Она была в дурном настроении с тех пор, как проснулась от ночного кошмара, а затем, ожидание клиента, который, очевидно, уже не покажется, только ухудшило его. К тому же, то, что она уже три дня не видела этого упрямого, но такого привлекательного шерифа, не помогало. Да, она сказала ему, чтобы он оставил ее в покое, но по какой-то причине, ее ужасно бесило, что он так и сделал. У нее заняло два часа, чтобы приготовить отвар для местной женщины, которая умоляла ее, чтобы она приготовила ей что-то от нервов. И если она скоро не появится, Баба собиралась выпить его сама.
Последние несколько дней она провела, леча людей, живших поблизости, от ожогов третьей степени до бородавок. Очевидно, Берти из забегаловки взяла на себя обязанность распространить слухи о травяных лекарствах Бабы, а когда говорит Берти, люди к ней прислушиваются. Конечно, даже без Берти, пациенты нашли бы к ней путь; они всегда находили. Но, по какой-то причине, Баба прилагала чуть больше усилий, чем обычно, чтоб быть полезной. Это было ненормально (ну по крайней мере для нее), ей даже понравились эти люди. Исключая женщину, которая в данный момент так и не появилась. И отправится в черный список Бабы.
Старинные серебряные карманные часы, которые она вынула из черных джинсов, показывали, что уже начало третьего, а Боб — бог механики, вчера прислал ей сообщение, что мотоцикл будет готов сегодня к часу. Она захлопнула крышку и засунула часы обратно в карман — ну все; больше она ждать не намерена. Время идти забирать своего малыша.
— Я выйду ненадолго, — сказала она Чуду-Юду, который валялся на спине в золотистых лучах солнца, походя больше на кошку, чем на дракона. — Если эта дама все-таки явится забрать заказ, разрешаю тебе ее облаять.
Фу! Она ненавидела, когда люди не делали того, что обещали сделать.
— Идешь охотиться на этого сладенького шерифа? — дразня, спросил Чудо-Юдо, и приоткрыл глаз, чтобы оценить ее наряд.
Похоже, он нашел приемлемыми, то что на ней было: джинсы, вышитая темно-красная блуза крестьянского стиля и массивные байкерские ботинки, так как минуту спустя снова закрыл глаз. Он зевнул, обнажая острые, белые зубы.
— Я заметил, что он давно не показывался. Ты уже успела его отпугнуть?
Баба чуть не зарычала, но это не произвело на него никакого впечатления, так как он все равно не смотрел.
— Что за глупости. Я иду забирать свой мотоцикл; устала ездить на грузовике. Такое ощущение, что тебя замуровали в большой серебристой цистерне. Я скучаю по ощущению ветра на коже.
Чудо-Юдо фыркнул, переворачиваясь на живот и вытаскивая очередную кость из ниоткуда, чтобы с энтузиазмом вгрызться в нее.
— Судя по твоим словам, можно подумать, что ты какое-то существо из Иноземья, которое чувствительно к прикосновению холодного железа, — он осмотрел Эйрстрим. — Конечно ты тогда не смогла бы жить в этой навороченной жестяной банке, ведь так?
Она кинула в него подушкой, которую он испепелил на подлете. Пепел падал как после извержения вулкана. Как будто она учится на своих ошибках.
— Не смей оскорблять мою избушку, черт тебя дери, — сказала она, копаясь в серванте, пытаясь найти заначку из стодолларовых купюр, которую где-то хорошо спрятала, и так давно, что уже не помнит где. Она, конечно, могла бы наколдовать себе еще, но всегда боялась, что деньги просто исчезнут, когда она уйдет, что было обычным делом для Иноземья, а Баба не хотела обманывать мужчину, который так много работал, чтобы починить ее драгоценный мотоцикл.
— Ага! — воскликнула она, извлекая, наконец, скрутку из наличных, которая была в старой расписной матрешке. Набор из вложенных друг в друга русских кукол, что делало из них прекрасный тайник. Конечно, в том случае, если ты помнишь куда и что прячешь. Веселые лица кукол, казалось, дразнили ее, их лукавые улыбки и красные щечки — это было чересчур для ее теперешнего настроения. Баба схватила деньги и ключи и направилась к грузовику, остановилась, чтобы еще раз осмотреть пустое поле и дорогу, на которых не было видно ни шерифа, ни пропавшей клиентки, движущихся в ее направлении. И она быстро направилась в сторону города. Она точно почувствует себя лучше, когда заберет свой мотоцикл. Хотя, чтоб наверняка, возможно, она купит еще шоколада пока будет в городе.
***
Автомастерская "О’Шоннэсси и сын" возвышалась на изгибе крутого поворота на окраине города, где разнообразный ассортимент легковых, грузовых автомобилей и микроавтобусов в различных стадиях неисправности не влиял бы на стоимость недвижимости и не раздражал соседей. Если не считать коллекции транспортных средств, это место выглядело чистым и преуспевающим, с четырьмя открытыми боксами, расположенными в длинном гараже, и с маленьким офисом, пристроенным в самом конце, как бедный родственник.