Чтобы убить оставшихся двоих, - ей понадобилось не больше секунды. Она выстрелила в их головы оставшимися зарядами, не оставив и шанса на выживание. Девушка замерла посреди комнаты, переводя дыхание. Все это кровавое шоу длилось не более секунды, но для меня минула, казалось, целая жизнь. Я застыл, стоя на коленях, рассматривая это живое оружие, а сам думал, как же надо поломать ребенка, чтобы научить его так безжалостно убивать.
Тем временем Джинни подошла ко мне, держа в двух руках двустволку. Она нависла надо мной, словно судья из загробного мира, которому предстоит определить, куда попадет моя душа. Я замер под прицелом ее холодного взгляда.
- Как ты узнал, что под нами есть еще один этаж? – поинтересовалась она.
Я пожал плечами и сконфуженно улыбнулся, только сейчас осознавая, насколько отчаянным и неразумным был мой трюк. Будет справедливо, если она убьет меня сейчас за это. Девушка долго молчала, но, неожиданно для меня, на ее губах вдруг заиграла усмешка, а потом она и вовсе рассмеялась:
- Ну ты и отбитый, Томсон, - хохотнула она, бросая оружие на пол и протягивая мне руку.
Я недоверчиво посмотрел на протянутую ладонь, но все-таки ухватил ее и поднялся на ноги, мысленно послав все в пекло. Умирать мне было все равно не страшно сегодня. Тем временем Джинни посмотрела на меня сияющими глазами и сказала:
- Ты видел, как я попала последним двум в головы? Я не промазала! – ликовала девчонка.
Не совсем улавливая, чему здесь, собственно, можно радоваться, я угрюмо промолчал и придержал при себе шутку про то, что попасть во что-либо дробью с расстояния в пять шагов, в принципе, не так сложно.
Заслышав взволнованные крики и шаги за стеной, я взглянул на девушку и кивнул головой:
- Давай выбираться отсюда, Джинни.
- Поехали, Томсон, - кивнула она, усмехаясь.
Ее усмешка была второй вещью, которую я заметил в ней после глаз.
***
- Что тебе нужно? – мрачно полюбопытствовала Эмили, вскинув тонкую бровь.
Уже более двух часов она бродила по грязным, воняющим отбросами, смертью и дождем улицам, изредка натыкаясь на серых, безлицых людей, трясущихся от страха. Ли выделялась на этих бесцветных улицах своим красным укороченным пальто и белокожим лицом, полным скуки и напускного безразличия. Но, где-то в глубине себя, девушка тщательно прятала брезгливость и отвращение к окружающей ее обстановке.
Девушка, почти не скрываясь, бесстрашно шла по пустующей дороге, даже не думая заглядывать в центр города, избегая больших скоплений «отморозков». Ей успешно удавалось избегать любых неприятностей в течение пары часов.
«Интересно, где прохлаждается этот кретин? - не без раздражения думала Эмили, лениво оглядываясь по сторонам и рассматриваю крошащиеся углы бетонных многоэтажек. – Уверена, уже влип по уши в дерьмо, как обычно!»
У нее все шло гладко и без ненужных приключений, пока к ней не пристал этот тип. Она даже сама не успела уловить тот момент, когда незнакомый и смазливый на лицо мужчина пристроился сбоку и стал прогуливаться рядом с ней, неспешно и с праздным выражением лица. Так как Эмили все-таки не хотелось влипать в какую-либо историю, она не стала что-либо предпринимать. Сохраняя холодную невозмутимость на лице, она покосилась на своего навязавшегося спутника, внимательно рассматривая того.
Он был, на удивление, безоружен и опрятен. На нем были чистые, выглаженные брюки и светлая рубашка, заправленная за пояс. Поверх была одета темная жилетка. У него были светло-русые волосы, зачесанные назад, и миндалевидные, карие глаза. Возраст его было определить трудно, - человеку можно было дать как двадцать, так и тридцать лет.
- Ты нехорошо выделяешься здесь, Эмили, - сказал он самым добродушным тоном.
- О, ты мне уже не нравишься, - фыркнула Ли, не сбавляя темпа.
Девушка слукавила, - этот кадр ей безумно не нравился, а его знание ее имени не на шутку заставило ее напрячься.
