— Я не виноват, Баба Яга! Не виноват! Русалка заставила меня спрятать путь от Бабы Яги! Сказала мне! Сказала!
Баба хмуро на него посмотрела. Она была вполне уверена, что это был он, хотя она не собиралась выяснять все наверняка.
— Что ты имеешь в виду, "Русалка заставила тебя сбить меня с пути"?
Русалки были водяными нимфами с плохой репутацией и еще худшими привычками. На Родине они были известны тем, что завлекали молодых мужчин в образе прекрасных девушек, и топили тех, кто был достаточно глуп, чтобы последовать за ними в реку. Иногда убивали и детей, в те времена, когда малышей посылали за хворостом или травами без присмотра взрослых.
Теперь, когда почти всем мифическим существам запрещено покидать Иноземье, русалки были просто существа из историй, которые рассказывают возле огня в холодные зимние ночи. У них нет силы в мире людей, и совсем немного здесь.
— Какое русалке дело куда я иду? — спросила Баба извивающегося коротышку. — И почему ты делаешь то, что она тебе сказала? Водные нимфы не имеют права командовать такими, как ты.
Тощий маленький проныра ныл и стонал, хватаясь за свой хвост шестипалой рукой. Его пальцы были длинными и внутренняя сторона покрыта маленькими присосками; очевидно, его естественная среда была более влажная чем этот лес.
— Эта другая, — настаивал он. — Эта русалка сильная и могущественная. Она сильно злиться, что люди сделали с водой на земной стороне. Это делает водяных существ, как русалка, слабыми и больными на нашей стороне. Ей не нравиться быть слабой. У нее много друзей. Пьет их магию как вино. Меняется на нее. Много, много друзей.
— Кто? — требовала Баба. — Какие друзья?
— Не знаю, — тихо сказало существо, выпученные глаза смотрели на Бабу с неподдельным страхом. — Все равно! Русалка страшная. Она говорит, делай, я делаю.
Баба вытащила свой меч и приставила под длинным носом существа.
— Я намного страшнее русалки, — сказала она с тихой угрозой. — Предлагаю тебе оставить меня в покое, бежать и прятаться, пока все не кончиться.
Существо захныкало и обхватило двумя узкими ладонями свой продырявленный хвост.
— Прости, Баба Яга, — прошептал он и ринулся в лес, исчезая, как только его кожа снова поменяла свой цвет.
— Возможно, ты пожалеешь, — пробормотала Баба, когда увидела путь, теперь отчетливо видимый, когда тонкая магия существа более не маскировала его. — Но эта чертова русалка пожалеет еще больше.
***
Все пошло гораздо быстрее, когда ей перестали вставлять палки в колеса, и пять минут спустя, Баба вышла из-за деревьев на ухоженный газон, который, казалось, растянулся на мили. Вдали виднелся неземной красоты, во все своем блеске, королевский дворец, изящные башни и сводчатые окна которого как будто сделаны из сахарной ваты, праздничные флаги развеваются на шпилях.
Построенный вечность назад из магии и лунного света, дворец производил впечатление парящего над землей, но при этом был прочным и внушительным. Как и многое в Иноземье, он редко выглядел одинаково и менялся каждый год, но его сущность была всегда такой же — чистое волшебство, красота и сила. Такой же была и его Королева, которая правила этой землей столько, сколько каждый себя помнил.
Небо над головой напоминало что-то похожее на сумерки, хотя дни здесь никогда по-настоящему не начинались и не кончались, а настоящее солнце никогда не светило. Три луны проливали свой ярко-белый свет на землю, одна в первой своей четверти — полумесяцем, другая убывающая, а посредине блистательная полная луна со слегка кровавым оттенком.
Когда Баба подошла ко дворцу, она прошла мимо придворных, играющих в крокет в вечерних платьях, дамы были увешаны бриллиантами и другими сверкающими драгоценными камнями, пышные малиновые, бледно-голубые или лиловые юбки постоянно были под угрозой зацепиться за воротца, пока они грациозно шествовали от одного места к другому. Мужчины были не менее ослепительны, чем дамы, одетые в шелковые туники ярких цветов поверх бархатных лосин, и носили серебряные мечи, очень похожие на тот, который был у Бабы.
У многих при дворе волосы почти касались земли, а уши были остроконечными. Все они были поразительно привлекательны, тем образом, каким человеку никогда не суждено быть. Среди придворных бегали маленькие менее яркие существа, большинство коричневого или зеленого цветов, в соответствующем одеянии, в основном они носили подносы, загруженные золотыми кубками и изысканными закусками. Они носились и подавали их игрокам, а также группкам благородных, которые стояли по трое и четверо, наблюдая, сплетничая и коротая часы до начала следующей вечеринки или охоты. Многие из тех мимо кого она проходила, приветствовали Бабу, которая с детства была постоянным, хотя и случайным гостем, но она только кивала в ответ и шла по направлению к замку.