- Где Метта? – спросила Амрания, как только они уселись на маленькой веранде дома.
- Госпожа на берегу. Или плавает, - Урсан всем своим видом и голосом демонстрировал, насколько ему неприятен этот разговор.
- Плавает? Она не умеет! – забеспокоилась девушка.
- Кузнецовы сыновья научили, - хмыкнул Урсан.
- Сыновья?
- Мальцы, - усмехнулся Нарен. - Они сейчас с ней. Госпожа слабенькая, быстро устает, а они как рыбы в море. Там для госпожи и плотик на воде есть для отдыха, и на берегу что надо устроено. Ей и обед туда носят. Тяжело ей каждый раз вверх-вниз ходить. А госпожа море любит. Так целые дни на берегу и проводит.
- Вот скажи, - Амра обольстительно улыбнулась, - откуда у тебя столько сострадания к нищей безумной Метте, Харет? Сидеть! Я быстрее!
Урсан не успел выхватить кинжал, как его парализовало.
- Дурить не будешь, отпущу. Моргни.
Урсан моргнул.
- Как догадалась? - прохрипел он.
- Парон догадался. Мы его навестили, вот и узнали. Он сразу тебя заподозрил. Не рабский был взгляд у несчастного калеки. Да и палками ты метко швыряешься. Когда вы шайку притащили, Парон слегка расспросил злыдней. Все видели, как ты возле атаманов крутился, капризы их исполнял, другим тебя трогать было настрого заказано. Ветеран подумал-подумал, да и решил, что тактические схемы, по которым банда действовала им самим вовек не составить. Тут профессионал нужен, а они обычные душегубцы. А уж когда ты свою часть лесной кубышки влегкую отдал, тут все его сомнения напрочь рассеялись.
- Что же он меня имперскому Прокурору не сдал?
- А какая ему с того прибыль светила? Ты, бастард герцога, тебя брат ищет. Да и что бы он смог доказать? Его слово против твоего. Вот неприятностей он мог поиметь. Вплоть до лишения жизни. Ведь так?
- Так. А Метту, почему со мной отпустил?
- А она ему кто? А тебе она – кто?
- Мне, госпожа, - уверенно сказал Урсан. - Я ей жизнь должен!
- Ах, я сейчас заплачу от умиления! - Амрания стряхнула с ресниц несуществующую слезинку. – Ты это тем рассказывай, кто про тебя не знает, тогда, как в романе получится. Прекрасная дева исцеляет от увечья храброго несчастного рыцаря и отправляет его на подвиг – перебить татей лесных и спасти обесчещенную девицу. Что герой и исполняет со всем пылом. Кстати, по сюжету такого романа, ты должен на обесчещенной жениться. Она как, признала в тебе насильника?
- Не смей! - вспыхнул Урсан. – Не вздумай ей это сказать!
- Значит, не узнала. А про что ей нельзя рассказывать? Про твое участие в насилии или про женитьбу? – Амрания уже откровенно издевалась над ним. – Ты мне сказки не рассказывай! Мне правда нужна! Я должна понять, чего ты стоишь. Зачем тебе безумная Метта?
- Я скажу, - Урсан положил на стол сжатые в кулаки руки и опустил голову. – Госпожа действительно подарила мне жизнь. Здоровая нога – это новая жизнь для меня. Я сразу как в Межу попал, понял, что с прошлым нужно рвать. А тут и повод, купеческую дочку спасти. Не знаю уж, как госпожа про нее узнала. Никто ведь не говорил! А госпожа, она действительно не в себе была. Тощая, растрепанная, глаза горят…
Я сам не маг, но с детства магию чувствовать могу. А тут, ничего! Она только посмотрела, нога занемела… и я пошел, - Урсан говорил путано, но очень искренне, заново переживая недавние события. – Когда увидел Тину, мне ее жалко стало. Понимаешь, жалко! Меня никто не жалел и я никого. А тут взмолился Судьбе, только бы довезти. Потом меня отпустило.
Вижу, вроде все налаживается. Стал думать, что Метта это мой шанс. Она тихая, вроде ни на что внимания не обращает, а вокруг нее все как-то само собой лучше делается. Фургон не разваливается. Лошади здоровы. Я когда герцога Немейского на холме увидел, чуть не кинулся на него. Понял, что он и свободу мою и сокровище мое тайное себе заберет.