Сердце так и не вернулось в грудную клетку, где-то на полу медленно умирающе постукивало, перед тем, как остановиться. Дура. Действительно повелась на свои мысли о том, что этот мужчина посмотрит в сторону наивной худой девочки? Я все ещё держу крепко бокал за ножку и удивляюсь, как он не ломается под силой пальцев. Слегка киваю, будто я внимательно слушала, о чем Мистер Клосет говорил. А он тем временем продолжает:
— Мне понравились из Вашей группы два человека. Вы входите в их число. Хорошо поставленная речь, правильные вопросы в прямых эфирах, — я рукой прикрываю лицо, изображая фэйспалм, вспоминая последний мой выпад. — Да, на последнем вы явно были озадачены проблемой. И это мне также понравилось. Поэтому я для себя решил, что, скорее всего, нашел ведущего для нового шоу. Оно будет основано на реальных историях людей, которые нужно преподнести зрителям так, чтобы вывести максимально на эмоции, — он проходится пальцем между шеей и воротом рубашки, а я замечаю красноватое пятно на белой коже. Это помада? Или чем-то натёр? — Я видел вас в деле и уверен, что зрители будут без ума. Ваша выходка подняла рейтинг той передачи на несколько процентов. И то вы ещё даже не старались, — посмеивается, а я все так же пялюсь на ворот в попытке разгадать, что же это там. Не выдерживаю и выпаливаю:
— Мистер Клосет, у вас там… Все в порядке? — ладошка вспотела, будто я мужа своего за изменой застукала. — У вас на шее что-то красное, — протягиваю ему салфетку со стола.
Амен хмурит брови и проводит рукой ещё раз, надавливая большим пальцем, чтобы, по всей видимости, стереть следы его личной жизни. Он ничего не говорит, просто смотрит на меня стеклянным взглядом. Переводит глаза на палец, на котором даже мне в полумраке ресторана видно, что это помада.
Не такой уж и осторожный ты, Амен. Сама не понимаю, почему злюсь. Ну не всерьез же я подумала о симпатии к себе. Сразу ж было ясно, какие ему нравятся.
Мои воспоминания так и унесли бы куда-нибудь далеко воспалённый мозг, если бы не открывшаяся дверь кабинета, у которого я так долго стояла. Мужской голос, доносящийся из помещения, пробирал до мурашек, не оставляя и шанса спастись.
— Агния, ты сказала, что ко мне сегодня придёт студент для практики. Почему ни студента, ни тебя не наблюдаю у себя в кабинете?
Девушка подталкивает меня в дверь:
— Вот студентка. Как раз мы собирались к вам зайти.
Сопротивляться больше смысла нет. Я выдыхаю и поднимаю голову на него. На мужчину, что сна лишил на год практически. Я вам расскажу обязательно, что было дальше, после ресторана. Но сейчас мне нужно защищаться. Судя по взгляду, Амен хочет выкинуть меня из окна. Вряд ли ещё нашлась одна подобная идиотка, оставившая ТАКОГО мужчину голым в спальне, пока сама сваливала из его дома… Он называл меня Смелой и Невозможной… Что крышу у него сносило при виде меня… Но одно он не учел. Лиса не будет верить хитрому лису. Полностью — никогда.
Амен встал со своего кожаного кресла, оттолкнув его немного назад. Он упёрся на стол своими большими ладонями, что когда-то беспардонно бродили по моему телу, вызывая стоны и хрипы наслаждения и оставляли красные пятна на юной коже… но никогда не обижали меня… А сейчас, возможно, сомкнутся на шее, сломав ее, как тростинку. Если бы сейчас Амену пририсовать пар из ушей и носа, он бы был похож на разъярённого быка из мультика. Эта аналогия заставила меня усмехнуться и сразу же соединить губы трубочкой, чтобы не рассмеяться здесь вот так.
— Агния, можешь идти делать отчёт для Теслы по рекламе за прошлую неделю. Я сам здесь, — он глотает слюну, а я в угол забиться готова от наступающего на горло страха, — закончу.
Мне показалось, или он последние слова сказал с другой интонацией? Хочется по лбу ударить себя. Дура. Как ты могла не посмотреть на имя директора. Фамилия Клосет, конечно, напомнила мне о прекрасном и страстном мужчине из России. Но я и подумать не могла, что он уедет со своей родины, которую ТАК любил…
Я бросаю на ничего не подозревающую Агнию взгляд, полный мольбы, но она, игнорируя его, выходит из кабинета. Поворачиваюсь и боюсь пошевелиться, а он тем временем медленно, будто леопард, крадущийся за своей добычей, делает несколько шагов. Обойдя предмет мебели, Амен скрещивает руки на груди и облокачивается своими упругими накаченными ягодицами о