— Ваша госпожа, случаем, не фрау Холле [1]? — пытаясь перекричать бурю, полюбопытствовал я у Арчи. — Видать, давненько никто не встряхивал её перины — уж больно свирепо метёт.
— Холли? Мамка Холли из «Услады бюргера»? — то ли не расслышав, то ли оказавшись незнакомым с местным фольклором, переспросил он. — Не шутите так, господин хороший. Мать у нас многие почитают, а кто нет, те боятся — и не зря, скажу я вам.
— Запугиваете? — прищурился я.
— Упаси Древние! — замахал руками Арчи. — Добра вам желаю. Мать хоть и справедлива, но не терпит непочтительности. Знавал я таких шутников, кто за языком не следил, а потом находился в сточной канаве или на городской помойке крыс кормил.
— Будем надеяться, сия чаша меня минует, — в притворном ужасе отшатнулся я и добавил полным иронии тоном: — Всё-таки ваша благодетельница спасла мою шкуру трижды — вряд ли для того, чтобы после собственноручно удавить за неудачную шутку.
Арчи неопределённо хмыкнул, но отвечать не стал, закрывшись рукой от метущего в лицо снега.
Миновав жидкую сосновую рощицу, мы уткнулись в железную решётку ограды. Скрип калитки утонул в беснующихся снежных потоках, а едва я ступил за ограду — буря стихла как по щелчку пальцев. Не веря своим ушам и глазам, я так и застыл у калитки, удивлённо осматриваясь.
Медленно, как во сне, падали на землю снежинки. Непривычная звенящая тишина казалась невозможной в ещё секунду назад ревевшей пурге. Стройные ряды пушистых елей тянулись вдоль аллеи, в конце которой проглядывал силуэт особняка. Вздымались к небу шатровые башни-близнецы. Внизу, над входной аркой, желтело пятно фонаря — маяк забредшим в эту затерянную лесную обитель. Его мягкий и какой-то домашний свет до того убаюкал меня, что я вздрогнул, ощутив касание.
— Пойдёмте, мастер, — потянул меня за локоть Лори. — У Матери, небось, найдётся лишняя койка. А то спите на ходу…
— Д-да… — как из дрёмы вынырнул я, — надо идти.
Арчи как-то странно поглядел на меня, но промолчал и зашагал вслед за крепышами вглубь аллеи. Мы с Лори последовали за ними. Я старался не подавать виду, но буквально валился с ног от накатившей вдруг усталости. Ноги отяжелели, будто к ним привязали по двадцатифунтовой гире. Веки то и дело смыкались, норовя утащить в вожделенное забытьё.
Я остановился, набрал пригоршню снега и с усилием растёр лицо и шею. Вдохнул на всю глубину лёгких, ощущая, как морозные потоки наполняют тело. Похоже, мой внутренний ресурс был на исходе и остро нуждался в восполнении. Добраться бы до кровати, да что там, хоть до соломенного тюфяка — и прямиком к горячему источнику: уж там-то я быстро приведу себя в надлежащее состояние. Закинув ком снега в рот, так что заломило зубы, я поднялся и продолжил путь. Лори, как верный пёс, тенью плыл рядом.
Арчи с «детками» поджидали нас у ступеней. Крепыши стояли, как обычно, с невозмутимым отсутствующим видом. Провожатый же нервно топтался, то и дело косясь на входную дверь.
«Не так-то ты и обожаешь свою благодетельницу, раз так трясёшься», — отметил про себя я, но тут же мысль улетучилась под грузом всепоглощающей усталости.
Громада особняка из тёмно-красного кирпича ещё сильнее прижимала к земле, нависая, точно туша горного тролля. Ажурные решётки в виде растений чертополоха забирали окна первого этажа, в одном из них теплился слабый мерцающий свет.
«И откуда такое помпезное здание в Древними забытой глуши? — вяло подумал я, но тут же осёкся, прикрыв ладонью зевок. — Плевать, пускай там хоть логово Безликого Ужаса [2], лишь бы прилечь…»
— Кгхм-кгхм… — прочистил горло Арчи. — Вам пора, господин хороший.
— Не составите мне компанию? — для порядка поинтересовался я, предвосхищая ответ.
Провожатый помялся, избегая глядеть на меня.
— Велено только вас…
— Я вас не оставлю, мастер, — поравнявшись со мной, твёрдо заявил Лори. — Чёрт знает, что там внутри и что ихняя матка замыслила.
Верзилы, как по команде, встали у ступеней, преграждая проход. Глаза их оставались столь же безучастными.
Резкая перемена в поведении Арчи настораживала, но деваться было некуда: я сейчас не в состоянии даже связно мыслить, что уж говорить о стычке с тремя подручными Матери, двое из которых амбалы-марионетки. Лори, конечно, держится молодцом, но ему тоже досталось за эту долгую суматошную ночку…
— Лори, отойдём на минуту, — кивнул я подопечному и удалился за пределы светового круга к ближайшей ели.