Я мигом выскочил из полудрёмы, поспешно поднялся и зашагал в каюту. В голове набатом громыхала единственная мысль: он знал⁈
Первым делом я наполнил и зажёг лампу. Когда тени пристыженно забились по углам, осмотрелся в поисках вещей Атейна. На виду ничего не лежало, и тогда я отодвинул заслонку ниши под нижней койкой. Вещмешок телепата подмигнул мне хромированными застёжками на кожаных ремнях. Было не похоже, чтобы его хозяин впопыхах что-то вытаскивал из вещмешка, — тот стоял ровно, бок о бок с моим собственным. Что ж, это подтверждает мою догадку о внезапном обстоятельстве, вынудившем Атейна срочно покинуть корабль. Возможно, содержимое вещмешка прольёт свет на загадочное исчезновение его владельца. Я терпеть не мог копаться в чужих вещах без весомой на то причины, но в данном случае было не до церемоний.
Один за другим я извлекал из вещмешка свёртки, упакованные самым аккуратнейшим образом. Три пачки патронов для карманных револьверов «Уэлби», коими телепат снабдил нас в дорогу. Я хоть и не был поклонником огнестрельного оружия, но, учитывая обстоятельства, счёл этот жест весьма предусмотрительным. Коробки спичек так же, как и патроны, содержались в специальных резиновых чехлах во избежание попадания влаги. Набор простых карандашей (не замечал, чтобы во время пути телепат делал записи или зарисовывал что-то). Далее на свет появились фляжка, судя по запаху, с чистейшим спиртом, и вторая ёмкость с антисептическим раствором. Несколько пачек элитного чёрного чая со специями, который я имел удовольствие дегустировать несколько дней назад: согревает не хуже сейтусского квадра или имперского стаута. Походный цирюльный набор, состоящий из клинковой бритвы, помазка, куска мыла и лосьона из листьев вишнёвого лавра. Ниже располагался свёрток со сменным бельём и более объёмный — с вязаным свитером-гернси, незаменимым в краю стужи и крепких морозов, куда мы и направляемся. Лицензию Королевской академии на своё имя, а также именной жетон инспектора-аудитора телепат, вероятно, носил с собой.
Собственно, вот и весь джентльменский набор Риласа Атейна. Телепат счёл его достаточным и необременительным в недельном пути до Цвейта. Всем остальным, что могло потребоваться в дороге до комплекса меруанцев, он планировал запастись уже в самом городе.
И ни одной зацепки, намекающей, куда мог подеваться мой спутник. Я уже разочарованно выдохнул, ощупывая пустое дно вещмешка, когда рука наткнулась на уплотнение под слоем парусины. Сбоку, у самой стенки, обнаружилась застёжка-молния. Потянув за неё, я открыл второе дно, а заодно и его содержимое. Им оказалась довольно увесистая книга, обтянутая плотной кожей пурпурного оттенка. В центре обложки, отливая золотом, красовался львиный профиль, увенчанный короной. Снизу его подпирал вычурный вензель, состоящий из двух букв: «Р» и «А».
Мгновение я колебался, не решаясь открыть дневник, словно под обложкой таился хищный провал в забытые Древними глубины мироздания. Чужие секреты. В силу профессии я как никто знал их подлинную цену. Порой за них приходится дорого платить: временем, благосостоянием, собственным здоровьем и даже жизнью. Благодаря одному из таких секретов я сейчас плыву на этом проклятом корыте к Древним на кулички без надежды когда-нибудь снова вернуться домой. И лишь отблеск возможности найти убийцу родителей и снять с души терновый венец даёт силы идти вперёд. Криво ухмыльнувшись, я открыл первую страницу дневника.
Лист был заполнен уверенной рукой предельно разборчивым почерком. В желтоватом свете лампы чернила резко выделялись на бумаге. Я пробежался взглядом по тексту и перелистнул страницу. Здесь буквенная вязь перемежалась формулами и уравнениями с развёрнутыми комментариями. Насколько я смог вникнуть в суть, Атейн проводил опыты с Тайными путями. В частности, он искал решение, как сделать перемещения устойчивыми и предсказуемыми в так называемой «нестабильной зоне» — территории вокруг меруанских комплексов, подчас достигающей тысячи лиг в окружности.
Об ограничениях Тайных путей я узнал от телепата ещё во время добровольного заточения в его имении. Когда Атейн сообщил, что добираться мы будем по морю до Цвейта, а затем на лошадях до руин меруанцев, я не мог сдержать изумления.
— Право слово, Рилас, к чему все эти окольные маршруты, требующие целую прорву времени и сил? Что вам стоит провести нас Тайными путями прямо к Дор-Астану?