— Почему в этом на собеседование пришла? — я, будто под гипнозом, наклоняю голову вниз, осматривая себя полностью: белая рубашка, юбка-карандаш и обожаемые мной туфли-лодочки. Не понимая, в чем претензия, вопросительно поднимаю бровь.
— Ты год назад ходила в этом же, — сердце сжимается от мысли, что он об отношениях заговорил, когда была одета в эти чёртовы юбку и туфли…
— Как ты вспомнил?
— Не забывал, — бросает, будто вскользь, и, отворачиваясь, идёт к столу. — Ваше резюме, мисс Кьют, и опыт работы.
Я хлопаю ресницами, не зная, что делать и не понимая, как он так резко сменил тему. Роюсь в папке и передаю напечатанное резюме.
— Опыт работы есть?
— Ты издеваешься, Клосет? — кажется, что я сейчас выдеру его идеально уложенные волосы и выцарапаю безупречные ледяные глаза. Что за издевательство?
— Мисс Кьют, если вы хотите получить за практику оценку и не вылететь из университета, то советую соблюдать границы дозволенного, — Амен откидывается на спинку кресла, ухмыляясь и прожигая меня издевательским взглядом.
Мысленно пытаюсь убрать мелькающие перед глазами слайды этого наглого и довольного лица между ног, забыть о своей бурной реакции и нереальном оргазме. Вдыхаю. Закрываю глаза. Выдыхаю. Открываю их и принимаю правила этой тупой игры.
— Да, опыт работы есть. В Штатах писала для разных салонов, магазинов рекламные тексты, разрабатывала план постов на месяц для заказчиков в соц сетях. Далее по программе обмена студентами поехала в Россию, и меня принял на работу мудак, который не уважал, как оказалось, ни меня, ни наши отношения, — язвлю я.
— То есть, хотите сказать, мисс Кьют, что у вас были отношения на работе? — уровень сарказма в его голосе, по-моему, достиг апогея.
— Да, все верно. Мой босс не брезговал харассментом, не давая прохода мне. Пришлось играть по его правилам, чтобы не уволил, — вижу, как его дыхание становится глубже, тяжелее.
Мы умело отрабатываем на сердцах и душах друг друга самые опасные удары. Мужественно выдерживаем каждый из них и, не останавливаясь, продолжаем бить в цель.
— И что же вы в полицию не заявили, раз ваш Босс такой никчёмной мразью оказался? — он снова встаёт, складывая руки на груди и опирается лопатками на стену.
— Я сделала по-другому. Уехала, оставив своего босса и его жалкие ухаживания для таких же никчемных пустых кукол, как и он сам! — встаю со стула, облокачиваясь раскрытыми ладонями на столешницу.
Мои последние слова были чекой, выдернутой из смертоносной гранаты, готовой разнести к чертям этот бездушный кабинет. Амен хватает меня одной рукой за шею, второй за талию, разворачивает спиной к себе, надавливает на пах, заставляя прогнуться и упереться ягодицами в его уже твердеющий член. Он шепчет мне что-то на ухо, но я совершенно ничего не могу разобрать. Лишь хочу, чтобы он снова снял с меня одежду и искусал все тело до синяков, которые я потом буду вынуждена неделю скрывать, но при этом улыбаться, зная, кто постарался.
— Почему ты уехала? — обеими руками сжимает бедра и притягивает их к члену. — Отвечай! — рычит в шею, когда я поднимаю руки и оттягиваю корни его волос.
— Ты предал меня. Я все видела. Видела рубашку с бордовой помадой, той же помадой, что была на твоей шее, когда ты пригласил меня в ресторан, — еле дыша выпаливаю все, что так сильно хотела скрыть. — Не нужно оправдываться, просто признай, что использовать меня хотел, ах, — полушепот, полухрип сменяется тихим стоном, когда Амен перемещает руки на грудь и сжимает ее до сладострастной боли. Мне уже плевать на предательство, плевать на мои слёзы и разбитое сердце, я просто хочу, чтобы Клосет довел меня до оргазма. Как он может. Сильно, дико, жарко.
— Ну, и что ты молчишь? — не выдерживаю тишину и пытаюсь отстраниться, чтобы окончательно не потерять и без того бедовую голову.
— Ты попросила не оправдываться, — шепчет в ухо, облизывая его после языком и прикусывая мочку. Ноги снова не в силах держать меня, и я падаю на локти на столе. — Ну, что ты, — бархатный смех, как цунами, проходится возбуждением по всему обомлевшему телу, — подожди ещё немножко, — словно Змей-искуситель, что гипнотизирует маленького зайчонка, Амен опускается сзади меня на колени и расстёгивает молнию на юбке, оставив ее на мне лишь в области пояса. Он сжимает руками ягодицы, прикусывая их с разным нажимом. Ещё немного и я кончу уже от этого. Даже не нужно будет стимулировать мой клитор.