- Сговорила я нашу гостью по двору погулять ножки размять. - Начала она издалека. Некуда им торопиться. Спать еще рано, а других дел на сегодня и нет. – Негоже, говорю ей, в постельке все время полеживать, так и прирасти к ней можно. Потом и не встанешь вовсе. Вот, значит, поводила я ее везде. Все подворье ей показала, где что да как.
Вижу, умаялась девчушка совсем. Тут уж времечко подошло пироги доставать. И вздумала я на кухню ее проводить да там ей прямо из печи пирог и дать да взвару налить. Вошли мы на кухню. Я у печки хлопочу, а девица осматривает мои владения. И слышу, вдруг ойкнула она. Да негромко так, вы бы и не услышали ничего. Ну, думаю, неужто сомлела сердешная? Выпростала пироги и скорее к ней, а она замерла, ласточка наша, а сама на таракана поглядывает. А тот жирный такой да усатый перед ней похаживает.
Спугалась? Спрашиваю я ее. А она и скажи: «Прочь!». Только это она не мне, а таракану сказала. Ножкой притопнула и опять сказала: «Все прочь!». А сама вроде как побледнела. Я ее от греха в флигелек проводила и скорее за пирогами вернулась.
Собираю я ей поснедать и тут вижу, что-то в кухне не так стало. Накормила я гостью нашу и опять скорее назад, получше все разглядеть. Смотрю, смотрю и вижу! Не то, что тараканов, даже паука противного в углу нет. Исчезнул вместе с паутиной. А уж как я ночку в покое провела, так и вовсе Небесную Мать благодарить стала, что привела к нам такую гостью, а тут вы шум спозаранку учинили. И чего галашиться, если мелочь злобную магией извели?
- Магией – это да! Это совсем другое дело! Это уже не бедствие получается, а чистый прибыток, - веско сказал Парон, разливая пиво. – Я ж теперь вдвое с постояльцев брать могу. Где они еще в округе такое место сыщут?
- А и не сыщут, итить! - снова захихикал Сирот. - Нет меж мостов никого, окромя нас…
- И по другую сторону мостов нет, - припечатал его взглядом Парон. - На всем нашем тракте нет! Магия она дорого стоит. Да еще, поди, сговори тех магов тараканов да блох изводить, им-то самим они ничто.
- А сколько это стоит-то? – спросила Миса с подковыркой, мол, сколько он девице теперь заплатить должен.
- Дорого, ежели мага уговаривать да нанимать, - заявил Парон. - Только ежели он сам по себе чего вдруг хорошего сделал так то его воля. От нас ему поклон…
- И пошел вон! - закончил за него Сирот и опять зашелся смехом.
- Об чем уговора не было, за то и не платят, - подтвердил Парон. – А к гостье мы со всем уважением. Мы ее сберегли и дальше беречь станем, пока она под нашей крышей живет.
- Вот крыша-то, крыша! - встрял Сирот. - Смотрю я давеча, а ведь флигелек вроде как повыровнялся и крыша на сторону не заваливается, и стены не гнутся. Вот это мне мерещится, али правда так?
- Так, как есть так! – подхватила Миса. – Вроде и выглядит он ветхим как был, а стоит ровно. А внутри-то ни щелочки, ни в стенах не в полу с потолком. И мебелишка теперь ни скрипит, не шатается. Вот ведь, сколько чудес сразу! Только я вам так скажу, не в себе наша гостья. Ох, не в себе! Так-то она тихая, да уважительная… а вот было дело, хотела я вещи ее обиходить. Только взялась сложить их в тючок да в мыльню снести, а она вдруг как вскинется, да как скажет: «Не трогай, не дам жечь». Вроде и говорила тихо, а взгляд такой, не знаю, как и сказать. Только сковало меня всю вздохнуть боюсь шевельнутся не могу. Кое-как я от того отошла и стала ее уговаривать, что только выстирать все хотела да вычистить, ну и уговорила кое-как. Только вот истину вам скажу, безумная она наша Метта.
- Это вот совсем не нашего ума дело разбирать что и как у ее в голове, - строго сказал Парон. - Мы люди простые, не нам в чужую голову лезть. Вот объявятся ее наставники, то их забота будет. Наша забота девицу сберечь. Я так полагаю, что не простая это девица. По всему видно, что из именитых. А мы уж больно с ей по-простому. Миса вон на кухню притащила… вот приедут за госпожой Меттой, а она им все и обскажет. Как еще посмотрят на такое?
- Да, итить, за это могут и взгреть и еще чего учинить, - согласился Сирот. – Госпожа может и не помнит, кто она есть, а нам про то забывать не след.
- Да я ее уже и так «вашей милостью» зову. Не дурнее вас! - возмутилась Миса.
Глава 9.1.
Глава 9.1.