Я расширил охват, пропуская материю сна моего подопечного сквозь огромное незримое сито. Куда же ты забрался, Древних тебе в задницу⁈ Или — и тут меня прошиб озноб — подселенец намеренно запер твоё сознание в укромном месте? Да ещё и приглушил эхо… Ищи, Амадей, ищи лучше! Других вариантов у тебя нет. С точки зрения законов этой реальности, мы с Лори находились сейчас в равных условиях, так что преимущество было на его стороне: я физически не успел бы добраться до него быстрее, чем он поднимет нож и нанесёт удар. Состояние временного кармана позволяло мне работать на прежней скорости лишь на тонком плане. Не так и мало в моём положении…
Нож в руке Лори пошёл в обратную сторону — аккурат в мою грудь.
Есть! Я уловил слабый отзвук сознания моего подопечного. Блуждает где-то в первом нижнем мире. Недалеко ушёл, это хорошо. И не заперт, у меня прям от сердца отлегло. Времени, пускай и текущего в разы медленнее, взломать узилище мне бы уже недостало. Нащупав связь, я покрепче ухватил её…
Нож завис в футе надо мной.
Что было мочи я дёрнул нить, втаскивая сознание Лори в его же тело. Рывком вышел из состояния сонного кармана, не в силах больше сдерживать рвущееся из оков время.
Мир рванулся навстречу, сталь блеснула перед глазами и… замерла в нескольких дюймах от моей груди. Рука, сжимавшая нож, задрожала, а затем ушла в сторону. Лори бухнулся на пол рядом со мной. Расширившиеся от ужаса глаза и бисер пота на лбу свидетельствовали, что передо мной сидел Лори, а не подселенец в его оболочке. Я откинулся на доски пола, измождённый до предела.
— М-мастер, — заплетающимся языком выдавил мой подопечный, — к-какого чёрта тут т-творится?..
— Ничего особенного, — тихо откликнулся я, продолжая лежать на полу и приходить в себя. — Видимо, моё лицо настолько тебе осточертело, что ты решил его подправить.
— Дурацкая шутка, мастер, — не разделил моей иронии Лори.
Я повернул голову и взглянул на своего посыльного: бледный, как смерть, он сидел и пялился на свои руки, словно видел их впервые в жизни. Засапожника в них не наблюдалось.
— Когда твой подопечный пытается зарезать тебя во сне, трудно удержаться от иронии.
Лори грязно выругался, продолжая глядеть на руки.
— Меня спасло лишь то, что подселенец не успел как следует освоиться в твоём теле — видать, слишком торопился и не хотел упускать возможности. Ну и Фортуна, надо отдать ей должное, продолжает баловать меня своим прелестным видом анфас.
Лори посмотрел на меня с мрачной решимостью.
— Что будем делать, мастер? Такое не должно повториться.
От лежания на неровном полу затекла спина. Я поднялся, морщась, отполз к буфету и привалился к дверце. Так лучше.
— По крайне мере теперь мы знаем, зачем господин Ульхем притащил тебя в Цвейт. Полагаю, он не питал иллюзий, что тебе удастся повлиять на моё решение отдать им перстень, и предпочёл использовать тебя, как связанного со мной человека, к тому же неплохого медиума. Что лишний раз свидетельствует о выдающихся способностях нашего противника. Он знатно покопался в твоём сознании, да так, что у тебя не закралось и тени подозрения. А я, признаться, даже не подумал проверить твою «песочницу», не до того вчера было…
Я нехотя поднялся, доковылял до лежанки и бухнулся на жёсткий матрас.
— Чего расселся? — подстегнул я Лори. — Иди ложись, пойдём в твой сон искать лазутчиков. Иначе один из нас точно не доживёт до утра. А у меня, знаешь ли, прорва неоконченных дел, и тащить их с собой на Ту сторону я вовсе не намерен.
— Какой там сон, мастер? — отмахнулся Лори. — Тут не знаешь, куда себя деть, до сих пор колотит…
— Это уже не твоя забота, — оборвал я стенания Лори. — Сам уляжешься или мне тебя уложить?
— Только колыбельную не пойте, — съязвил мой подопечный, направляясь к своей лежанке, — с детства их не перевариваю.
«Раз язвит, значит, приходит в себя, — подумал я, наблюдая за тем, как Лори мостится на узкой лежанке. — Это хорошо. Меланхолия во сне будет ох как некстати».
Сам улёгся, поёрзал, устраиваясь поудобнее.
— Может, свяжете меня? — виновато предложил Лори. — От греха подале…
— Вряд ли это надолго задержит такого юркого парнишку, как ты, — усмехнулся я и тут же поспешил успокоить подопечного: — Спи давай. Я буду рядом.
Лори шумно вздохнул, но не проронил больше ни слова.
Я погрузился в себя, постарался расслабиться, насколько позволяло измученное тело и взвинченное бурной ночью сознание. После того, как более-менее выровнял состояние, потянулся ощущениями к Лори. Вошёл в резонанс с его сущностью, подстроил его раздёрганные вибрации под свои и, фигурально выражаясь, держа его за руку, опрокинулся в сновиденную бездну.