- Не переживай, дорогая, я свой, - улыбнулся человек, посмотрев на суровое выражение лица девушки.
- Своих я знаю в лицо.
- Это логично, просто мы еще не познакомились, - фыркнул мужчина. – Меня зовут Бельфегор. Но можно просто - Бель.
Ли скривилась, - подобная наглость и фамильярность заставляли ее раздражаться все больше и больше. Этот тип безумно напрягал ее своим присутствием, и она желала поскорее от него избавиться. В нем было странно все, - начиная от одежды и манеры держаться, заканчивая нагловатой и самоуверенной ухмылкой и именем. А все странное и необычное в Городе – потенциально опасное, потому что непредсказуемое.
- Скажи честно, чтобы ты отвязался от меня, мне придется тебя убить или сам испаришься? – прямо поинтересовалась Эмили, наконец остановившись.
Бель остановился напротив нее, не снимая с губ своей улыбки.
- Тебе будет не так-то просто это сделать, моя дорогая, - хмыкнул он.
Ли уставилась на него своим пронзительным оценивающим взглядом, размышляя про себя, насколько сильно будет недоволен отец, если она размажет этого засранца по асфальту прямо сейчас.
- Учитывая, что я твой будущий муж, - добавил не без ехидства Бель.
Ли вскинула брови. Она мгновение помолчала, рассматривая мужчину, оценивая его лицо и пытаясь понять, шутит ли тот столь неудачно, или просто сумасшедший.
- Я передумала, - вдруг вздохнула она и начала снимать кожаные перчатки с рук. – Прибью тебя просто так.
- Тебе еще представится такой шанс, - усмехнулся Бель, но вдруг лицо его посерьезнело. – Но не сейчас, - он зачем-то протянул девушке руку. – Можешь убить меня и бродить по этим картонным улицам и дальше до самой ночи, пока отец не вернет тебя домой. А можешь пойти со мной и послушать то, что я могу тебе рассказать.
- Поговорить ты, очевидно, мастер, - скептично заметила девушка.
- Брось, Эмили, - фыркнул парень, все еще держа протянутой руку. – Чего тебе опасаться?
- Ты назвался моим мужем, так что на вменяемого ты мало похож.
- А вменяемых сюда и не пускают, - пошутил Бель, многозначительно взглянув на Ли.
Встретив этот хитрый взгляд карих глаз, девушка что-то решила про себя и вложила тонкие пальцы в широкую ладонь.
И все в мгновение померкло перед глазами, превратившись в полную, кромешную тьму. Но, не успела Ли испугаться, как все переменилось.
Все залило нежно розовым и персиковым цветом. Свежий, сладковатый воздух тут же вытеснил воспоминания о затхлой сырости прогнивших городских улиц. Изумрудная, невысокая трава колосилась под ногами от небольшого ветерка, а вокруг цвели деревья сакуры, соблазняя своими сочными цветами. Розовые облака цветков были повсюду, вокруг, и внимание Ли утопало во всем этом блаженстве. Девушка забылась на мгновение, оглядываясь с детским восторгом на лице по сторонам.
Бель стоял сбоку, засунув одну руку в карман брюк, а другой продолжая сжимать тонкие пальцы Хилл. Он с довольной улыбкой смотрел на творение собственных рук. Затем мужчина повернул голову в сторону Эмили, рассматривая ее распахнутые от восторга глаза, и улыбка его стала глубже, многозначительнее. В глазах отразилась нежность, которую невозможно испытывать к чужим и незнакомым людям. Он хмыкнул, выпуская руку девушки из захвата.
Ли так была охвачена восторгом, что не заметила всего этого. Она сделала шаг к дереву, протянув руку к ветке, которая кренилась вниз под тяжестью множества цветущих цветков на ней. Ее пальцы коснулись шелковых лепестков и, впервые за весь этот день, девушка улыбнулась.
- Отец возил меня весной в Японию на праздник Сакуры, - вдруг сказала она, вспоминая. – Когда мне было девять. Я до сих пор не забыла этой красоты.
Бель улыбнулся, глядя на Эмили. Он ни на секунду не сводил с нее взгляда.