Отправиться в порт на фургоне Урсан поостерегся. Это только местные умеют править по таким-то кручам, а он расшибется, скорее всего. Лучше уж внизу телегу прикупить или две, а к ним возчиков. Пришлось спускаться пешком, и чем ниже он спускался, тем круче становились местные ароматы.
Вот ведь море рядом, а воняет помойка-помойкой! Да, вон дрянь всякая в канавах по краям спуска в это море и стекает, а с моря несет солью, водорослями и тухлой рыбой. Все это вместе и перемешивается. Наверное, город только дождями и очищается, а они тут редко бывают. Правильно, что госпожа Метта не любит города. Ничего хорошего в них нет!
«То ли дело наша бухта. Да, теперь точно НАША!». Добрался на рынок, а торг-то уж к концу идет. Много в Управе времени потерял. Если за сегодня не успеет, придется еще на день задерживаться. А у него сердце болит об оставленной госпоже. Начать решил с покупки рабов. Одному ему со всеми делами не управится, в бухте рабочие руки требуются.
Всех стоящих рабов уже распродали. Остались строптивые да негодящие. Негодящие и ему ни к чему, придется выбирать из строптивых.
- Ты кто будешь? - подошел он к молодому избитому парню. Тот даже головы в его сторону не повернул.
- Это подмастерье известного плотника, - к потенциальному покупателю подвалил хозяин товара. - Заказ дорогой мастеру испортил. Тот его в погашение долга и выставил.
Парень презрительно плюнул торговцу под ноги, явно не согласный с озвученным мнением. Торговец замахнулся на него плеткой, но Урсан придержал его руку.
- Может я его куплю. А ты на моих глазах товар портишь. Он и так недорого выглядит.
- Я не товар! - зло бросил парень.
- Вот не купит тебя господин, забью – хоть сердце отведу! - пообещал ему работорговец.
- Вы ступайте, любезный я хочу сам товар посмотреть, а после и поторгуемся, - отправил его Урсан. Когда торгаш переместился под навес, сказал парню:
- Не ерепенься! Из рабства выйти можно, а с костра хода нет.
- Да я…
- Поди, мастер сам накосячил или деньги пропил, - перебил его Урсан. - Все я понимаю. И ты пойми. Мне рабы не нужны, нужны работники. Но если я тебя куплю, деньги за покупку ты мне честно отработать должен.
- Все так говорят, а долг только расти будет.
- Ну, как хочешь. Уговаривать не стану, но ты подумай, - хмыкнул Урсан и пошел дальше.
Возчиков пришлось выбирать из негодящих, кто умел с лошадьми управляться. Других просто не было. Эти немолодые потрепанные жизнью, один перекошенный на сторону, другой хромой, а третий одноглазый, на вопросы отвечали со знанием дела. В лошадях сам Урсан хорошо разбирался, тут его не обманешь. Обошлись они ему в сущую мелочь. Обретя хозяина, возчики стали просить господина покормить их. Они уже три дня на торгу стоят голодными.
Урсан выдал им денег на прокорм, покупку лошадей с телегами и велел, как управятся явиться сюда же да не затягивать, а не то… Бабы тоже нашлись. Этого добра всегда вдоволь. Отобрал пятерых. Трое расхваливали себя как знатных огородниц, а еще две оказались швеями. Тоже дело нужное. И этих отправил кормиться и закупать нужное. Но денег на покупки он им не дал. Кто ж бабам деньги в руки дает? Велел, чтоб сказали приказчикам, отобранное к нему нести. Он посмотрит и расплатится сам.
Тут на глаза Урсану попался мужик, который сам себя продавал. Сидел в стороне с дощечкой на шее, а на ней цена – 50 золотых. Мужик выглядел здоровяком: ножищи – во! кулачищи – во!
- Дорого себя ценишь, - ухмыльнулся Урсан, подойдя к нему.
- Надсмехайся, - равнодушно разрешил мужик. - Есть за что.
- А за что? – уже внимательнее присмотрелся к нему Урсан.
Этот не озлоблен на весь мир, считает, что сам в своих бедах виноват. Такое не часто встретишь.
- Кузнец я, - вздохнул мужик. – Семья у меня. Жена, трое сыновей да еще дочка народилась. Хотел я заработать побольше денег. Выковал пару мечей из хорошей стали, все деньги на ее покупку спустил да еще в долг взял. И решил, что те мечи в столице дороже купят. Отправил их по осени со знакомым купцом. Вот уже сколько времени прошло, а купец не вернулся. А еще в самом начале весны вернуться должен был. Может разбойники побили его караван, может другое что. Долги отдавать мне нечем.