень тугой. Я должен чаще трахать тебя без предварительных ласк. Тебе бы это понравилось, да? Да, посмотри, как сильно ты тычешь при одной мысли о том, что ты моя игрушка. Вот так, насаживайся на мой член. Ты так этого хочешь. Моя ненасытная маленькая шлюшка. — Адам запустил руку в волосы Ноя, поворачивая его голову и овладевая его ртом, а затем сказал: — Тебе не разрешено кончать, пока я этого не сделаю, так что лучше сделай это хорошо.