Раздался болезненный птичий крик. С трёх сторон птицеголового бога начали зажимать водовороты. Его перья стали отрываться под давлением. Спустя несколько секунд, на его человеческом теле не было и места без кровавой раны, а птичья голова лишилась своего оперения, став чёрного и местами розового цвета.
Сразу стало понятно, что владыка реинкарнации намного сильнее. Посмотрев на растерянное выражение ощипанной птицы, бог реинкарнации злобно усмехнулся, начав что-то рисовать в воздухе пальцем.
— Жалкая птаха, ты не можешь взывать к своей чужеродной силе в моих владениях. Твои хозяева всё ещё не освободились. Как наивно считать, что среди людей нет истинных властителей. Думаешь, только вы владеете законами вселенной? Передай своим хозяевам, что у людей свой бог жизни и смерти. Свой бог реинкарнации! У них нет права вмешиваться в мои дела и лишать моих слуг жизни! Лишь я один могу нести смерть человечеству!
— Т-ты! ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ ОБ ЭТОМ! Вызвать на войну всех богов... ГЛУПЕЦ! Все люди — импульсивные идиоты. За это мы вас на дух не переносим! — выкрикнул бог, под ногами которого образовался гигантский водоворот. Ощущая, что сам он не может даже шевельнуться, ему ничего не оставалось кроме как надеяться на свой статус посланника. Хотя теперь он стал посланником не богов, а людей. Ему не остаётся выбора кроме как доставить вызов людского бога. Стать мальчиком на побегушках у врага...
— Я, людской бог реинкарнации, Осирус, даже отринув свои человеческие корни в этой войне встану на сторону людей! Передай им это!
После этого все водовороты наконец успокоились. Осирус уже вздохнул с облегчением, спокойно возвращаясь в свой дворец, как вдруг остановился и задрожал всем телом. Только что... Он уловил присутствие ужасающего монстра в своём царстве. И взор этого чудовища был направлен прямо на него. Ему как будто в спину ударил поток чрезвычайно холодного воздуха. От страха его шея поворачивалась несравненно медленно, и лишь спустя десять секунд он смог увидеть огромный жёлтый глаз, открывшийся прямо посреди красного неба.
— Д-древний бог жизни и смерти? Я н-не боюсь тебя! Всё верно, я, Осирус, хранитель тайн жизни и смерти! Теперь Я заведую людскими жизнями! ПРОЧЬ! — Несмотря на внушительную речь людской бог продолжал дрожать. Однако взгляд его глаз не отрывался от божественного глаза. Дрожа, но не преклонив колено, он встретился глазами с древним богом. Не смотря на нежелание признавать собственную неполноценность, у него не было выбора кроме как смириться с одним ужасающим фактом — существо перед ним намного могущественнее его самого. В его голове появился предательский вопрос: “Неужели все боги так сильны?”
— Ты правда думаешь, что готов знать все тайны жизни и смерти? Я всё вижу... Ты боишься узнать последнюю тайну. Как смешно... Вновь мятежные люди собираются противиться своим благодетелям. Как же вы раздражаете меня. Ты осознаешь, что перед тобой создатель великой книги жизни и смерти? В тебе скрыт дух мертвеца, что был создан мной. Думаешь, что у тебя есть право противиться моим законам?
— Может ты и создал свод небесных законов, но я всё равно превзошёл тебя! Ты знал лишь законы вселенной, не обращая внимания на законы рас! Ты отбросил эмоции! Отбросил часть всевышнего! Более того, я никогда не считал тебя своим благодетелем. Та книга... Лишила меня всего... Да и сам ты запечатан! Ты не можешь проявить и десятой своей прежней силы. — противился людской бог. Сейчас он не мог согласиться с древним богом, независимо от того логичны его доводы или нет. Он давным-давно принял всё что с ним стало из-за “великодушия” богов. Он взял на себя ответственность. Он даже поклялся не винить никого в произошедшем кроме себя. Но сейчас клятвы бессмысленны. Зарождение сомнений перед древними богами — не лучшая идея. Более того, бог реинкарнации напуган! Чтобы стоять прямо ему необходимо пробудить в себе ненависть к истинным богам. Лишь так он сможет побороть страх. И этот способ работает почти в любой ситуации.
— Ты прав, меня сковывают печати. Но знаешь, ты ведь повторяешь ту же ошибку, что и я. Противишься своему создателю. — гнул свою линию обладатель огромного ока.